Чтение онлайн

Когда, рано утром я возвращалась к себе домой, по пути мне встретились два молодых человека, один из которых, поздравил меня с новым годом, познакомился и попросил мой номер. И я не отказала ему, тем более, что он, показался мне очень симпатичным. Забегая вперёд, скажу, что мы больше никогда не виделись и не общались. Может он не сохранил или потерял мой номер, а может я случайно ошиблась, называя свои цифры. Я не знаю. Но он, несомненно, сыграл свою пусть и короткую, но от этого не менее важную роль – он помог мне очнуться! Я настолько отвлеклась от всего, что только на следующий день осознала, что он, тот, кто сидел у меня в голове больше года, мне даже не позвонил в новогоднюю ночь. Может это был знак.

Теперь он позвонил аж через месяц. Извинялся, что не поздравил меня, из-за того, что был в командировке, в местах, где сложности с телефонной связью. Он снова говорил, что очень скучает по мне, и что скоро мы непременно увидимся. Такие звонки повторялись почти до конца весны. Мне это уже порядком осточертело, и в очередной его звонок я сказала ему, что больше я не буду его ждать, что мне это безумно надоело, что вся эта история это полный бред. Он пытался переубедить меня, но это не помогло. Прошло уже почти два года. И именно из-за него я не могла чувствовать себя свободно. Я ни с кем, ни разу не встречалась, я больше, ни разу ни с кем не целовалась. Я будто закрыла себя от нормальной жизни, где вокруг все девушки ходят на свидания и влюбляются сплошь и рядом. Мне это было недоступно. Я всё это время ждала его, моего «мифического» попутчика. Но с меня хватит. Сейчас я твёрдо решила, что больше не хочу так жить, ведь это не жизнь, а жалкое безэмоциональное существование. Мне восемнадцать лет, а я веду себя как затворница. Ни с кем не знакомлюсь, даже если ко мне сами подходят. Даже когда мы ходим с подружкой потанцевать, я игнорирую все знаки внимания от противоположного пола. Но этого больше не будет. Он, конечно, ещё пытался мне звонить, но я больше не отвечала ему. Мне надо было вылечиться от этого. Я и так потеряла много времени на бесполезные разговоры и мысли о нём.

С того момента прошло около семи месяцев. За это время я благополучно окончила учёбу. И приняла тяжёлое решение вернуться жить в город, к родителям. Мне не хотелось уезжать. Ведь пришлось расстаться со всеми своими друзьями. И эта быстрая жизнь мегаполиса нравилась мне в тысячу раз больше, чем прежняя. Мне даже предложили работу, сразу после учёбы, ведь я была красно дипломницей и молодым специалистом. Но меня не было собственного жилья, а если бы я его арендовала, то на это уходила бы вся моя будущая зарплата. Это и стало главной причиной моего отъезда домой.

Первое время после возвращения я ощущала себя очень подавлено. Ничего меня не радовало. Пока ко мне в гости не приехала моя близкая подруга и по совместительству, бывшая одногрупница. Вместе мы съездили с ней на море, и я немного развеялась. Потом она ещё немного погостила у меня и уехала обратно. После её отъезда я просто не знала, что делать. Здесь, кроме родных у меня больше никого не было. Ничто меня не держало. Со своими одноклассниками я не общалась, мы были совершенно чужими. Так прошло полтора месяца. Потом, чтобы не свихнуться от тоски я устроилась на работу. И мне это помогло. Я постепенно сдружилась со своими коллегами. Я стала посещать кафе и ночные заведения. Расширила круг общения. И всё постепенно наладилось. Я переключила своё внимание. Я много работала и добилась уже некоторых успехов. У меня начался постепенный карьерный рост, даже были редкие командировки, повышение квалификации. Я получала удовольствие от управления и контроля над рабочим процессом и подчинёнными. Я даже стала ощущать свою собственную значимость и причастность к большому общему делу.

