Малуся и Рогопед

Стоял замечательный августовский день. Но настроение у Маруси было испорчено. За завтраком папа сказал, что познакомился с очень хорошим врачом.

Дело в том, что Маруся не выговаривала звук «Р». Из-за этого она ужасно не любила ни с кем знакомиться. Ведь когда спрашивали ее имя, девочке приходилось отвечать:

– Малуся!

– Малуся? – улыбались взрослые. – Ничего, вырастешь, станешь Марусей!

И вот теперь этот врач придет смотреть ее…

«А чего меня смотреть, я не картина, – думала Малуся. Она брела по улице, разглядывая заборы. Дачный поселок был очень спокойным местом. И ее всегда отпускали гулять одну.

Занятая своими мыслями, она и не заметила, как оказалась на незнакомой улице. Девочка повернула в обратную сторону, дошла до переулка и снова оказалась в незнакомом месте. Людей на улице не было.

«Наверное, все от жары попрятались», – подумала она.

Перед ней стоял аккуратно покрашенный зеленый забор с калиткой.

– А вот зайду и спрошу у кого-нибудь, – Малуся постучала в калитку. Никто не ответил. Она постучала еще раз и, не дождавшись ответа, вошла.

Желтая песчаная дорожка привела ее к небольшому домику. У домика маленькая старушка поливала из лейки цветы.

– Извините, – сказала Малуся. – Я заблудилась. Вы не знаете, где находится Ломашковая улица?

Девочка хотела сказать «Ромашковая», но у нее получилось «Ломашковая».

Старушка поставила лейку, выпрямилась и внимательно посмотрела на Малусю:

– Как тебя зовут?

– Малуся, – ответила девочка и рассердилась сама на себя. Она не обязана никому говорить свое имя.

– Малуся? – покачала головой старушка. – И ты ищешь Ломашковую улицу?.. Мне кажется, тебе нужен Логопед.

– Мне не нужен никакой Логопед, мне нужна… Ломашковая улица! – Малуся рассердилась уже и на старушку и на всех на свете. – Если вы не знаете, где это, то так и скажите!

– Ну, если ты уверена, что хочешь попасть на Ломашковую улицу, то это там, – хозяйка показала рукой за дом, и девочка увидела в заборе дыру. – Но имей в виду: слово не воробей, вылетит – не поймаешь! А Ромашки и Ломашки это не одно и то же!

– Спасибо, знаю, – сказала Малуся, а про себя подумала: «Какая надоедливая старуха! Поговорить ей, что ли не с кем…»

– Ну, раз ты все знаешь, иди! – старушка снова взялась за лейку и, не обращая на нее внимания, принялась поливать свою клумбу.

Малуся решительно зашагала к забору и полезла в дыру. Она была так сердита, что не заметила, как зацепилась за гвоздь. Малуся, что есть силы, рванулась – и с треском полетела куда-то вниз.

От страха Малуся зажмурилась. А когда открыла глаза…

Никогда в жизни еще не видела она таких улиц: заборы поломаны, дома покосились, ржавые трубы погнуты… Как будто тут пронесся ураган, или стадо диких слонов. На заборе напротив она разглядела нацарапанную гвоздем надпись:

«Наверно, эти дома на снос, и здесь никто не живет, – подумала девочка и решила вернуться обратно. Но на всякий случай крикнула:

– Эй, кто-нибудь здесь живет?

И вдруг с громкими воплями из пролома в заборе высыпала толпа мальчишек. Все в рваной одежде, с синяками и царапинами, забинтованными головами и руками. А впереди всех – на одной ноге в гипсе, размахивая костылем, скакал предводитель.

– Ты кто такая?! – крикнул он.

– Я? – растерялась Малуся. – Я Ма… (впрочем, не хватало еще, чтобы эти мальчишки начали ее дразнить). Мало ли, кто я такая. Это не ваше дело.

– Не наше дело?! – закричали мальчишки. – Мы – Ломашки, и это наша улица!

– И это все вы сломали?

– Ага! – с гордостью заявил предводитель и потряс костылем. – Мы все ломаем!

– А зачем?

– Вы слышали? Она ничего не знает о Ломашках! – презрительно сказал предводитель и гнусавым голосом запел:

Ломашки принялись швырять куда попало камнями и махать палками. Кому-то разбили нос, кому-то сломали очки… Наконец, все утихомирились.

– Ну что, поняла, кто мы такие? – спросил предводитель.

– Вы – глупые мальчишки!

– Держи ее! Хватай! – закричали Ломашки.

Малуся бросилась бежать изо всех сил. Мальчишки помчались за ней. Но вскоре отстали и остановились.

– Только появись здесь, мы тебе руки-ноги переломаем! – крикнул издали вожак и погрозил ей костылем.