Чтение онлайн

Женщина распахнула окна, чтобы проветрить помещение, и села в кресло, размышляя о своем приключении.

Что же это за роскошный дом, в котором она случайно побывала? Он не похож на обычное пристанище туриста. И что за человек хозяин дома, зачем-то нанявший охранника? Уж не скрывается ли он от кого-то? Вряд ли. Но что она знает о жизни богачей? Или таких красавцев, как он? С его внешностью он мог бы стать кинозвездой. Его лицо словно сошло с обложки модного журнала: оно казалось удивительно знакомым.

Ианта взглянула на шрам на ноге, в тысячный раз убеждаясь в его отвратительности. Пурпурно-красный и неровный, с розоватыми следами швов, он протянулся от лодыжки до бедра. Когда-то Ианта едва не умерла от болевого шока и потери крови. Тогда она даже желала смерти – как избавления от мук. А в период длительного выздоровления в довершение всех бед пришлось еще испытать на себе жалость окружающих, которые безмерно ей сочувствовали, убеждая смириться с искалеченной ногой. Сейчас она вспоминала это время и удивлялась: «Неужели и я сама начинаю жалеть себя? Раньше я за собой такого не замечала».

Ианта направилась в ванную, погрузив пальцы в густые локоны волос и откидывая их на спину. Родители ее подруги Трисии Уфам, которым принадлежал коттедж, поселили Ианту здесь на неограниченный срок. Отдавая ей ключи, Трисия говорила: «Когда твои волосы отрастут до плеч, не отрезай их, пусть будут еще длиннее – они у тебя такие красивые!» Тогда Ианта ответила: «Мне приходится их подрезать, потому что они мешают—я провожу много времени под водой с аквалангом».

Теперь она сомневалась, что вообще когда-либо наденет акваланг. Было бы просто счастьем, если бы она снова смогла заниматься плаванием. Стиснув зубы, Ианта заставила себя умыться. «Жалость к себе – последнее прибежище для нытиков, – сказала она своему отражению в зеркале, – скоро я смогу плавать, нужно еще немного потерпеть».

В дверь постучали. Сидевший за рабочим столом мужчина оторвался от чтения газет:

– Да, войдите.

На пороге появился Марк.

– Перед тем как вы начнете меня отчитывать, – смущенно начал он, – я сам хочу признать, что поступил по-идиотски.

Складка на лбу Алекса Консидайна чуть разгладилась.

– Впредь пусть твое рвение не затмевает разум. И, если заподозришь что-то неладное, сначала сообщи мне, – Алекс улыбнулся. – Тебя, наверное, усиленно инструктировала моя мать?

Марк облегченно вздохнул и тоже улыбнулся:

– Еще как инструктировала! Сказала, что вам грозит опасность и я должен беречь вас как зеницу ока.

– Тогда тем более не следует приводить в дом чужого человека, пусть даже женщину. – Алекс знал, как порой навязчива бывает мать в своей заботе о нем, а Марк всего лишь слуга, а не телохранитель. – Моя мать всю жизнь оберегала меня. А здесь мне некого опасаться, тем более эту молодую женщину с изуродованной ногой. Не обращай внимания на капризы моей матери.

Хотя Консидайн знал о существовании людей, которые бы обрадовались, узнав о его смерти, но в Новой Зеландии его жизнь была вне опасности. Это небольшое государство, омываемое Тихим океаном, имеет свои проблемы. Как и многие другие страны, оно борется с растущей во всем мире преступностью, но находиться здесь не более опасно, чем в любой другой точке мира.

Алекс бегло просмотрел несколько лежавших на столе факсов:

– Кстати, кто эта женщина? Ведь ты ее знаешь, правда?

– Как вы догадались? – удивился Марк.

– Значит, я прав. Если бы она была обычным туристом, ты бы проводил ее за калитку и велел идти своей дорогой.

– Да, мне показалось, что я видел ее раньше. Тогда я припомнил, что это было в телепередаче. Я подумал, что она репортер, и привел ее в дом. Может, вы захотели бы дать ей интервью. Алекс кивнул:

– Понятно. Больше ничего о ней сказать не можешь?

– Потом, когда подавал чай, я вспомнил точно, кто она такая. Пару лет назад, если не больше, она снималась в документальном телесериале о жизни морских глубин, пока на нее где-то в Тихом океане не напала акула.

Консидайну стало немного не по себе: «Значит, вот откуда этот ужасный шрам и хромота!»

– Ты знаешь ее имя?

– Ианта Браун. В свое время она не сходила с обложек разных модных журналов. Конечно, после такой травмы ее уволили с работы, – Марк пожал плечами, – на ее место взяли другую красотку, с такой же фигурой, но которая почти ничего не смыслила в работе, хотя тоже неплохо смотрелась в бикини. Ианта Браун по-настоящему любила свое дело.

Алекс понимающе кивнул, и Марк продолжал:

– Кстати, я вовсе не нарочно поранил кожу на ее руке. Когда мы проходили мимо озера, она споткнулась и чуть не упала в воду и ее вдруг затрясло как в лихорадке. Тогда я сам испугался и, когда тащил ее подальше от воды, наверное, слишком сильно сжал ей руку. Но я не хотел причинить ей боль.

– Наверное, вид воды обращает ее в панику, – предположил Консидайн, – После того, что она пережила, это вполне возможно.

– Но акулы в наших озерах никогда не водились.

– Еще не хватало! – Алекс рассмеялся. – Хорошо, ты можешь идти.

– В котором часу подать ужин?

– В восемь.

Когда дверь за Марком закрылась, Алекс продолжил чтение газет. Через час он вышел на веранду и, глядя на гладь озера, вспомнил об Ианте Браун, заинтригованный рассказом Марка. Но Консидайн знал женщин, способных не только заинтриговать, но и разжечь в мужчине чувственный огонь одним лишь телодвижением или улыбкой.

Ианта чем-то их напоминала и все же была другой. Да, у нее красивая фигура и кожа, а ее светло-карие глаза манят и завораживают. Интересно, как она выглядела на тех журнальных обложках: смогли ли фотографы уловить и передать ее по-особому неповторимую прелесть или сделали из нее стандартную куклу?