Чтение онлайн

— Но порубить на куски-то его удалось? — не отставал я. — Удалось же?!

— Порубить-то порубили! — Тора прижала руки к груди. — Но, если верить хроникам, это был жест отчаяния! Когда Конклав понял, что вся магия стала просто отскакивать от Десана, мастер Фей и тан Мендор в отчаянии кинулись на демона со своим фамильным оружием! Да, порубили, но мастер Фей пожертвовал своим мечом, чтобы обрубить пальцы демона, сжимающие копье, и своими руками, которыми он подхватил выпавшее оружие, а тан Мендор из своего лука поразил сразу оба крыла демона. Да, поделили! Но не уничтожили! Никто тогда не знал, что делать с частями демона дальше, все как раз наоборот — это уже потом, оглядываясь на историю с Десаном, демонологи предположили, что демонов реальности надо уничтожать подобным же образом, и начали делить на части и их, только в этот раз уже они стали экспериментировать с частями! И выяснилось, что, если не трогать части демона, а оставить их буквально на какие-то сутки, то они заново приобретают практически полную неуязвимость к какому-либо воздействию! Они… Окукливаются, как делают это личинки… Нет, даже яйца жуков, прежде чем стать самими жуками! Только, в отличие от яиц, подобным частям демона нужен какой-то носитель, чтобы вернуться в мир — они уже не самодостаточны! А вот если такое «яйцо» находит себе носителя, то он превращается в, извини, личинку…

Я хмыкнул, но оставил высказывание без комментариев. Раз уж Тора нащупала нить повествования, то пусть продолжает, не стоит ее отвлекать, а то потеряет еще…

— И внутри него зреет новый демон… В энциклопедии нет указания, что происходит, когда демон дозревает и захватывает носителя полностью — становится ли он тем же демоном или каким-то новым — их всегда уничтожали до того момента, когда демон наберет полную силу, потому что после этого уничтожить его уже могло и не получиться.

Я удивленно поднял бровь:

— Что значит «уничтожали»? Ты же говоришь, что убить такого демона — целый цирк с конями надо собрать.

— Пока он в носителе — нет. — Тора покачала головой. — Пока демон сидит внутри человека, пока он не захватил его полностью, не стал им, он уязвим. Не сказать, чтобы сильно, но несравнимо больше, чем бронированное яйцо, из которого он появился. Ведь личинки довольно слабы, а вот когда они превращаются в бронированного и опасного жука, справиться с ним становится намного сложнее.

— То есть, получается, что части Десана не уничтожили… — я остановился и вопросительно поднял брови, призывая Тору продолжить мысль.

Она не заставила себя ждать:

— Да к тому моменту, когда научились побеждать демонов реальности, после войны с Десаном прошло уже двести двадцать лет! Даже если бы кто-то точно помнил, где находятся, части Десана, уничтожение каждой из них потребовало бы нового созыва всего Конклава! А так как тан Мендор давно мертв, как и мастер Фей, а материальность магистра Демика оставляет желать лучшего, задача вовсе становится невыполнимой!

Я немного помолчал, переваривая информацию. Идея «закликивать» демона до тех пор, пока он не станет уязвим для какого-то супер-комбо в целом укладывалась в голове — это была примерно та же механика, что используется для борьбы с боссами во всяких там файтингах и РПГ. Но вот то, что куски демона… «Окукливаются» и снова становятся неуничтожимыми…

— А другие демоны?.. Ну, в смысле, виды демонов. Какие особенности есть у них? — просто чтобы выгадать время на подумать, спросил я.

— Все разные. Всего на данный момент энциклопедия насчитывает шестьдесят три вида демонов. — с удовольствием объяснила Тора. — Причем, оказывается, я много про них не знала, например, есть виды демонов, которые не уничтожают своих носителей, а… Тянут из них энергию другим способом.

Последние слова Тора скомкала и опустила глаза, покраснев так густо, что стало видно даже на ее красной коже. Ну понятно, о чем речь идет.

Суккубы, инкубы — никогда не разбирался в этой чертовщине, но, видать, легенды не врут и демоны моего родного мира и здешние — разливаются на одном заводе.

Интересно, кто является прототипом демонов реальности там, на Земле?

— Но, в общем, у каждого демона какие-то слабости есть. — продолжила Тора, переводя тему. — Кто-то боится определенных благовоний, кто-то становится слабее в лесу, кто-то — если облить водой, какие-то не терпят музыки, причем определенных инструментов. Есть один вид, слабость которого — это пчелы. Есть такой демон, кто слабеет от отсутствия воздуха вокруг. Есть те, кто не терпит холод. А есть такие, о слабостях которых пока еще не известно.

— И как их уничтожают?

— Точно так же — заливая магией по самые глаза. — Тора пожала плечами. — В смысле, по глаза магов, не у каждого демона ж есть глаза.

— А почему не сталью? Почему не теми же мечами, топорами?

— Да кто в здравом уме будет приближаться к демону? — горько усмехнулась Тора. — Шестьсот лет прошло, а все до сих пор помнят, что произошло с мастером Феем, а магистр Демик тому — яркое ежедневное напоминание!

— А с ним что произошло? — заинтересовался я. — Ты же про то, что он призрак?

— О да. — Тора еще раз усмехнулась. — Его спас только его посох. Мастер Фей лишился меча, когда перерубил два из четырех пальцев, которыми Десан сжимал копье, и следом — лишился рук, когда вырвал копье силой. А магистр Демик в отчаянии толкнул лишенного оружия и крыльев демона прямо руками, боясь, что он снова доберется до копья, лежащего у него прямо под ногами! Его тело осыпалось прахом так быстро, что душа даже не успела его покинуть и осталась в этом мире в виде призрака.

— Занятная теория.

— Так думает сам магистр. — Тора пожала плечами. — Проверить это нет возможности, насколько мы знаем, он единственный такой во всем мире.

— Значит, с тех пор никто не пытается победить демона силой?

— Известных нам — нет. Когда встречается какой-то новый вид, конечно, на нем испытываются все виды воздействия, какие только может осуществить человек… Но начинают всегда с магии, никому не хочется быть к демону близко.

Интересно, а как бы себя повели люди моего мира, появись там демон… Пусть не Десан, но, скажем, тот же демон реальности. Что бы с ним делали? Понятно, что поначалу пытались бы справиться теми силами, что есть, но их бы явно не хватило. Что там в городе можно противопоставить такой машине смерти? Пистолеты, автоматы, гранатометы… Авиация подтянется быстро, если понадобится. А закончилось бы наверняка все старой доброй ядреной бомбой, и плевать на город, в котором все это происходит.

Только вот далеко не факт, что хоть что-то из этого смогло бы нанести реальный урон демону. Если мой личный демон — «личинка Десана», а эту самую личинку не берут ни стрелы, ни мечи, а булыжники в центнер весом личинка швыряет как бусины, то предположить, каким вырастает жук из этой личинки — уже страшно. Годзилла не то, что отдыхает, трусливо прячется в своем океане, надеясь, что злой дядя сюда не заглянет.

Впрочем, тут даже предполагать и гадать не нужно. Достаточно вспомнить то видение, что демон показывал мне в самом начале нашего знакомства.