Чтение онлайн

— Вы уж там поторопитесь, — ворчливо проговорил дед. — Мне надо наше родовое гнездо в порядок привести. А то пока он был под вашим надзором, о нём никто не заботился. Не удивлюсь, если там какие-нибудь бездомные поселились. Или вандалы все стены разрисовали.

— Вы можете хоть сейчас ехать в свой особняк, но документы будут готовы только завтра. Нужно всё официально оформить, подписать и заверить. На это понадобится время, — извиняющимся тоном сказал прокурор.

— Ну ладно. Если мы вам понадобимся, то временно проживаем у Евгения Ермолина. Там нас ищите.

Прокурор попрощался и довольно резво покинул Зал Правосудия. Мы же не спеша вышли из здания суда и прогулочным шагом двинулись в поисках обувного магазина. Нужно купить деду новые ботинки.

Весь вечер мы провели за разговорами. Лида была вне себя от счастья. Настя на радостях так затискала Шустрика, что тот переместился на чердак и сидел там, пока я его не позвал к ужину.

Нам позвонили с поздравлениями Савельевы, Орлов с Леной, Коган и баронесса Завьялова. А после выхода вечерних новостей, наши телефоны трещали без умолку.

Все Филатовы пребывали в приподнятом настроении, но всё равно чувствовалось небольшое напряжение. Никто не верил, что наконец-то весь этот кошмар закончился.

— А поехали к нашему особняку? — предложила Лида, когда мы сытые и довольные разместились в гостиной Ермолина.

— Поздно уже, Лидушка. Лучше завтра поутру, — взял её за руку Дима.

— Я будто сплю, — призналась она. — Будто всё, что сейчас происходит — это сон.

— Никакой это не сон. Просто закончилась темная полоса и начинается светлая.

— А как долго будет длится светлая полоса? — настороженно уточнила она.

— Никто этого знать не может. Но я надеюсь, что всю нашу оставшуюся жизнь, — Дима притянул её к себе и нежно обнял.

На следующее утро я проснулся от крика Насти. Взглянул на часы — полшестого утра.

— Полный! Он полный! — кричала она на весь дом.

Я нехотя поднялся и приоткрыл дверь спальни, в которой ночевал вместе с дедом. Тот до сих пор храпел.

Настя в своей розовой пижаме отплясывала с Шустриком на руках.

— Ты чего? — недовольно протянул я. — На часы вообще смотрела?

— Какая разница, сколько сейчас время! Он полный! Источник полный! Сняли ограничение!

Я тут же обратился к своему источнику, и довольная улыбка расползлась по моему лицу. Сестра права — источник полный. Мана теплой волной разливалась по телу. Какое же это блаженство…

— Я теперь тоже смогу поступить в академию! — она подкинула Шустрика, но тот пропал, и к ней в руки обратно не вернулся. Правильно сделал. — Буду носить студенческую форму. Участвовать в студенческих вечеринках!

— Тебе ещё целый год в гимназии учиться, — сказала с улыбкой Лида, показавшись из своей комнаты.

Вскоре проснулся весь дом. Лида помогла служанке приготовить завтрак, и мы сели за стол. Единственный, кому не было дела до ограничения по мане — это Дмитрию. Его разрушенный источник совсем не накапливал ману. Однако его это обстоятельство, похоже, не сильно огорчало, он радовался за нас.

После завтрака Лида настояла на том, чтобы поехать к особняку. Дед вызвал такси, и вскоре мы оказались у ворот дома. На нём больше не было ни цепей, ни замков.

Глубоко вздохнув, дед взялся за створку ворот и потянул на себя. Та жалобно заскрипела.

— Так и знал, что они совсем не заботились о нашем имуществе, — недовольно проговорил он.

— Это не важно. Главное — мы снова дома, — Лида двинулась в сторону особняка, раздвигая ветви разросшихся кустов.

Здесь, в отличие от сада в Торжке, росло множество манаросов. Поэтому, когда остальные зашли в дом, я прошёлся по огороженной придомовой территории. Нашел баню, беседку, несколько разрушенных оранжерей и одноэтажное каменное здание, которое являлось лабораторией. Из памяти Шурика я знал, как оно выглядит изнутри, поэтому не стал заходить.

Когда возвращался к дому вспомнил, что на суде не было артефактора. Может, его тоже убили?

Я позвонил главе тайной канцелярии Демидову.

— Слушаю.

— Роман Дмитриевич, это Александр Филатов.

— А-а, здравствуйте, Александр. Поздравляю вас с помилованием и возвращением вашему роду утраченных прав, — бодро сказал он.

— Спасибо. Всё благодаря вашему тщательному расследованию. Я хотел спросить насчёт артефактора Грачёва. Его не было на суде. Он мёртв?

— Мы этого не знаем. Не смогли его найти.

— То есть он сбежал?

— К сожалению, мы ничего о нём не знаем. Однако никто из лекарей, кого мы допрашивали, не заказывал его убийства и сам не убивал, иначе менталисты бы вытянули эту информацию. В последний раз его видел Распутин, когда выкупал артефакт, которым пытался вас убить. Он дал задание своим людям расправиться с Грачёвым, но получилось, наоборот. Артефактор убил двоих его людей и скрылся.

— Ясно, — задумчиво ответил я. — Спасибо за информацию.

Получается, что не все поплатились за то, что случилось с Филатовыми. Хм, придётся за дело взяться мне. А такой артефактор, как этот Грачёв, обязательно проявит себя. Я же постараюсь этого не пропустить, ведь мне уже знаком его эфир…

Ближе к обеду к нам после предварительного звонка Дмитрию заявились представители Имперской службы исполнения наказаний и передали все документы, подтверждающие, что все запреты и ограничения сняты, и мы снова можем заниматься аптекарский делом и продавать лекарственные средства. Кстати, ни аптеки, ни лаборатории не продали и не отдали никому другому, а просто заморозили, чему дед был очень рад. Иначе на строительство ушло бы много денег и времени. Как он не без злой иронии добавил, имперская бюрократия как ни странно помогла в этом вопросе.