За последнее время, попутчик побеспокоил меня лишь однажды. В мой день рождения. Он поздравил меня и снова завёл разговор о нас, стал выпытывать подробности моей личной жизни. Но я не стала растягивать этот разговор. Тем более, что личной жизни у меня по-прежнему так и не было. Я просто не воспринимала никого всерьёз. Здесь мне все казались какими-то недалёкими и ограниченными, что ли. Был, правда, один незначительный эпизод. Когда я только приехала, и поселилась жить одна, в отдельную квартиру, принадлежавшую моей бабушке. Как-то утром, меня разбудил звонок в дверь. Я вскочила, накинула длинный, красный, шёлковый халатик на голое тело, и, завязывая пояс по пути к двери, спросила: «Кто там?». Глядя в глазок, я обнаружила, что за дверью стоит молодой человек, одетый в спецодежду. Он пояснил, что он проводит профилактический осмотр газового оборудования. Я попросила его предъявить своё удостоверение. Он был удивлён моей недоверчивостью, ведь здесь так не принято. Но я, живя в другом городе, заимела совершенно другие представления о том, кому и когда следует открывать дверь своей квартиры. Он мне не отказал и поднёс удостоверение в развёрнутом виде, к дверному глазку. После этого я открыла ему и впустила. Ему очень подходила эта форма. Он был выше меня, русоволосый, статный. Судя по его удивлённому лицу, он совершенно не ожидал, что увидит за этой дверью, симпатичную, стройную, молодую девушку, да ещё в таком сексуальном наряде. Он, немного смущаясь, начал выполнять свою работу. Поставил на пол ящик со своими инструментами, достал какую-то штуку. Неожиданно от неё отвалился маленький болтик и упал на цветной ковёр, застилающий пол. Мы одновременно опустились вниз, и на коленях начали искать его. Это выглядело словно постановочная сцена, какого-то голливудского фильма. Мы были напротив, очень близко, мы оба замерли и посмотрели друг другу в глаза. В этот момент, мне даже захотелось наплевать на все приличия, и самой поцеловать его, прямо там, на полу! По его взгляду, я поняла, что он тоже этого очень хочет. Он хочет меня прямо здесь, на этом ковре, даже не зная моего имени! Но в это самое мгновенье моя ладонь нащупала тот маленький болтик и я воскликнула: «Нашла!». Мы быстро поднялись на ноги, оба краснея от собственных фантазий. Я отметила про себя, что внешне он очень хорош. И, что теперь меня кажется, возбуждают мужчины в форме. От этого у меня даже грудь отчётливо проступила через тонкий шёлк. И он это заметил. Но стал вести себя профессионально. Быстро выполнил необходимые манипуляции с железками. И приступил к заполнению бланка. Я предложила ему чай, он отказался, объясняя, что у него ещё много объектов. Но не растерялся и сказал, что не прочь попить у меня чай, сегодня вечером. Я была этому только рада и пригласила его.

Вечером он снова был у моей двери. Уже в обычной одежде, а не в форме. Мы действительно выпили чая, стали знакомиться и узнавать друг друга. Потом мы ещё прогулялись по вечернему городку. Этот первый день нашего знакомства и был самым ярким из трёх недель, которые мы общались. Он оказался посредственным и невыносимо скучным. Чем больше я его узнавала, тем скорее мне с ним хотелось расстаться. Позже я так и сделала. Просто сказала, что я не хочу быть с ним, что у нас нет ничего общего. Может быть, это было слишком грубо, но поступить иначе, я тогда просто не могла. На моё счастье, он оказался понятливым и сразу исчез из моей жизни, причём исчез настолько, что теперь я даже не могу припомнить его имени.

Мой попутчик снова позвонил мне через месяц, перед новым годом. Мы говорили не долго. Я снова сказала, что больше не хочу его присутствия в своей жизни и сбросила.

Прошло около недели после того вечернего февральского звонка, после которого я не спала всю ночь. Наступило четвёртое марта. Я была на работе, и всё шло как обычно. Я даже сначала не заметила его появления. Только лишь спиной почувствовала чей-то тяжёлый взгляд. Обернувшись, я увидела человека в чёрном костюме. Это был он! Мой попутчик был здесь, в нескольких метрах! Он приехал спустя почти три года. Я даже не поверила своим глазам. В тот момент, как его глаза, были словно стеклянные. Он выглядел совершенно невменяемым. Так прошло пару секунд, затем он развернулся и молча пошёл к выходу. У меня пропал дар речи, я даже не могла пошевелиться. Ко мне подбежала моя сотрудница и спросила, что со мной. Я механически ответила, что это – он, тот самый попутчик. О котором, я однажды коротко упоминала, когда мы вместе с ней обсуждали свою личную жизнь. «Так это и есть он» – удивлённо сказала она. И добавила, что он стоял и наблюдал за мной со спины, около десяти минут, странный какой-то… «Не то слово» – озадаченно ответила я. Вечером все разошлись, и на работе оставалась только я одна, чтобы доделать свои отчёты. Я услышала, что кто-то вошёл, выглянула. Это снова был он. По его походке я поняла, что он невыносимо пьян. Он стал нести, какую-то несвязную чушь. Мы были здесь абсолютно одни. И мне стало жутко страшно. Он мог сделать со мной всё, что угодно, ведь я совсем мне знала, что сейчас творится в его голове, и к тоже он был намного крупнее и сильнее меня. Я наспех свернула свою работу, выключила компьютер и стала выводить его наружу. Я выключила свет и заперла за нами дверь.

