Лисандра
Шрифт:
И промахнулся.
Джинны — магические существа.
Каждое магическое существо обладает какой-то чудесной, присущей только ему одному особенностью.
Согласно все тому же закону компенсации, как правило, этой особенностью оно может пользоваться не часто. Но в случае крайней нужды…
Джинн обладал способностью останавливать время. Точнее — он из него вываливался в некую зону безвременья, для того чтобы иметь возможность обдумать свои грядущие поступки. Очень полезное умение в случае каких-то экстренных обстоятельств.
В тот момент, когда крысиный король промахнулся, джинн понял, что такой момент настал, и вывалился из времени, вывалился вместе со всем, находящимся в его лампе. Креслом, бассейном, гуриями и… конечно же, драконом.
Причем узнал он об этом почти тотчас же, поскольку услышал голос:
— Эй, ты что это удумал? Как это получилось, я тебя спрашиваю?
— А что тебе не нравится? — спросил джинн, поворачиваясь к дракону.
— Тело. Что ты сделал с моим телом? Почему оно застыло, словно окаменев?
Джинн снисходительно улыбнулся.
— Потому что ты оказался вне времени. Вместе со мной.
— Эту штуку устроил ты? — встревоженно спросил дракон. — Надолго она?
— Ненадолго, — успокоил его джинн. — Совсем ненадолго. Потом все станет как прежде. А пока не мешай мне. Я сделал это для того, чтобы подумать.
— Над чем?
— У меня есть для этого причины, — сказал джинн.
Слегка прикрыв глаза, он снова взглянул на происходящее на поляне.
Итак, крысиный король промахнулся. Тоже мне еще один Акела выискался. Кстати, способен ли он исправить положение? Может быть — нанести еще один удар?
Нет, не получится. Не успеет. Да и тираннозаврик, вцепившийся когтями ему в бок, не даст это сделать. Пока крысиный король его стряхивает, пока делает новый прыжок, пока наносит еще один удар…
Не хватит времени. И значит…
А что значит? Гибель всего живого в этом мире через пару секунд? Да черт с ним, с этим миром. Что будет с ним, с джинном?
Гибель вместе с остальными созданиями?
А что, если так? Что, если лампа не защитит его от этой грядущей гибели всего живого?
Джинн почувствовал, как у него по спине пробежал холодок.
Нет, он, конечно, жаждал свободы… Но не таким же образом. Свобода через смерть? Такой вариант ему не очень подходит.
Джинн вытер рукавом халата вдруг вспотевший лоб.
— Между прочим, почему это я должен тебе давать время подумать? — спросил дракон. — А если мне хочется с тобой поговорить?
Мысль поразила джинна словно удар молнии.
— Значит, ты хочешь поговорить? — спросил он.
— Да, хочу.
— И ты, кажется, назывался принцем. Не так ли?
— Так.
— Значит, ты принадлежишь к королевскому роду. Очень старинному?
— Наш род считается самым древним под землей. Думаю, и на земле найдется не так уж много правителей, способных сравниться со мной в древности рода.
Джинна так и подмывало спросить, была ли его мать верна своему супругу, но такой вопрос наверняка должен был обидеть дракона на веки вечные.
Что ж, в этом отношении приходилось рисковать.
— Отлично, — сказал джинн. — В таком случае у меня к тебе есть предложение. Ты ведь хочешь совершить подвиг?
Этот гаденыш, эта королевская крыса, все-таки промахнулся.
Такого некромант не ожидал.
Как это получилось? У него же все было рассчитано. И тут…
Нет, конечно, крысиному королю помешали. Его же воспитанник. Зачем он это сделал? Не важно, сейчас это было совершенно не важно.
Глядя широко раскрытыми глазами на то, как к нему летит смерть, некромант понял, что жить ему осталось всего лишь несколько секунд.
Вот сейчас…
И тут уже надо было просто спасаться. Да, придется все начинать сначала, но зато он, лично он, будет жить. Мир? Плевать на него. Главное — спастись, сохранить свою жизнь.
Конечно, смерть его снова догонит, и времени хорошо подготовиться, встретить ее как сейчас, по высшему разряду, не представится. Но оно будет — это время. А теперь…
Все эти мысли проносились в голове некроманта в течение какой-то секунды. Причем они ничуть не мешали ему шарить по карманам, отыскивая транспортный амулет.
Тот все не отыскивался.
А сгусток был уже совсем рядом. И крысиный король, каким-то чудом умудрившийся стряхнуть с себя тираннозаврика, уже вскакивал для того, чтобы нанести еще один удар. Впрочем, он все равно не успевал, не успевал…
И тогда, когда, казалось, уже ни на какое спасение рассчитывать не имеет смысла, некромант вдруг все-таки нащупал в кармане этот распроклятый амулет. Теперь оставалось только его активизировать. Сделать это некромант уже не успел.
За его спиной послышался чей-то громкий голос:
— А вот и я!
Тираннозавриха и Кусака сидели на пригорке и смотрели на развалины замка некроманта. Несмотря на то что замок рухнул всего лишь несколько часов назад, они казались очень старыми, может быть, насчитывающими сотни лет. Вот над полуосыпавшейся стеной поднялись и полетели прочь два стервятника. Летели они тяжело, лениво махая крыльями, над самой землей. Животы их были раздуты от пищи.
— Как он быстро рассыпался, — сказал Кусака.
— Так всегда с этими волшебниками и магами происходит, — с презрением объяснила тираннозавриха. — Все у них в высшей степени красиво и прочно. Но стоит только магу погибнуть, как большая часть созданного им великолепия растворяется в воздухе.
— Такова их судьба?
— Да, такова. Это называется жизнь, — поучающим тоном сказала тираннозавриха.
Кусака поморщился.
Вот крысиный король никогда его не поучал. Хотя он не был настоящей мамой, и значит… Что именно?