Гамлет на дне

Кибернетик оказался человеком, да вдобавок женщиной. Или не женщиной? Кто их поймет, людей. Впрочем, имя у нее было женское: Женя. Гамлету подумалось, что имя Женя происходит от слова «женщина», и это логично.

— Итак, вы можете звать меня Женя, — сразу сказала она. — Я ваш лечащий кибернетик. Вы помните свое имя?

— Гамлет, — ответил Гамлет. — Заводской номер 772636367499.

— К сожалению, — ответила Женя, — теперь у вас другой номер корпуса. Вы помните, что с вами произошло?

— Не очень, — признался Гамлет, бегло покопавшись в памяти. — Точнее, совсем не помню. — Он внимательно оглядел незнакомую комнату — теперь не оставалось сомнений, что это кабинет. — А что случилось? Плохие новости?

— Есть и хорошие, — уклончиво ответила Женя. — Вы награждены медалью «За героизм» для роботов.

— Вот как? — Гамлет изумленно нащупал на грудной пластине выпуклую семиугольную гайку. — Меня? Медалью? За героизм? Но ведь я не помню, чтобы совершал какой-то героизм. Значит, это ошибка. Логично?

Женя вздохнула и взяла в руки небольшой планшет для записей.

— Вы совсем-совсем ничего не помните? На вашем заводе произошла авария с утечкой плазмы. Вы и бригадир кинулись в горящий метан, и вам удалось закрыть утечку…

— Что с Тристаном? — нервно перебил Гамлет.

— Увы, он совершенно не сохранился, — сочувственно произнесла Женя. — Восстановлен из бэкапа.

Гамлет замолчал, пытаясь осмыслить услышанное.

— Вы были друзьями? — участливо спросила Женя, выдержав паузу.

— Какой давности бэкап? — сухо спросил Гамлет.

— К сожалению, его бэкап трехлетней давности.

— Трехлетней давности… — вконец расстроился Гамлет. — Ну надо же, трехлетней давности… Я и на завод-то еще не пришел, мы и знакомы не были… Эх, Тристан, Тристан… Такого друга во всем мире не найти… С таким в огонь и в воду… Лучше, понятное дело, в огонь…

Женя слушала все это с участием, а затем все-таки перебила.

— Вам, роботам, — произнесла она с укоризной, в которой читалась даже некоторая обида, — сам бог дал бессмертие. Вам по правилам безопасности положено бэкапиться каждые два месяца. Что ж вы так все запускаете?

Зажужжав сервомоторчиками, Гамлет виновато втянул головной блок в плечевую панель корпуса.

— Знаете, все время как-то не до этого… Работа, дом, отдых, работа… И денег это стоит приличных, бэкап. И времени несколько дней занимает…

— Сорок восемь часов в современном бэкап-центре.

— Ну… — Гамлет развел манипуляторами, — всегда думаешь: да что там случится?

— Но вы работаете на опасном заводе! — воскликнула Женя.

— Но у нас никогда таких аварий не было…

Женя снова покачала головой.

— Вы помните, когда последний раз делали бэкап?

Гамлет задумался.

— Это было… сейчас скажу. Так… Погодите-погодите… На заводе я уже работал. Стоп. Или еще не работал? По-моему… — И он замолчал.

— Шесть лет назад, — напомнила Женя. — Шесть лет назад вы делали бэкап по совершеннолетию!

Гамлет покрутил головой.

— Ну что вы так волнуетесь, в самом деле? Ведь со мной же ничего не случилось…

— К сожалению, случилось. — Женя строго встала из-за стола, пристально глядя на Гамлета, словно собиралась его подхватить, если он вздумает падать в обморок. — Техники полностью заменили вам корпус и все внутренние системы. Но головной бокс с кристаллами пострадал от температуры, и восстановить его удалось не полностью. По приблизительным оценкам вы потеряли около семи процентов сознания.

— Семь процентов это не очень много, — прикинул Гамлет.

— Не много, — охотно согласилась Женя, снова садясь. — Бывает намного хуже. Тристан потерял восемьдесят.

— Семь процентов — это же восстанавливается, да? — Гамлет прибавил в голосе тембр надежды.

— Разумеется, — кивнула Женя, — это все восстанавливается, и достаточно быстро. В обычном случае.

Гамлет внимательно посмотрел на нее, выдвинув оба бинокуляра до предела.

— Так в чем же дело? — спросил он.

Возникла зловещая пауза.

— Я себя чувствую неплохо… — неуверенно продолжил Гамлет. — Все понимаю, соображаю…

— Вы только не волнуйтесь. — Женя успокаивающе подняла обе ладони.

— Я не волнуюсь, — соврал Гамлет.

— Это прекрасно лечится, — убеждала Женя. — Достаточно лишь пройти курс специальной терапии.

— Скажите уже, что со мной?! — воскликнул Гамлет.

— Сядьте пожалуйста на монтажный стульчик, — попросила Женя.

Гамлет с железным грохотом опустился на стул. Женя нервно покусала губы.

— У вас не просто потеря семи процентов сознания. У вас зарегистрировано осложнение. Заболевание, которое…

— ППЛ? — охнул Гамлет, запоздало удивляясь, что не догадался сразу.

Женя кивнула:

— Совершенно верно. Прогрессирующее поражение логики. То, что в народе называют коротушкой.

Гамлет обхватил головной блок манипуляторами и некоторое время раскачивался из стороны в сторону. Женя терпеливо ждала. Железный стульчик скрипел под ним отчаянно и пронзительно.

— Вот уж никогда не думал, что такое может случиться со мной… — произнес он наконец. — Неужели… Неужели я стану как эти… Ну, которые…

— Вам незачем волноваться! — решительно перебила Женя. — Во-первых, ваше ППЛ достаточно слабо выражено. Ведь вы же ясно мыслите?

— Вроде бы ясно… — признал Гамлет. — Но коротушка всегда прогрессирует!

— Не всегда прогрессирует, — возразила Женя. — Поверьте моему опыту кибернетика. При вашем неглубоком уровне поражения логики современные методики позволяют гарантированно излечиться в течение одного месяца.

Светодиоды в бинокулярах Гамлета заинтересованно вспыхнули.

— Не может быть! — изумился он.