Чтение онлайн

— Мое участие?

— Усилия вашего полка. Вы защитили Храм и отбросили врага. Вот почему вы здесь.

— Вы требовали этого?

— Нет, полковник-комиссар,— улыбнулся Килош. — Она.

Гаунт заколебался, и задумчиво провел пальцами по своему подбородку. — Мне хотелось бы позже поговорить в вами об этом, отец-аятани,— сказал он. — Сначала, я хотел бы получить разрешение первого чиновника... и уважаемого маршала... разместить своих людей. Легер страстно кивнул, и сделал еще один легкий поклон. Гаунт повернулся и пошел к стыковочному шлюзу.

— Что вы о нем думаете? — прошептал Килош.

— Не о чем беспокоиться,— сказал Биаги.

— Он кажется порядочным человеком,— ярко высказался Легер. — Не так ли? Порядочный?

— Ох, я думаю что да,— сказал Килош. — Почти слишком порядочный. И вот тут у нас могут быть проблемы.

Мне почти кажется, что он не верит.

— Тогда его нужно заставить поверить,— сказал Биаги. Он прервался, когда увидел толстого мужчину в униформе линейного комиссара, который появился из одного из шлюзов. — Извините меня,— сказал он, и ушел.

Танитские военные повалили в зал собраний. Быстро шагая по металлической палубе, Биаги видел, как шлюзы открываются один за другим вдоль украшенной террасы. Мужчины, и местами, женщины, одетые в одинаковый грязновато-черный и задрапированные камуфляжными накидками, покидали флотилию десантных кораблей, волоча коробки с боеприпасами, складируя ящики и вещевые мешки. Они воняли. Запахи грязи, фуцелина и загустевшего прометиума, которые не убрать никаким количеством принятий ванн. Тени приземляющихся кораблей мелькали по всей террасе, слышался стук и влажный звуки сцепления посадочных зажимов. Пар валил сквозь решетки в полу.

Новоприбывшие любезно выделили Биаги широкую койку. Он был старшим офицером, и, так же, впечатляющей фигурой. Бритоголовый, с темно-оливковой кожей и янтарными глазами, он носил церемониальную боевую форму городского полка: блестящая коричневая кожа, богато украшенная отделкой из золотой проволоки. Его левую руку и грудь покрывала полированная, сегментированная броня и, на спине, под складками алой ленты, был закреплен катализаторный бак.

Биаги остановился, когда проходил троих солдат, толкающих поддон с баками с прометиумом из стыковочного шлюза.

— Вы. Что это?

— Сэр? — сказал ближайший, похожий на медведя болван с мохнатыми усами.

— Как вас зовут? — спросил Биаги.

— Рядовой Бростин, сэр,— сказал медведь. Он жестом указал на своих товарищей. — А там Лубба и Дреммонд. Остальные быстро отдали честь. Лубба был низким, сильным зверем, покрытым по большей части варварскими татуировками. Дреммонд был моложе и более складно сложен, его волосы были короткими и темными.

— Вы огнеметчики?

— Сэр, да сэр,— сказал Бростин. — Любимые Императором. Он вложил огонь в нас, и мы несем огонь его врагам.

— Итак, вы можете тащить эти баки и вот те огнеметы назад на корабль, рядовой.

— Сэр?

— Городские законы. Только офицерам Полка Цивитас Беати дозволено пользоваться огнеметами в битве.

— Прошу прощения, ваше превосходительство... почему? — спросил Лубба.

— На этом мире, вода – это сила, и враг воды – огонь – и привилегия пользоваться им дарована только высокородным войнам. Вам нужны еще какие-то объяснения?

— Нет, сэр, не нужны,— сказал Бростин.

Биаги пошел дальше. — Комиссар Харк?

Комиссар повернулся и быстро отдал честь.

— Биаги, Маршал Цивитас Беати. Добро пожаловать на Херодор,— сказал Биаги, отсалютовав в ответ и тряся руку Харка. — Меня попросили найти вас.

— Серьезно?

— Генерал хочет переговорить наедине.

— Я предполагал, что он захочет,— сказал Виктор Харк.

Осторожно опустив свое старое тело, Аятани Цвейл распростерся и поцеловал металлическую палубу, бормоча молитвы, которые он знал почти всю жизнь, но которые только сейчас, казалось, имели значение.

Повсюду вокруг него были Призраки, выгружавшиеся с десантных кораблей. Многие преклонили колени рядом с ним, вынимая свои зеленые шелковые ленты с обетами и целуя их так, как он научил их. Они были верующими, эти мальчики и девочки, эти солдаты. Это было восхитительное зрелище. Он размотал свою собственную ленту с молитвами с иссохших пальцев, и начал читать литанию.

Гаунт возник позади него и мягко поднял его на ноги.

— Я должен закончить — начал Цвейл.

— Я знаю. Но вы в центре посадочной палубы и вас могут задавить, если вы останетесь здесь.

Цвейл обиделся, но позволил Гаунту увести его с дороги, так как Обел и Гаронд тащили ящик с ракетами на посадочную террасу на антиграве.

— С вами все в порядке? — спросил Гаунт.

Имхава Аятани уставился на Гаунт свирепыми бусинками глаз. — Конечно! Как я не могу быть в порядке?

— Вы очень устали, отец-аятани. Долгое путешествие истощило вас. Цвейл фыркнул. Если бы Гаунт высказал такое на Айэксе, он, может быть, и согласился бы.

Там, он старался игнорировать знаки, но нельзя было отрицать, что возраст нагоняет его.

Затем, пришли новости. И новая энергия наполнила его суставы, больные артритом и слабый разум.

Цвейл посмотрел на Гаунта и пожалел о своей резкости. — Не обращай на меня внимания. Я старый и жаждущий, и я провел последние несколько месяцев на корабле Флота, мечтая о том, что ожидает нас тут. Я ожидал...

— Что?

Цвейл помотал головой.

— Запах сладкой неразвращенной плоти, пронизывающий всю планету? Аромат ислумбина? Цвейл тихо рассмеялся. — Да, возможно. Все это долгое путешествие с Айэкс Кардинала я размышлял, чего ожидать.