Чтение онлайн

Сколь сильно я не любила цивилизацию с ее комфортом, магистралями, уходящими за облака небоскребами, в сердце дикой пустыни для меня всегда будет особый уголок рая… уже в моем собственном сердце.

Отгремели торжества в столице, насытив роскошью настолько, что третий праздник никяха, согласно традициям эмирата, я сама изъявила желание отпраздновать именно здесь.

Там, где началась история нашей любви, такой непохожей на истории из сказок.

Золотое платье невесты — под цвет песков на закате — богато расшито бриллиантовыми россыпями, подчеркивая основное направление деятельности эмирата. Такая же богато декорированная диадема держит покрывало на моих волосах. Я смотрю вдаль, стараясь не плакать от переполняющих эмоций, вращая крупный перстень вокруг пальца.

Два дня назад я официально стала женой Кемаля. Шейхой Газаль Аль Мактум.

— Я положу к твоим ногам весь мир, моя Роза Пустыни, — шепчет на ухо мой муж, и огонь внутри может посоперничать с яркостью красок заходящего солнца.

— Не нужен мир. Мой мир там, где мы вместе, — от счастья кружится голова.

Смотрю на красоту заката и стараюсь не думать ни о чем, кроме того, сколько прекрасных дней и ночей с любимым мужем у нас впереди. Как сильно я хочу родить ему сына, такого же сильного духом и несгибаемого, как его отец.

Скоро нас заберет вертолет, увозя туда, где мы будем слушать рокот волн, предаваться любви и не расставаться ни днем, ни ночью. И никакая сила в мире больше не разлучит нас.

— Не хочу отпускать тебя, — поцеловав страстно в губы, хрипло говорит Кемаль. — Даже на минуту.

— Иди, — улыбаюсь в ответ, — ты же знаешь поверья. Танцуй с мечом и огнём ради нашего счастья.

Туареги увлекли Кемаля в традиционный для племен танец силы, больше похожий на поединок на мечах. Такова традиция. У меня каждый раз при виде этого первобытного танца замирает сердце, и я решаю сосредоточиться на закате, которого мне так не хватало в столице.

Солнце скрывается за горизонтом стремительно, подарив мне золотой отблеск на коже. Тотчас же на пустыню опускается прохлада, порыв ветра охлаждает пылающую кожу. А я понимаю, что прошло совсем немного времени, а я успела истосковаться по своему супругу столь же сильно, как во время нашей вынужденной разлуки.

Поворачиваюсь, и замечаю у линии горизонта искру, похожую на падающую звезду. Загадать желание не успеваю: она приближается, как и темная фигура всадника. Всадника с факелом в руке.

Наверное, мне нужно известить Кемаля о том, что я увидела чужака. А может, это кто-то из опоздавших гостей. Но не могу сдвинуться с места, смотрю за приближением — вначале темного пятна, а затем вполне узнаваемой фигуры верхом на коне.

Он не приближается. Застывает неподвижным изваянием на самой высокой точке бархана. Может, это мираж?

Угрозы я не чувствую. Даже когда узнаю в нем Ассасина глубоких песков.

Видит он меня или нет, неизвестно. Смотрит, не делая попытки сократить расстояние. Неужели изгнанник столь безумен, что решится напасть на своего шейха?

Пламя факела в его руке взметается ввысь. А затем быстро описывает в воздухе фигуру, похожую на сердце — столь стремительно, что я успеваю четко запечатлеть в памяти ее очертания.

А потом пламя гаснет, и черная тень того, кто все же каким-то образом однажды посодействовал соединению наших с Кемалем сердец, растворяется в надвигающейся тьме.

Перед моими глазами все еще очертания огненного сердца, и таким же огнем накрывает меня. Задыхаясь от счастья, я спешу в лагерь-поселение, в объятия самого лучшего мужчины в мире.

В объятия Кемаля Аль Макума…