Нашествие
Шрифт:
Из столовой вышли закончившие прием пищи, несколько человек, среди которых Игорь увидел и массивную фигуру Сергея, направились к курящим.
– Гоша, блин, ты идешь?
Игорь хлопнул по объемистому пакету:
– Я уже готов, гражданку прямо на КПП одену, погоди, только до дежурного сбегаю, отмечусь.
– В «Привал» зайдем?
Игорь похлопал по карманам.
– Денег дашь, зайдем.
– Обойдешься, нефиг было сигареты покупать, пижон. Треть зарплаты за пачку.
– Ну и черт с тобой! Буду ждать на КПП.
Игорь, уступив дорогу колонне четвертой батарее, неспешно, пиная мелкий щебень побрел к штабу. У фонтана, лениво пускающего струйки ледяной воды его обогнал комбат.
– Ты еще здесь?
– Завтракал.
– А, понятно. Ты смотри, не опоздай, без пятнадцати шесть, что б на плацу стоял подшитый и побритый.
– Не впервой, товарищ старший лейтенант.
Игорь пропустил комбата вперед, лишний раз отираться на глазах начальства он не любил, того и гляди, как куда-нибудь припашут. Хлебом не корми, дай солдата умотать.
Штаб размещался в старом, еще дореволюционной постройки двухэтажном особнячке, довольно неумело украшенном в стиле барокко. Денисов толкнул тяжеленную дверь и поморгал, привыкая к полумраку коротенького коридорчика меж двух стеклянных стен. Сегодня дежурным по части стоял полноватый майор, фамилию которого Игорь никак не мог запомнить, хотя частенько с ним сталкивался на ремонтном цикле. Майор читал.
– Товарищ майор, разрешите?
Тот оторвался от текста и подслеповато прищурил глаза.
– Чего?
Игорь протянул увольнительную.
– Отметиться пришел.
– Почему не на разводе?
– В караул сегодня, вне очереди, меня комбат отпустил.
Майор снова уткнулся в книгу, На этот раз Игорь успел прочитать фамилию автора – Чейз.
– После развода приходи, а то много вас сегодня гулять уходит до срока.
– Ну товарищ майор, у меня времени в обрез, в пять в части надо быть. Комбат же отпустил!
Майор захлопнул книгу и привстал со стула.
– Свободен!
– Так, сержант, почему не на разводе?
Игорь обернулся, краем глаза заметив, как подскочил майор. В дверях своего кабинета стоял командир части. Игорь лихо отдал честь, спеша опередить открывшего было рот майора.
– Пытаюсь уйти в увольнение товарищ полковник! Мне в караул сегодня, вчера только сменился, комбат разрешил.
– Ну раз разрешил, так иди. Сергей Степаныч, отметьте.
– Слушаюсь!
Игорь протянул листок, майор поморщился, но отметку таки поставил.
– Разрешите идти?
– Иди.
Игорь кивнул и вышел на улицу. Развод заканчивался, учебные батареи расходились по занятиям, со строевыми песнями маршируя мимо трибуны. Игорь ухмыльнулся, наверняка на плацу сейчас зам по учебной работе, меломан саморощенный. Хлебом не корми, лишь бы мимо него с песнями ходили. Зама не любили, недавно переведенный из другой части, он как-то резко сделал карьеру, досрочно получив подполковника и заняв место разбившегося в автокатастрофе предшественника. Всю жизнь прослужив при штабе, зам видимо не накомандовался и теперь отрывался на полную катушку, гоняя личный состав при любой, малейшей возможности.
Игорь по дуге обошел плац, выгадывая так, чтобы не попасться на глаза возвращающемуся в штаб подполковнику, вот уж с кем встречаться у него не было ни малейшего желания. Полсуток свободы манили близостью, обещая весь спектр нехитрых солдатских радостей. Правда на сегодня, увы, без алкоголя– слишком коротким был миг свободы, а ссориться с командованием за неделю до дембеля не хотелось. Полторы недели, оставшиеся до истечения реального срока службы лучше любого замполита помогали удерживаться в рамках устава.
Он насмешливо показал язык молодому, куковавшему на внутреннем КПП, тот демонстративно отвернулся, скрыв появившееся на лице завистливое выражение. В военторг с красноречивым названием «Привал», Игорь даже не стал заглядывать, солдатской получки в четырнадцать тысяч рублей больше чем на неделю не хватало, а просто так глазеть на товары Игорь не любил. Так что скользнув взглядом по аляповатой красно желтой вывеске, он ускорил шаг, стремясь поскорее выйти за пределы военного городка.
На первом КПП, закрывающем бронированными воротами столь желанную свободу его ждали остальные. От кампании отделился всеобщий любимец и заводила, старшина Мельник.
– Ну ты заколебал Гоша! Не мог что ли заранее отметиться?
– А я знал, что в караул опять? Ладно, какие планы?
– Какие-какие, счас затаримся, да к Витьку на хату. Ты то как, с нами?
Игорь досадливо отмахнулся, натягиваю загодя приготовленную гражданку.
– Какое там с вами. Мне в шесть на плац, развод что б его.
– И?
– Не сегодня, парни. Я лучше по городу погуляю.
– Ну как знаешь, а мог бы и не пить. Витек обещал телок вытащить, в аккурат до шести успеешь.
– Нафиг, я уж лучше как-нибудь так, девственником, чем наспех. До завтра мужики.
– Бывай, караульный пес.
Игорь толкнул ногой тяжелые наружные двери и полной грудью вздохнул влажного питерского воздуха, весеннего и оттого еще не напитавшегося пылью и смогом. От проспекта его отделяла зелень вездесущих тополей, коими так славен этот район Питера. Через месяц они покроются нежным белым пухом, и тогда всю округу заметет, словно зимой, этими невесомыми, нетающими даже в самую сильную жару снежинками. Сколько мороки с ними было прошлым, небывало жарким летом. Ежедневные уборки территории, наведение блеска в казармах, казались бесполезными– вездесущий пух проникал повсюду. Игорь счастливо засмеялся, этим летом пусть мучаются без него!