Чтение онлайн

– Ладно-ладно, Найтфлаттершай, больше не буду, клянусь.

– Я серьёзно, - буркнула Найтфлат, сложив передние копытца на груди и уставившись в окно.
– Я ненавижу своё имя.

– Я тоже ненавижу твоё имя, - честно сказала ночная аликорн.
– А я ещё ненавижу Министерство, твоих родителей, Элементы Гармонии и эти вкуснейшие печенья, которые на все сто процентов напичканы чем-то, что вызывает звуковые галлюцинации. Весьма конкретные звуковые галлюцинации. А я слишком замечательна и аликорниста для всяких препаратов.

Не говоря ни слова, Найтфлат поднялась, леветировала к себе вазочку с остатками сладостей, подошла к окну, открыла его и высыпала всё на улицу. Птицы явно обрадовались нежданному кушанью, расхватывая кусочки и крошки. Найтмер тяжело моргнула, пытаясь осмыслить то, что она только что увидела.

– Окно было не закрыто.

– Агась.

– Потому что запирать окна - это нарушение прав пони, а свежий воздух - это всегда хорошо, а если рядом пройдёт добрый соседушка, то надо перемолвиться с ним парой-тройкой слов.

– Агась.

Фейсхув Найтмер Мун был самым долгим, самым эпичным, и самым справедливым за всю историю Эквестрии.

***

– Куда теперь?
– спросила старшая кобылица. Они с Найтфлат бодро вышагивали по улице. Живот предательски заурчал: печенья хоть и были вкусные, но пищевой ценности они не имели. Очередная уловка, очередная попытка сломать тех, кто остался. Сломить деликатно, нежно, и как можно вежливее, разумеется.

– Можем зайти ко мне домой, - предложила тёмно-синяя волшебница, идя в ногу с аликорн, - у них была почти одинаковая скорость.
– Вчера ты ночевала в дедушкиной библиотеке, и он пришёл ко мне. Хотя я была рада его видеть - он единственный, кто не называет меня полным именем.

– Нет, ну ты серьёзно? Найтфлаттершай?
– воскликнула Найтмер, отчего она словила пинок от пресловутой пони. Некоторые горожане оглянулись на вскрик.
– Я не понимаю, - продолжила аликорн, понизив голос до угрожающе-шипящего шёпота.
– Как можно было придумать такое идиотское имя? Есть же тысячи чудесных имён: Юникорнисия, Мэджикэнна, Старшайн Мундримс...

– Ты отстала от жизни, дорогая моя, - хихикнула Найтфлат, но буквально через секунду вновь стала угрюмой.
– Родители думали, что если они назовут меня так же, как и свою старшую дочку, то у них будет вторая Флаттершай. Умная красивая кобылка с чудесным голосом, превосходными манерами, большим добрым сердцем и немалыми познаниями в искусстве. Ну кто же знал, что в семье не без урода, а?!
– Теперь уже пришёл черёд Найтмер пихать собеседницу. Чтобы Найтфлат не расплакалась - хотя вряд ли такая кобылка, как Найтфлат расплачется, как дитя, - аликорн решила сменить тему:

– Кстати, что ты знаешь о Министерском Городе?

Единорожка мгновенно остановилась. Глаза её стали размером с два чайных блюдца. Медленно повернувшись к Найтмер, волшебница спросила:

– Ты... не знаешь, что такое Министерский Город?

– Осмелюсь заметить, что я только позавчера прибыла с лунных каникул, - съязвила Найтмер. Где-то поблизости надрывалось радио, довольно неубедительно доказывая, почему все должны любить Твайлайт. От этих доводов болели уши, но чёрной царице почему-то хотелось громко смеяться. Может, даже затянуть песню в стиле Пинки Пай?.. Хотя нет, песня в стиле Пинки Пай всё же будет лишней.

Однако объяснение не удовлетворило Найтфлат.

– Но... но ведь о Министерском Городе твердят на каждом шагу! Всех этих плакатов, всех этих радио не было бы без Города! Для Твайлайт Спаркл Министерский Город - самая важная вещь на свете, солнышко в окне! И ты даже не знаешь, что это такое?! Как мы будем бороться с Мини...
– В этот раз пинок от Найтмер был на порядок сильнее. Единорожка приумолкла и смущённо извинилась, а аликорн осторожно разжала крыло, явив миру вчерашнюю листовку.

– Вот отсюда.

Найтфлат магией подняла листовку в воздух, изучая её. Потерев подбородок копытом, пони самодовольно хмыкнула.

– Из старых запасов. Как я и думала. Предлагаю выкинуть - эта пропаганда и так на каждом шагу. Согласна?

Листовка немедля полетела в мусорное ведро, а две пони продолжили свой путь в полном молчании. Каждая думала о своём.

***

Дом у Найтфлат был самым обыкновенным и стоял на самой обыкновенной улице. Никаких тебе замков с хитроумными ловушками, никаких старинных особняков с привидениями, никаких подземных бункеров-убежищ, о которых так любят поразмышлять эквестрийские пони-фантасты. Два кустика сирени у крыльца, одна черешня, три клумбы с блёклыми цветочками, за которыми хозяйка, по-видимому, не слишком-то и ухаживала. Найтфлат прошлась прямо по ним – а что, хуже они всё равно уже не станут! Но, после недолгих размышлений, Найтмер аккуратно прошла по хлипкой обыкновенной плиточной дорожке, что ломалась и крошилась под её копытами.

Внутри всё оказалось обставлено просто и небогато. Было видно, что тёмно-синяя единорожка ни капли не заботится о красоте и уюте в своей обители. Ванная; кухонька с обшарпанными обоями, облупившейся побелкой и пустыми шкафами; скучная гостиная с вонючим диванчиком и не менее вонючим покусанным мышами ковриком. Серо и блёкло. У Найтмер засосало под ложечкой. Дом Найтфлат навевал тоску и уныние, и аликорн захотелось бежать отсюда без оглядки. Пересилив себя, она уселась на диванчик, который жалобно заскрипел-застонал и начала сверлить взглядом дверь: её подруга-волшебница ушла заваривать чай, за которым как раз можно было спокойно обсудить все вопросы.

Наконец Найтфлат появилась, неся телекинезом поднос с двумя чашечками, полупустой сахарницей без крышки и маленькой кучкой сухариков. Поставив поднос на ветхий столик, она насыпала сахар в чай и села рядом с аликорн, нервно накручивая прядь сиреневой гривы на копыто.

– Итак... что будем делать? – спросила она через несколько минут тишины. За это короткое время ни одна из них не притронулась к чаю. – Ты настроена серьёзно, и закрашивание плакатов тебя не устроит, так?

Найтмер кивнула, поднося к себе магией сухарик. Совершенно безвкусный.

– И ты будешь бороться с Твайлайт Спаркл? С принцессами? Как ты всё это себе представляешь?

– Почему ты спрашиваешь об этом у меня? – тихо ответила аликорн. Найтфлат передёрнула плечиками.

– Ты – могучая бессмертная богиня, управляющая ночью. Ты живёшь уже почти тысячу лет. У кого, как не у тебя?..

– Логично. Только я вот провела это тысячелетие на куске камня в одиночестве, - вздохнула Найтмер и залпом выпила чай. Кипяток с крупинкой сахара и тремя травинками, безо всяких эмоций отметила она про себя. – Итак, Башня Селестии – это же типа сердце всех их Министерских дел, так?