Чтение онлайн

— Ты, наверное, шутишь, — хмыкнула Керри, состроив пренебрежительную мину. — Там сидит одна шушера вроде Дэнни Коллинза. Кстати, в прошлую среду он обмывал там получение армейской формы. Если на военную службу набирают таких недоносков, остается только уповать на Бога, если грянет война.

Она хохотнула и отперла входную дверь, с которой облупилась почти вся краска.

— Там еще были Робсоны, они тоже мечтают пойти по стопам Дэнни, только хотят стать матросами. Просто умора!

Отец братьев Робсон, Джека и Джерри, прослыл в районе отъявленным негодяем, и Кейт холодно заметила:

— Уж лучше пусть служат на флоте, чем попадут, как их папаша, в тюрьму.

Керри залилась смехом, услышав который ее бабушка крикнула из кухни:

— Это ты, Керри? Так рано? Кого ты на сей раз притащила? Половину квартала?

— Успокойся, бабушка! — отозвалась Керри, стаскивая ненавистный и отныне ненужный ей школьный блейзер и швыряя его на спинку стула. — Со мной только Кейт, она выпьет с нами чаю.

Лия Зингер выкатилась в узкий коридор в широком переднике на необъятной талии и в блузке с закатанными до локтей рукавами и воскликнула, отпихнув ногой раскормленную, виляющую хвостом гончую:

— Кейт! Радость моя! Как поживаешь?

— Хорошо, миссис Зингер, благодарю вас! — ответила Кейт, отмахиваясь от собаки и высматривая, куда бы ей повесить форменный жакет.

Керри взяла у нее жакет и пристроила его на вешалку.

— Проходи на кухню и отведай моей стряпни, — радушно промолвила Лия. — У меня есть немного жареной камбалы, пальчики оближешь! Не стой как истукан, Керри! Вымой руки и садись за стол.

Девушки прошли на кухню, и на Керри пахнуло благополучием и достатком, которые она всегда ощущала, входя сюда. Стараниями Лии кухня была превращена в центр дома Дженнингсов. На полках возле каменной раковины громоздились пакеты со специями; на крюке, подвешенном к потолку, красовалась огромная копченая колбаса; на плите высилась стопка горячих бубликов с золотистой, румяной корочкой, только что извлеченных из духовки. Рядом, на конфорке, что-то шкварчало на сковороде, а пар, выбивавшийся из-под крышки кастрюли с булькающим в ней супом, приятно щекотал ноздри.

— Значит, вы теперь взрослые девушки? — задала риторический вопрос Лия, разливая суп по тарелкам и косясь на Керри и Кейт, моющих руки розовым мылом. — Конец школе и домашним заданиям?

— Кейт еще придется их выполнять, бабуля, — ответила внучка, вытирая руки висящим возле раковины полотенцем. — В сентябре она пойдет в школу секретарей.

Лия вздохнула и покачала головой:

— Школа секретарей! Вот куда тебе следовало поступить! Лучше работать в чистом офисе, чем торговаться и драть глотку на базаре.

— Я пошла в папу, — усаживаясь за сосновый, вымытый до белизны стол, ответила Керри. — И мне нравится торговать.

Лия огорченно прищелкнула языком, она никогда не скрывала своего отношения к папаше Керри: во-первых, он не еврей, а во-вторых, торговец. Но в отличие от мисс Годфри чувства свои она передала гораздо более выразительно.

Усевшись следом с Кейт за стол, она наставительно сказала:

— Ты могла бы выбрать себе занятие и получше, чем орать с утра до вечера на рынке, расхваливая свой товар. Научилась бы, к примеру, печатать на машинке, шить платья или делать прически, на худой конец.

— У меня терпения маловато, чтобы научиться печатать, — призналась Керри. — И даже одолей я эту премудрость, все равно печатала бы с ошибками. А по части шитья и стрижки я совершеннейшая тупица. Так что в субботу вечером к нам зайдет Кейт и подстрижет меня, чтобы я смогла сделать завивку.

Это заявление возымело желанный эффект. Моментально позабыв о торговле, бабушка стала громко возмущаться по поводу безумной затеи внучки. Это ж надо — вытравить всякой химией и закрутить великолепные здоровые прямые волосы!

Перепалки между Лией и Керри всегда вспыхивали внезапно. Кейт спокойно перенесла очередной шквал беззлобной ругани, поглаживая под столом Бонзо, который тыкался мордой в ее коленки и выпрашивал угощение.

Пока Керри излагала аргументы в защиту завивки, упирая на то, что разумный человек обязан исправить природные недостатки, а Лия отвечала на это, что грех упрекать Бога за такие чудесные прямые волосы, Кейт вспомнился разговор с мисс Годфри. Что-то в ней настораживало, особенно странное беспокойство бывшей директрисы. Она словно бы сильно чего-то боялась, но не решалась даже сказать об этом…

— А потом ты вытравишь волосы перекисью, как Глория Свонсонг, — громыхая пустыми тарелками, заявила разгневанная Лия.

Керри расхохоталась: и вправду, в устах бабушки фамилия актрисы прозвучала как ругательство.

— Свенсон, а не Свонсонг! Впрочем, это идея! Как по-твоему, Кейт, лучше сначала перекрасить волосы и потом сделать завивку или наоборот?

Кейт взглянула на иссиня-черную копну на ее голове и рассмеялась:

— Во всем мире не хватит перекиси, чтобы превратить тебя в блондинку!

— А что, если попытаться получить рыжий цвет? — лукаво прищурилась Керри. — Тогда я стану неукротимой дикаркой из «Коннектикутского янки»!

Лия поставила на стол жареную камбалу.

— Ты станешь огородным пугалом, моя крошка! Уж лучше сразу побрейся наголо.

Керри содрогнулась от притворного ужаса, а Кейт прыснула и тайком сунула псу кусок рыбы.

Лия наконец тоже уселась за стол и дала волю ехидству:

— Лысой ты уж точно станешь, если будешь торговать на базаре! Думаешь, почему все торговки носят платки? Да потому что у них от холода повылезали все волосы, милочка!

Девушки покатились со смеху. Разговор переключился с облысения и вытравления волос на спор о том, брать ли Бонзо на пикник в Фолкстон, а если брать, то включать ли его в сборную по крикету. За шуточками и смехом время пролетело незаметно.

— Уже почти шесть, — с сожалением сказала Кейт и встала. — Спасибо за угощение, миссис Зингер, мне пора.

— Я тоже пойду, бабушка, — спохватилась Керри. — Мейвис просила меня посидеть с Билли, и я хочу удостовериться, что она его выкупала и накормила.