Чтение онлайн

– - Протри его как следует, -- сказала она.

С фонарем шел Джоби, за ним -- бабушка, за нею -- Люш; мне видна была ее шляпка, и голова Люша, и сталь двух заступов над его плечом. Мне в шею дышал Ринго.

– - Как считаешь, который из них ей приснился?
– - сказал он.

– - А ты у нее спроси, -- сказал я. Мы шли уже садом.

– - Ага, -- сказал Ринго.
– - Поди спроси у нее. Спорим, если б она тут осталась, то ни янки бы, никто б другие не посмели полезть к сундуку, и сам даже хозяин Джон поостерегся бы соваться.

Они остановились -- Джоби с бабушкой, -- и бабушка стала светить взятым у Джоби фонарем, подняв руку, а Джоби и Люш вырыли сундук, закопанный в летний приезд отца, в ту ночь, когда Лувиния привела меня и Ринго в спальню и даже лампу не зажгла проверить, как легли, а после то ли глянул я в окно, то ли приснилось мне, что глянул и увидел в саду фонарь... Потом мы пошли к дому -- бабушка впереди с фонарем, а за ней, с сундуком, остальные; Ринго и я тоже помогали тащить. У крыльца Джоби повернул было к повозке.

– - В дом несите, -- сказала бабушка.

– - А мы сразу и погрузим, чтоб утром не возиться, -- сказал Джоби.
– Двигайся, парень, -- ворчнул он Люшу.

– - В дом несите, -- сказала бабушка.

И, постояв, Джоби двинулся в дом. Слышно было теперь, как он отпыхивается: "Хах, хах", -- через каждые два-три шага. В кухне он со стуком опустил передний конец сундука,

– - Хах!
– - выдохнул он.
– - Слава богу, дотащили.

– - Наверх несите, -- сказала бабушка.

Джоби повернулся, поглядел на нее. Он еще не выпрямился -- глядел полусогнутый.

– - Чего такое?
– - сказал он.

– - Наверх несите, -- сказала бабушка.
– - Ко мне в комнату.

– - Это что ж -- придется то есть тащить сейчас наверх, чтоб завтра стаскивать обратно вниз?

– - Придется кому-то, -- сказала бабушка.
– - Вы намерены помочь или же нам с Баярдом вдвоем нести?

Тут вошла Лувиния. Она уже разделась. Она была высокая, как привидение, в своей ночной рубашке, длинно, узко и плоско висящей на ней; тихо, как привидение, вошла она босиком, и ноги ее были одного цвета с сумраком, так что казалось, их у нее нет; а ногти ног белели, точно два ряда грязновато-белесых чешуек, невесомо и недвижно легших на пол футом ниже подола рубашки -- и совсем отдельных от Лувинии. Подойдя и толкнув Джоби, она нагнулась к сундуку, чтобы поднять.

– - Отойди, негр, -- сказала она.

Джоби, кряхтя, оттолкнул Лувинию.

– - Отойди, женщина, -- сказал он. Поднял передний конец сундука, оглянулся на Люша -- тот как вошел, так и держал задний конец, не опуская.
– Везти мне тебя -- так залезай с ногами, -- сказал Джоби Люшу.

Мы встащили сундук к бабушке, и Джоби опять уже решил, что кончили, но бабушка велела ему с Люшем отодвинуть кровать от стены и вдвинуть сундук в промежуток; Ринго и я снова помогали. И, по-моему, в сундуке том почти верная была тысяча фунтов.

– - А теперь всем идти спать, чтобы можно было выехать с утра пораньше, -- сказала бабушка.

– - У вас всегда так, -- сказал Джоби.
– - Всех подымете ни свет ни заря, а выедем за полдень.

– - Не твоя это забота, -- сказала Лувиния.
– - Ты знай выполняй, что велит мисс Роза.

Мы вышли; бабушка осталась у кровати, отодвинутой так явно и так неуклюже, что всякий сразу бы догадался -- за ней что-то прячут; да и как спрятать сундучище, в котором весу самое малое тысяча фунтов -- и я и Ринго уже были в том согласны с Джоби. Кровать как бы указывала, что за ней сундук. Затем бабушка закрыла дверь -- и тут Ринго и я остановились в коридоре как вкопанные и переглянулись. Сколько себя помню, в доме никогда никаких ключей не бывало ни в наружных, ни во внутренних дверях. А тут оба мы услыхали, как в бабушкиной двери щелкнул ключ.

– - Я и не знал, что в эту дверь ключ можно вставить, -- сказал Ринго.
– Да еще и повернуть.

– - Вот тоже твоя с Джоби забота, -- сказала Лувиния. Она улеглась уже на свою раскладушку и, прежде чем укрыться стеганым одеялом с головой, прибавила:

– - Сейчас обое чтоб легли.

Мы вошли к себе, стали раздеваться. Лампу Лувиния зажгла и на двух стульях приготовила наши воскресные одежки, в которых завтра ехать в Мемфис.

– - Как считаешь, который из них ей приснился?
– - спросил Ринго.

Но я не ответил; я знал, что Ринго и без меня знает.

2

При лампе мы оделись по-воскресному, при лампе ели завтрак; слышно было, как наверху Лувиния снимает простыни с бабушкиной и моей постелей, скатывает тюфяк Ринго и несет все это вниз. Развиднялось, когда мы вышли к повозке; Люш и Джоби уже впрягли мулов, и Джоби стоял около, тоже одетый в то, что он зовет воскресным, в старый отцовский сюртук и отцову же потертую касторовую шляпу. Потом на заднюю веранду вышла бабушка (по-прежнему в черном шелковом платье и в шляпке -- точно она так в них и продремала, простояла всю ночь пряменько у двери, держа руку на ключе, который извлекла неведомо откуда, чтобы впервые за все время замкнуть дверь); на плечи шаль накинута, а в руках у нее зонтичек от солнца и ружье, снятое с крюков над камином. Она протянула ружье Джоби.

– - Вот, -- сказала бабушка. Джоби взглянул.

– - Нам его не надо будет, -- сказал Джоби.

– - Положи в повозку, -- сказала бабушка.

– - Нет, мэм. Нам его не надо будет вовсе. Мы до Мемфиса доедем -- никто и узнать не успеет, что мы на дороге. Да и хозяин Джон, надо думать, расчистил всю мемфисскую дорогу от янков.

Бабушка и отвечать не стала. Молча продолжала протягивать ружье, и Джоби в конце концов взял его, понес в повозку.

– - Теперь сундук снесите, -- сказала бабушка.

Джоби еще не кончил укладывать ружье; остановился, повернул слегка голову.

– - Чего?
– - произнес он. Круче повернул голову, не глядя, однако, на бабушку, стоящую на ступеньках.
– - Говорил же я вам, -- сказал Джоби безадресно, ни на кого из нас не глядя.

– - Насколько знаю, ты вообще не способен держать свои мысли при себе долее десяти минут, -- сказала бабушка.
– - Но что именно ты "говорил нам" в данном случае?

– - Неважно что, -- ответил Джоби.
– - Двигайся, Люш. И паренька прихвати.