Мажор
Шрифт:
– Жду тебя вечером на тренировке. Предлагаю потом где-нибудь отметить это событие, – расслабленно предложил любимый.
– Отличная идея! – сходу согласилась я.
Обняв на прощание, Андрей пошел к метро, а я в числе последних студентов прошмыгнула в аудиторию. Но стоило только переступить порог просторного лекционного зала, как приподнятое настроение сдулось, словно дырявый шарик – на моем месте, лениво развалившись и улыбаясь в тридцать два зуба, сидел Железнов. Он что-то оживленно рассказывал Карине, а она легкомысленно хихикала, то и дело дотрагиваясь пальцами до его небритой щеки.
С того знаменательного разговора в запертой аудитории прошло ровно семь дней. Мажор больше не напоминал о себе, но я постоянно чувствовала кожей его долгие раскаленные взгляды. Казалось, он уже никогда меня не отпустит, так и буду в вечном подчинении…
– Феликс, пошли, покурим?. И ты обещал принести мне тот эксклюзивный экземпляр комиксов с первым появлением железного человека… – вопросительно покрутив в воздухе пачкой сигарет, около нашего стола замер однокурсник Ванька.
– Я всегда держу обещания, брателла… – тихо изрёк, бросая на меня пылающий взгляд. – Возьми на моем столе. Курить не пойду – боюсь пропустить что-нибудь интересное, – шантажист облизнулся, глядя на меня как на тарелку с клубникой и взбитыми сливками.
– Э-э-э… Можно уже занять своё место? – спросила, нерешительно прочистив горло.
– Конечно, – доброжелательно отозвался мажор, расплываясь в широченной улыбке, а в глазах читалось предупреждение.
Он медленно поднялся и навис надо мной, словно гора. По коже пробежал холодок, и я машинально отступила. Хотя не набросится же он на меня посреди переполненной аудитории? Ну, в самом деле…
– Ладно, девчонки, ещё увидимся… – мучитель подмигнул, напоследок парализуя пристальным взглядом серо-гранитных глаз.
Карина звонко причмокнула, посылая парню воздушный поцелуй, но Феликс даже не взглянул в её сторону. Его последние слова предназначались не ей. Мне. Вся съежилась, нервно пожимая плечами, словно стряхивала с них снежинки.
В аудиторию вошла преподавательница по русской литературе, и Железнов поспешно плюхнулся сзади. Расправила плечи, испытывая неловкость. Казалось, его бесноватый взгляд вот-вот расплавит мой затылок…
Он осознанно на всех парах садился за мной, доставляя этим нешуточный дискомфорт. Лекции превращались в адскую пытку: не могла расслабиться, каждую секунду ожидая подвоха.
– Он такой классный… – растягивая слова, словно жвачку, на ухо прошептала Карина.
Подавив тяжелый вздох, я закатила глаза. Последнюю неделю будто находилась в параллельной реальности, где самым добропорядочным человеком на Земле являлся его святейшество – Феликс Железнов. Мажор вел себя, как божий агнец и посланец небес в одном флаконе: не жалел комплиментов девчонкам, жал руки парням, принимал активное участие в дискуссиях с преподавателями. Если и задерживался на пары, то заходил с таким одухотворенным видом, будто опоздал, потому что переводил старушку через дорогу или помогал надуть ребенку футбольный мяч.
И только одна я знала грязную правду – всё это не более чем дешёвый фарс… Хотелось закричать: «Люди, вы что не видите?! Ваш Железнов просто бездушное чудовище! Дьявол в человечьем обличии…»
Проходя мимо компьютерного класса, непроизвольно ахнула, ощущая резкую пульсацию в запястье – кто-то с силой дернул за него: Феликс затащил меня в пустую аудиторию. Не давая сказать ни слова, он вжался железным торсом в мою грудь, припечатывая к стене.
– Золотце… – прошептал в миллиметре ото рта, и я ощутила на губах его прокуренное дыхание.
– Отвали! – порывисто выкрикнула, изо всех сил стараясь отодрать от себя эту перекаченную тушу, но на этот раз однокурсник явно был готов к сопротивлению.
Железнов завёл обе мои руки за спину, уже по традиции, раздвигая ноги коленом. Взвизгнула, ощутив у себя между ног выдающийся бугор. Он стал тереться пахом о мои бёдра, зловеще посмеиваясь.
– Послушание и подчинение. Разве забыла?
Стиснула зубы, благодаря судьбу за то, что сегодня надела джинсы. В этот момент однокурсник окончательного скинул с себя маску добропорядочного парня, грубо запустив ладони в мои распущенные волосы. Он стал одержимо пропускать пряди между пальцами, прожигая огнем пылающих глаз. Готова была провалиться сквозь землю, так как его эрекция прижималась к клитору, и, если бы мы были без одежды… Поморщилась, не понимая, откуда в голове вообще взялись подобные мысли. Я и богатенький имбицил без одежды?! Ну, ну. Если только в какой-нибудь параллельной реальности, где у меня напрочь отсутствуют мозги…
Из коридора доносились оживленные разговоры и смех, а я распластана под психически неуравновешенным типом, отец которого входит в пятерку богатейших людей России. Тяжело вздохнув, тихо спросила:
– Феликс, ну что тебе надо?
– Ты моя игрушка, – произнес без тени сомнения в голосе, и я ощутила, как на пояснице выступил холодный пот.
– Я не кукла.
– Ты моя кукла.
– НЕТ! – прошипела, яростно сузив глаза.
В этот момент Железнов собрал мои волосы в хвост и, чуть оттягивая его назад, заставил разомкнуть губы.
– Ты знаешь, я всегда сдерживаю обещания. Как хорошие, так и плохие, – в расширенных зрачках парня плясали бесы. Его длинные тонкие пальцы продолжали одержимо танцевать в моих волосах. Почувствовала себя букашкой перед лицом асфальтового катка, который без разбору сметает всё на своем пути. К горлу подкатили отвращение и стыд. – Жду тебя сегодня ровно в восемь вечера у меня дома. И не вздумай опаздывать – родители должны увидеть нас, мирно изучающими русскую литературу на заднем дворике. Вот умора! – шантажист вдруг резко отступил назад, сотрясаясь от омерзительного гортанного смеха.