Людоед

Даша стояла двадцать минут на платформе монорельса, распахнутой всем ветрам. Моросил отвратительный полуснег-полудождь, и конечно его со всех сторон задувало под бетонный козырек. Особенно мерзли голые ноги. Вагоны приползали и уползали каждую минуту, пассажиры вываливались толпой и давились у эскалаторов. Валерик все не появлялся, и мобик у него был отключен. Может, конечно, его на заводе задержали после смены, но тогда мог бы и позвонить. Даша бы давно плюнула и ушла, но нужен был подарок для Пашки и мясо. Поэтому она ждала, переминалась с ноги на ногу, мерзла и куталась в плащ. Уже дважды к ней подходили какие-то типы и пытались познакомиться, но Даша посылала их к черту. И когда совсем уже собралась уйти, появился Валерик. Вид у него был виноватый, но глаза горели. Успел уже набраться что ли?

— Дашка, прости, — буркнул он. — Давно ждешь?

Водкой вроде не пахло. Наверно надо было дать ему пощечину, но Даша так была рада, что он наконец появился, и можно уйти наконец с этой промороженной площадки, что ничего не сказала. Повернулась и пошла. Валерик затопал следом.

— Неудачный день, — бубнил он ей в ухо, а толпа прижимала его к дашиной спине. — У начальника цеха отпросился пораньше, поехал домой, ну это, переодеться. Из дому вышел — кредитку забыл. Хорошо вспомнил вовремя. За кредиткой вернулся, дверь запер — слышу, Батон дисплей включил. Ты в курсе, что это животное повадилось на пульте спать? Ну я снова открыл квартиру и, раз, такой, ботинком ему по морде, чтоб знал. Глянул на экран — а по дисплею показывают…

Загромыхал и завыл очередной вагон, платформа затряслась под ногами, и на некоторое время голос Валерика потонул в шуме. Новый поток людей прижал его к дашиной спине еще плотнее.

— …и все там в шоке, короче, — снова донесся голос Валерика, когда вагон умчался. — Я сам в шоке был, думал шутка такая! Нет, ты прикинь! Двадцать первый век, вообще убиться. Стыдно за Россию. У нас смертная казнь отменена, ты не в курсе?

— Не в курсе, — сухо ответила Даша.

— Своими бы руками задушил мразь, честное слово! — с чувством прошипел Валерик.

— Да отвали, все ухо уже обслюнявил.

Валерик замолчал. По эскалатору ехали молча, Даша взяла его под руку, чтоб не упасть на каблуках, потому что пальцы ног уже ничего не чувствовали.

— Ты подарок придумал? — спросила она наконец.

Валерик помотал головой.

— Придумаем щас чего-нибудь, — пообещал он и похлопал себя по карману, словно проверяя, не забыл ли кредитку опять.

Они спустились в торговый центр. Даша сразу свернула к «Заповеднику нежных существ». Валерик запротестовал — он предлагал спуститься в «Электроникс». Но Даша эту штуку знала: стоит парню попасть в «Электроникс», и он будет час стоять с открытым ртом, рассматривая каждую батарейку.

— У него наглазников нет, — твердил Валерик. — Сто пудов нет. Купим цветные наглазники, он, знаешь, как рад будет? Хорошие, стерео. Будет кино смотреть, он кино любит.

— Нет, — Даша топнула ногой. — Сначала за мясом. Мы приедем туда вообще к ночи, а люди голодные сидят.

— Сонька салат сделает, — неуверенно сказал Валерик. — И Пашка наверно что-то выставит.

— Да уж я знаю, что он выставит. Без закуски.

— И чего, потом с продуктами таскаться за подарком по всем этажам?

— Потаскаешь, не развалишься.

И они пошли в «Заповедник». Прямо у входа, как обычно, стояли стеллажи с самой разной мелочевкой, не имеющей никакого отношения к мясу. Валерик конечно первым делом накидал в тележку бутылок. Даша не удержалась, заглянула в косметическую секцию и разорилась на «Autumn style». Ну тот, который Дина Фаре рекламирует. Это подняло настроение. Хотя водка и шампунь в тележке смотрелись идиотски.

— На фига Пашке этот крем? — тупо спросил Валерик.

— Это шампунь, мой. Не трогай руками.

— А… — Валерик неряшливо бросил тюбик в тележку, потеряв к нему всякий интерес.

— Сейчас я водку твою швырну! — разозлилась Даша. — Ты вообще знаешь, сколько этот тюбик стоит?

— Сколько?

Даше вдруг пришла в голову идея.

— Слушай, давай Пашке подарим хороший крем для бритья?

Валерик посмотрел на нее как на больную.

— Хороший! — повторила Даша со значением. — Я выберу.

— Специалист по бритью! — фыркнул Валерик. — Да ты хоть раз в жизни брилась?

— Представь себе, раз в неделю.

— Ты? — изумился Валерик и даже опасливо отодвинулся, будто человек, который пять лет прожил с тайным трансвеститом.

— Ты в мой шкафчик никогда не заглядывал, женских журналов моды не читал? — Настала Дашина очередь посмотреть на него как на идиота.

— А, в этом смысле, — неопределенно буркнул Валерик, успокаиваясь. — Ладно, пошли, нам мясо надо выбрать.

И они пошли вглубь «Заповедника нежных существ», где уже начинались мясные ряды. Здесь, среди открытых прилавков с замороженными брикетами, было ощутимо холоднее. Зато из-под самих прилавков тянуло горячим воздухом — он шел из решеток снизу, и чувствовать его голыми ногами оказалось неожиданным наслаждением. Все-таки Даша здорово намерзлась на этой чертовой платформе, не заболеть бы.

— Уснула? — грубовато произнес над ухом Валерик. — Чего, говорю, какое мясо брать? — Валерик растерянно осматривал ломящиеся холодильники.

— Я что ли обещала Пашке мяса нажарить? — возмутилась Даша. — Ты мужчина или нет? Уже мясо выбрать не можешь!

Валерик решительно расправил могучие плечи, зачем-то поправил кепку на голове и сунул Даше под нос какой-то мерзкий пакет.

— Страусятину возьмем? — спросил он.

— Только не страусятину, — Даша покачала головой. — Она жесткая как каблук. И Сонька птицу не ест.

— Может свинину? — предложил Валерик.

Даша поморщилась.

— Жирная, ну ее. И неинтересная.

— Может, котика? — предложил Валерик.

— Ты что, обалдел совсем? — разозлилась Даша, отталкивая пакет с непонятными ломтиками. — Еще Батона предложи пожарить!

— Дура! — заорал Валерик, — Это морской котик! Морской!

— Не надо никакого морского котика, рыбой вонять будет.

— Это не рыба, — возразил Валерик.

— А кто же это по-твоему?

— Не знаю. Но не рыба, — твердо сказал Валерик. — Кажется, птица. Как пингвин, только крылья короче и ползает.