Красная шапочка
Шрифт:
Marissa Meyer
SCARLET
Впервые опубликовано Fiewel and Friends, подразделением Macmillan Children’s Publishing Group
Печатается с разрешения литературных агентств Jill Grinberg Literary Management, LLC и Andrew Nurnberg Associates International
Copyright © 2013 by Marissa Meyer
Cover Illustration @ Arnoldo Mondadori Editore S.p.A., Milano
Маме и папе – моим самым верным болельщикам.
Книга первая
Девочка, однако же, не знала, что это был лютый зверь, и ничуть его не испугалась [1] .
Глава 1
Скарлет вела корабль вниз по узкому переулку за таверной Рьё, когда услышала сигнал входящего сообщения. Экран лежавшего на пассажирском сиденье портскрина включился, послышался механический голос автоответчика:
1
Братья Гримм, «Красная Шапочка». Пер. П.Н. Полевого.
Сообщение для мадемуазель Скарлет Бенуа от полицейского департамента по розыску пропавших без вести, город Тулуза.
Ее сердце бешено забилось, и она едва не потеряла управление. Однако успела вовремя вывернуть руль, чуть не зацепив правым бортом каменную стену, и резко нажала на тормоз. Двигатель заглох. Она потянулась за упавшим с сиденья портскрином. Голубой свет экрана тускло освещал приборную доску.
Должно быть, полиция что-то обнаружила.
– Принять сообщение! – крикнула она, ожидая видеозвонка от следователя, который вел дело ее бабушки, но вместо этого получила несколько строк, написанных сухим канцелярским языком.
28 авг. 126 г. т.э.
Кас: Заявление № AIG00155819 от 11 августа 126 г. т.э.
Доводим до сведения госпожи Скарлет Бенуа, проживающей в Рьё, Франция, ЕФ, что дело о пропаже господина/госпожи Мишель Бенуа, проживающего/ей в Рьё, Франция, ЕФ, 28 августа 126 г. т.э. 15:42 объявлено закрытым за недостатком улик, подтверждающих факт совершенного насилия.
Заключение следственных органов: гражданин/гражданка ушел/ушла по собственной воле или покончил(а) жизнь самоубийством.
ДЕЛО ЗАКРЫТО.
Благодарим вас за обращение в следственные органы.
На экране всплыла заставка социальной рекламы, напоминающей пилотам об осторожности за рулем и необходимости пристегиваться ремнем безопасности.
Скарлет смотрела на экран, пока слова не слились в одно черно-белое пятно. Пол уходил из-под ног. Она так сильно стиснула портскрин, что пластмасса заскрипела.
– Идиоты, – прошипела она одна в пустой кабине.
Слова «дело закрыто» словно смеялись над ней.
Из ее груди вырвался хриплый стон; она швырнула устройство о приборную доску, надеясь, что оно разлетится на кусочки. Но после трех ударов экран лишь раздраженно мигнул.
– Идиоты! – Бросив портскрин на коврик у пассажирского сиденья, Скарлет откинулась в кресле и запустила пальцы в копну кудрявых волос.
Ремень больно врезался в грудь. Дышать стало тяжело, и она ослабила его. Распахнув дверь кабины, она выпала на темную улицу и чуть не задохнулась от запахов жира и виски, доносившихся из таверны. Сделав несколько глубоких вдохов, она попыталась успокоиться.
Нужно самой идти в полицейский участок. Сейчас уже поздно, значит, завтра. Это будет первое, что она сделает. Успокоится и внятно объяснит им, что они ошибаются. Заставит возобновить расследование.
Скарлет приложила запястье к сканеру грузового отсека и дернула за ручку шлюза – сильнее, чем это позволяла гидравлика корабля.
Она объяснит следователю, что необходимо продолжать поиски. Заставит выслушать себя. И тогда он поймет, что бабушка не сама ушла из дома и уж точно не покончила жизнь самоубийством.
В углу корабля стояли одна на другой шесть пластмассовых корзин с овощами. Но Скарлет едва видела их: мыслями она была за сотни километров отсюда, в Тулузе, прокручивая в голове предстоящий разговор. Обдумывая аргументы, используя всю силу убеждения.
С бабушкой случилось что-то ужасное. И если полиция не продолжит поиски, Скарлет доведет дело до суда и добьется того, чтобы все эти тупые детективы сдали значки, и никогда больше не получили работу, и…
Она схватила пару блестящих помидоров, размахнулась и метнула их в стену. Красная мякоть растеклась по стене, капая на мешки с мусором.
Вроде бы полегчало. Скарлет потянулась за следующим помидором, уже представляя физиономию следователя, когда она будет ему объяснять, что бабушка не могла просто взять и исчезнуть. Она не могла так поступить. Скарлет так и видела, как эти помидоры летят в него и стекают по его самодовольному маленькому…
Дверь открылась как раз тогда, когда в ход был пущен четвертый помидор. Скарлет замерла, а в дверном проеме появилось лицо хозяина таверны. Жиль увидел следы кровавого побоища.
– Надеюсь, это не мои помидоры, – сказал он.
Скарлет вытерла руку о грязные джинсы. Она чувствовала, как пылает ее лицо, как бешено колотится сердце.
Жиль вытер пот со лба, провел рукой по почти лысой голове и посмотрел на Скарлет со своим обычным выражением лица.
– Ну?
– Нет, это не ваш товар, – пролепетала она. Что в общем-то было правдой: он ведь за него еще не расплатился.
Жиль усмехнулся:
– Тогда оштрафую тебя только на три юнива – за погром. И если ты закончила тренировку по метанию овощей, может, занесешь наконец товар внутрь? У меня уже два дня в меню только вялый салат…
Он нырнул обратно в таверну, оставив дверь открытой. В переулок доносились звон посуды и смех – звуки, удивительные своей обыденностью.