Чтение онлайн

В столице и без того дикие очереди, с введением комендантского часа подвоз совсем нарушается, недовольство растет. Бунтуют провинции. Где-то на окраине крестьяне жгут латифундистов. В горах предпринимает ряд акций партизанский отряд, сколоченный известным вам Марио. Мы давно потеряли над ним контроль, он спутался с анархистами, чувствуя себя нами обиженным или обманутым, полагает своей задачей «до последней капли крови бороться с социал-империализмом всех мастей», обвиняет партию в «обур-жуазивании», в «предательстве интересов рабочего класса» и тому подобное. Отряд проводит серию удачных операций близ границы, объявляет, что «в освобожденном районе установлена Советская власть», и готовится к походу на столицу.

Мы осознаем настоятельную необходимость активно вмешаться в происходящее, принять участие в событиях, повернуть их по правильному руслу, дать стихийному народному протесту верные лозунги, объединить разобщенные силы, возглавить их, повести за собой. С этой целью мы намечаем не позднее мая созвать внеочередной съезд компартии, а следом за ним совещание представителей прогрессивных течений, которое должно будет выработать основную платформу их консолидации, наметить этапы развития революционного процесса, договориться о главных принципах пореволюционного общественно-политического устройства страны.

Об этом я и пишу в докладной. Обложился материалами — решения, заявления, декларации, коммюнике, инструкции… И каждый день новые события в S=FL Захвачена казарма, часть солдат перешла на сторону нападавших. Повреждена линия электропередач, город три дня без света. Взрыв на нефтеперегонном заводе, огонь не утихает, есть жертвы… К концу мая — самое позднее! — я должен быть в S=F! Я должен лично присутствовать там на всех важнейших совещаниях, я должен пощупать все своими руками — этого требуют интересы дела!..

В этот день, 13 апреля, — надо сжечь листочек, я его еще не сжег, — я занят составлением параграфа о возможности сотрудничества с левым крылом влиятельного профсоюза в S=F. На даче тихо. За окном мелкий дождик. С утра трижды пробегала курьерша… Потом приперлась уборщица—я вам еще не описал ее? — чудовище, страшная одноглазая карга, сущая баба-яга, я боюсь на нее и взглянуть-то! Как только здесь таких держат?! (Тоже работает, между прочим, здесь с давних пор)… У меня, кстати, и она вызывала подозрения, но как будто они не подтверждаются: в мое отсутствие она не является. Я на всякий случай принимаю меры: если выхожу, то запираю бумаги в портфель, — в стол, между страниц кладу волосок, — чтоб увидеть, не рылся ли кто… Нет, непохоже. Пока вроде бы нет… Да и Паутов так грубо работать не станет, хотя… Хотя он дорого бы дал конечно, чтоб, так сказать, ознакомиться…

Ну вот, слава богу, ушла… И тут же опять шаги, стук в дверь… Паутов!.. Благодушно улыбается, я настораживаюсь.

— Привет, привет труженику! Как успехи? — Сам старается запустить глаза в мои бумаги, я их не успел прикрыть. — Торопишься?! Ничего, до отъезда еще время у тебя есть! Хе-хе! О, хорошо написал. Стилист! — (Углядел-таки!) — Кто только будет исполнять твои предначертания?! Кто?! А, ну конечно! Опять наш милый, чудный, наш дорогой, наш любезный Интерлингатор! Ох, ох…

Артист! Я стараюсь сообразить, чем вызван этот тон. Говорю:

— Я понимаю все твои претензии, отлично понимаю. Я согласен, что в данном вопросе, как и во многих других, это фигура далекая от идеала. Я вижу, поверь, все его недостатки, хотя бы то, что он слишком долго пробыл здесь, редко бывал там, и сейчас еще здесь, вместо того, чтобы быть там! Но, положа руку на сердце, я не вижу, не нахожу кругом никого, кто был бы сегодня лучше. Я хочу, я очень хотел бы найти такого человека, я его постоянно ищу, и ты сам ищешь, но до сих пор ведь мы еще так никого и не нашли! Он на сегодня фигура № 1, он — единственный человек, который способен что-то делать, способен претендовать на роль лидера, сплотить вокруг себя разнородные элементы, различных по уровню, по ориентации людей. У нас нет другого!

— Эк, куда хватил! На роль лидера, сплотить вокруг себя! Где уж ему! Нет, я ценю твои чувства, твою, так сказать, юношескую привязанность к этому семейству, знаю, что «первая любовь» не забывается… Но это чересчур! Пронести через годы такую верность! Молодец!

— Я же толкую тебе, что вижу его недостатки…

— Ты видишь их так же, как видят недостатки любовницы. Вижу, что одна нога короче другой, вижу, что «один глаз на вас, а другой на Арзамас», — а все равно люблю…. потому что другой нет! И зря ты ему такие характеристики даешь, зря в лидера продвигаешь. Это, если серьезно подойти, получается дезинформация…

— Я дезинформацией не занимаюсь!

— Ладно, это я так…

— Я указал на него, потому что, повторяю, сейчас нет другого, более подходящего человека!

— А проблема и не в человеке! В чем?! А проблема в том, что у нас нет… концепции). Вот в чем соль! Мы, прежде всего, не знаем, что с этой самой республикой S=F делать, зачем она нам нужна! И в этом вся загвоздка. Нужно ли нам ввязываться? Была бы концепция, человек бы тут же нашелся! А у тебя есть концепция? У твоего Интерлингатора она есть?! Ищу человека! Это волюнтаризм! Главное, понять общую тенденцию! Понять, как выражается всеобщая закономерность в данном единичном или особенном случае. Тебя же учили… Надо шире смотреть на вещи…

— Благодарю за совет. Но, кроме общих рассуждений, мы должны еще делать конкретное дело, принимать решения, направлять события, а не плыть по течению… И в том, что касается затронутого вопроса, я настаиваю, что Интерлингатор…

— Опять?! Ну ты упрям… А ты уверен, что Интерлингатор так уже рвется к предназначенной ему тобой роли?

— Уверен.

— Ты его так хорошо знаешь?

— Да. Он достаточно честолюбив, чувствителен к власти, к первенству… тщеславен…

— Ну, насчет честолюбия ты, разумеется, разбираешься. Это я не спорю… А кроме этого, по-твоему, ничего нет?

— А что еще?

— Хороший вопрос! Ха-ха-ха-ха!

— Я спрашиваю, что ты имеешь в виду, говоря об Интер-лингаторе!

— А то, что кроме честолюбия надо еще иметь характер. Надо уметь трудиться, работать, преодолевать трудности! А они работать не любят, ни один, ни другой, ни третий. Боятся, хотят всегда чистенькими остаться, так, язычком потрепать еще куда ни шло, а уж руки приложить, где им! Потому и не получалось у них никогда ничего, что как только нужно за дело браться, они сейчас в кусты! Мало ты за них поработал? И мало дел они завалили?! В другой ситуации кое за что можно было бы и к стенке поставить!