Чтение онлайн

–  Я бы не сказал, что об их разумности трудно догадаться с первого взгляда, - мягко заметил я.

–  Никто и никогда не сомневался, - презрительно бросила Жанна. - А что было делать? Беспилотный зонд следов разумной жизни не обнаружил. Колониальный баркас не имел запаса топлива на возвращение. Пришлось... сосуществовать.

Аборигены остановились. Поставили на землю корзины. Старейшина, неуверенно переводя взгляд с Жанны на меня, сделал все-таки выбор в пользу мужчины.

–  Фрукты, - довольно разборчиво сказал он, тыча пальцем в корзины. Вытянул руку по направлению к носильщикам, добавил: - Рабочие.

Я молчал. "Рабочие" переминались с ноги на ногу.

–  Они не рабы, - сказала Жанна. - Они вправе уйти.

–  Мы не рабы! - заволновался старейшина. - Мы вправе уйти!

–  Что вы хотите взамен? - спросил я его. - Еда, огонь, лекарства? Оружие?

Старейшина запустил руку под шкуру, достал пластиковую фляжку с остатками жидкости на донце. Сказал:

–  Оружие - нет, нет! Знаем закон! Лекарство - нет, нет! Питье!

Я взял из дрожащих рук фляжку, открутил колпачок, понюхал. Спросил Жанну:

–  Настолько близкий метаболизм?

–  Пробовать не советую, там большая доза метилового спирта. Для них это не опасно.

–  Быстро спиваются? - спросил я.

–  Год... два. - Жанна пожала плечами. - Кому это интересно? Работают и ладно.

Вернув фляжку старейшине, я сказал:

–  Потом. Другой раз. Сейчас нет питье. Подожди.

–  Вождю лучше дать, а то может обидеться, - пробормотала Жанна. Нырнула в кабину, появилась с бутылкой местного виски. Протянула вождю, сказала: Тебе! Привет!

–  Привет! Привет! - хватая бутылку, воскликнул вождь.

Я молча забрался в кабину. Жанна села в кресло пилота. Аборигены торопливо двинулись прочь от шлюпки.

–  Что, сволочи мы? - почти весело спросила Жанна. - А нечего было матушке Земле рассылать колониальные баркасы!

–  Вы же знаете, Жанна, тогда существовала опасность гибели всей цивилизации.

–  И вы складывали яйца по разным корзинам, - фыркнула Жанна. - Знаю, знаю... Ну вот, вы увидели очередного гадкого утенка, вылупившегося из уцелевшего яичка. Велико ли наше преступление?

–  Велико, - сказал я.

Не мог и не хотел я говорить ей всего. Про первую и вторую нарковойны, про эпидемию виртуальной наркомании, про табачные бунты, про введение полного запрета на химические и электронные средства для изменения сознания. Она это, конечно, знала... отчасти. По передачам ти-ви "Метрополия". Она только не подозревала, как безобразно и страшно все это было.

–  У вас только пиво, да? - спросила Жанна.

–  Уже запретили.

Жанна фыркнула.

–  Мы чистим планету, - сказал я. - Латаем генофонд. Я... я пробовал пиво. И вино тоже. Даже виски. Нам дозволено больше, чем рядовым гражданам.

–  Так всегда, - ехидно сказала Жанна. - И вам понравилось?

На этот вопрос я не ответил. Признался:

–  Возможно, сейчас мы перегнули палку в другую сторону. По большому счету, достаточно было победить электронную наркоманию... Но человечество стояло на грани гибели, и в средствах церемониться не приходилось.

–  И что будет с нашей колонией?

–  Вы будете наказаны, - ответил я. - В первую очередь, конечно, виноваты властные структуры. Но достанется всем. Таков закон. Распространение дурманящих веществ среди иных форм разумной жизни - очень тяжелое преступление.

Жанна помолчала. Потом сообщила:

–  Приближаемся ко второму стойбищу.

–  Там то же самое?

–  Да.

–  Тогда летим в город. Аборигенов вы временно убрали не только с улиц, но, полагаю, и из рудников? Возвращаемся в город.

–  Как прикажете, экзекьютор, - презрительно сказала Жанна. С неожиданно прорвавшимися эмоциями воскликнула: - Ну почему я? Именно я? Повезла бы этих амбалов-японцев на охоту, сидела бы сейчас у костра, байки травила! Нет, влипла! Стала пособницей экзекьютора! Вы улетите, а меня вся планета проклянет! Сашеньке станут говорить, что ее мама - предательница!

–  На вашем месте мог...

–  Но оказалась-то я! Им нужен будет козел отпущения, и козел теперь имеется!

Она помолчала и поправилась:

–  Коза отпущения... А что мы должны были делать? Продавать аборигенам сталь? Оружие? Они не нуждаются в пище, не нуждаются в лекарствах. Им пока не интересен прогресс. А вот выпивка - это лучшая валюта!

–  Я знаю. Так случалось на всех планетах, где колонисты встретили разумную жизнь. Иногда в ход шел алкоголь, иногда синтетические наркотики.

–  На всех планетах? - поразилась Жанна.

–  Ну... вроде бы мормоны обошлись без этого. У них обычное рабство.

–  Значит, все так делают...
– пробормотала Жанна. - И все равно вы нас накажете?

–  Да.

Шлюпка пошла на посадку. Жанна молчала. Лишь перед самым касанием пробормотала:

–  И почему вы считаете себя вправе судить нас? Это все решило.

–  Подождите минутку, - попросил я. - Не выходите. Жанна удивленно посмотрела на меня.

–  Вы правы в одном, - сказал я. - Правосудие не может быть беспристрастным. Не должно. Мы люди, а не математические формулы. Потому и существуют суды присяжных, прецедентное право... чтобы над строчкой закона всегда стоял живой человек.

–  Соберете присяжных? - удивилась Жанна. - Если из наших - вердикт будет один. Если из ваших - другой. Где тут справедливость?

–  Экзекьютор - сам себе присяжный, - сказал я. - Одну минуту, Жанна.

Я достал из кармана упаковку, открыл. Там лежала таблетка одна-единственная. Они очень дорогие, эти таблетки. Наверное, самый страшный наркотик, придуманный человечеством. Позволенный лишь экзекьюторам... и, наверное, тем, кто стоит над нами.

–  Я люблю вас, Жанна, - сказал я. И раскусил маленький белый диск.