На улице уже стало совсем темно. Как на зло, вокруг не было ни одного прохожего. Он стал приставать ко мне с объятиями. А мне тошнило, только от одного его вида и запаха. Он схватил меня, пытаясь поцеловать, но я уворачивалась, как могла. Он начал делать мне больно, выкручивая мои руки назад, чтобы я не могла ему противостоять. А потом и вовсе схватил меня и поднял на руки. Я поняла, физически, мне с ним никак не справиться. Тогда я взяла себя в руки и стала спокойным голосом соглашаться со всем, что он говорил, и убедила его опустить меня на землю. И он послушал меня. Я освободилась от его рук. И сразу пустилась бежать прочь. Я убегала от него на высоких каблуках. Он конечно пустился за мной, но в его мертвецки пьяном состоянии, это ему плохо удавалось. Я свернула за угол. И сразу поймала такси. Он что-то кричал мне в след, но я уже не могла разобрать его слов, сейчас я в шоковом состоянии. Такси быстро доставило меня домой. И только когда я захлопнула за собой дверь и закрылась дома на все замки, я почувствовала облегчение. Но сердце всё ещё выпрыгивало из груди от этой страшной пробежки. Он знал, где я работаю, я сама ему это рассказала, ещё когда мы раньше общались. Но он не знал – где я живу. И это меня успокоило. От перевозбуждения я ещё потом долго не могла уснуть. Этот вечер снова и снова прокручивался у меня в мыслях. Зачем он приехал? Я ведь ему твёрдо и окончательно сказала, что всё давно перегорело, что больше нет никаких чувств, что я никогда не уже не буду с ним, даже если он приедет. И именно после этого, он снова посмел ворваться в мою жизнь.

Утром я привела себя в порядок и пошла на работу. Не прошло и пару часов. Как он пришёл ко мне. Молча поставил на стол коробку с тортом, пакет с фруктами и большой шикарный букет орхидей. Я сказала ему, что мне ничего не нужно. А он попросил меня выйти с ним на пару минут. Мы вышли. У него был виноватый вид. Лицо и весь он сам, выглядел очень помятым и разбитым. Он явно страдал от сильнейшего похмелья. Он сказал мне, что хочет извиниться за вчерашнее… И попросил провести с ним сегодняшний вечер. Я согласилась, понимая, что он от меня так просто не отстанет. Он сказал, что поселился в одной из гостиниц. И договорились вечером встретиться с ним у входа. Он ушёл, и я вернулась к работе. Принесённые им дары, я отдала своим сотрудницам, но цветы забрала домой.

Мы встретились в назначенный час. Зашли в одно из небольших кафе, находящихся неподалёку. Я заказала бокал красного сухого вина, он тоже. Он был смущён, ему было стыдно за себя вчерашнего. Он рассказал, что приехал ещё два дня назад, в первый же вечер сильно напился с первым встречным, который потом его ограбил, потом он с кем-то подрался, и на ночь его забрали в полицию. Наутро его отпустили, и он снова напился, потому что ему никак не хватало смелости, чтобы появиться мне на глаза. Вот именно в этот день – вчера он и заявился ко мне мертвецки пьяный. Он очень извинялся за свое вчерашнее проведение, говорил, что это вообще на него не похоже. Потом он начал расспрашивать меня о том, чувствую ли я ещё что-нибудь к нему. Начал вспоминать, как нам было хорошо, в ту ночь, в поезде. Начал рассказывать мне, почему он так долго не мог ко мне приехать, что у него были проблемы с работой, и материальные, что он хотел, чтобы у нас всё было, что он работал на благо нашего будущего. Мне стало жаль его и только сейчас, глядя на него вживую, я поверила, что эти долгие три года он действительно любил меня.