Чтение онлайн

"Это была традиционная партия в бинго, которую мы обычно устраиваем на День Благодарения", - сказала она. "Но на этот раз мы провели ее на неделю раньше, потому что на следующей неделе отец Филлипс ляжет в больницу для операции по удалению желчного пузыря. Я выиграла комбинезон". Она улыбнулась. Коричневая смесь шоколада и арахисового масла стекала у нее с зубов.

"Лина", - спросил он. "Ты никогда не жалела о том, что у нас нет детей?"

Она посмотрела на него как на абсолютно сумасшедшего.

"На черта это мне интересно нужна маленькая обезьяна?" спросила она. Потом она поставила на место банку с печеньем, опустевшую примерно наполовину. "Я ложусь спать. Ты идешь или опять отправишься потеть над своей машинкой?"

"Я думаю пойти еще поработать", - сказал он, и голос его был удивительно спокоен. "Надолго я не задержусь".

"Эта штука работает?"

"Что..." Потом он понял, и в нем вновь вспыхнуло чувство вины. Она знала о компьютере. Ну разумеется, знала. Исчезновение Сета никак не повлияло на судьбу Роджера и того автофургона, на котором ехала его семья. "Нет-нет. Она даже не включается".

Она удовлетворенно кивнула. "Этот твой племянник. Вечно витал в облаках. Совсем как ты, Ричард. Если б ты не был таким остолопом, я бы подумала, что лет пятнадцать назад ты заправил свой член куда не следовало". Она хрипло и громко расхохоталась. У нее был смех циничной стареющей шлюхи. Он едва не набросился на нее. Затем он почувствовал, как на губах у него появляется улыбка, такая же белая и холодная, как морозильная камера, заместившая в этом мире Сета.

"Надолго я не задержусь", - повторил он. "Я только наберу несколько фраз".

"Почему тебе не написать рассказ, за который тебе вручили бы Нобелевскую премию, или что-нибудь еще в этом роде?" спросила она равнодушно. Доски пола заскрипели и забормотали, когда она направилась к лестнице. "Мы все еще должны окулисту за мои очки и пропустили срок уплаты очередного взноса за "Бетамакс". Почему бы тебе не раздобыть немного денег?"

"Не знаю, Лина", - сказал Ричард. "Но мне кажется сегодня вечером мне пришла в голову великолепная идея. Действительно, великолепная".

Она повернулась, чтобы взглянуть на него, собралась сказать что-нибудь саркастическое насчет того что ни одна из его великолепных идей не принесла им денег, но она все равно его не бросила и т.д., но потом передумала. Может быть, что-то в его улыбке отпугнуло ее. Она пошла наверх. Ричард стоял внизу и прислушивался к ее громовой поступи. Он почувствовал, что лоб его вспотел. Его подташнивало, но им владело радостное возбуждение.

Он повернулся и отправился в свой кабинет.

На этот раз, как только он нажал на кнопку, компьютер не стал ни гудеть, ни грохотать. Он издавал неровный, воющий звук. Почти сразу же появился запах перегревшегося трансформатора. Как только он нажал клавишу "ПРИВЕСТИ В ИСПОЛНЕНИЕ", стирая послание от своего племянника, из компьютера показались первый струйки дыма.

Очень мало времени, - подумал он. Нет, это неправда. Времени совсем нет. Джон знал об этом. Теперь знаю это и я.

Выбор сводился к следующему: либо вернуть Сета кнопкой вставки (он был уверен, что сможет это сделать также легко, как в случае с золотыми монетами), либо довести начатое до конца.

Запах становился все сильнее и тревожнее. Не позднее, чем через несколько секунд на экране замигает слово "ПЕРЕГРУЗКА".

Он напечатал:

МОЯ ЖЕНА - АДЕЛИНА МАБЕЛЬ УОРРЕН ХЭГСТРОМ.

Он нажал клавишу "СТЕРЕТЬ".

Он напечатал:

СО МНОЙ НИКТО НЕ ЖИВЕТ.

"ПЕРЕГРУЗКАПЕРЕГРУЗКАПЕРЕГРУЗКА", - замигала верхняя часть экрана.

Пожалуйста. Прошу тебя, дай мне закончить. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...

Из вентиляционных щелей в корпусе повалил густой серый дым. Он взглянул на блок памяти и увидел, что он тоже дымится... и там, за этим дымом он различил набухающий язык пламени.

Волшебный Шар, буду ли я здоров, богат или умен? Или я буду жить в одиночестве и убью себя от горя? Осталось ли еще хоть немного времени?

ПОКА НЕ МОГУ СКАЗАТЬ. СПРОСИ ЕЩЕ РАЗ ПОПОЗЖЕ.

Если только оно будет, это позже.

Он нажал клавишу вставки, и экран опустел, за исключением бешено пульсирующей надписи "ПЕРЕГРУЗКА".

Он напечатал:

КРОМЕ МОЕЙ ЖЕНЫ БЕЛИНДЫ И МОЕГО СЫНА ДЖОНАТАНА.

Пожалуйста, пожалуйста.

Он два раза стукнул по клавише "ПРИВЕСТИ В ИСПОЛНЕНИЕ".

Экран опустел. Ричарду показалось, что он оставался пустым несколько веков. Только надпись "ПЕРЕГРУЗКА" мигала на нем так быстро, что казалась почти неподвижной, лишь едва заметная тень пробегала по ней. Словно компьютер зациклился и повторял беспрестанно одну и ту же операцию. Что-то внутри лопнуло и зашипело. Ричард застонал.

Потом зеленые буквы загадочно выплыли на черном фоне:

СО МНОЙ НИКТО НЕ ЖИВЕТ, КРОМЕ МОЕЙ ЖЕНЫ БЕЛИНДЫ И МОЕГО СЫНА ДЖОНАТАНА.

Он дважды стукнул по кнопке "ПРИВЕСТИ В ИСПОЛНЕНИЕ".

А сейчас, - подумал он. Сейчас я напечатаю:

КОМПЬЮТЕР АБСОЛЮТНО ИСПРАВЕН. Или: МОИХ ИДЕЙ ХВАТИТ ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ НА ДВАДЦАТЬ БЕСТСЕЛЛЕРОВ. Или: Я И МОЯ СЕМЬЯ ВСЕГДА БУДЕМ ЖИТЬ СЧАСТЛИВО. Или: ...

Но он не напечатал ни слова. Его пальцы глупо повисли над клавиатурой, и он почувствовал - физически ощутил - что все мысли в его мозгу сгрудились в кучу, как автомобили в худшей из Манхэттенских пробок за всю историю двигателей внутреннего сгорания.

Внезапно весь экран заполнился словом:

ГРУЗКАПЕГРУЗКАПЕРЕГРУЗКАПЕРЕГРУЗКАПЕРЕГРУЗКАПЕРЕГРУЗКАПЕР

Внутри снова что-то лопнуло, а потом взорвался блок памяти. Из корпуса вырвались языки пламени. Потом пламя погасло. Ричард откинулся на спинку стула и закрыл лицо руками на тот случай, если экран взорвется. Он не взорвался. Только погрузился в темноту.

Он сидел и смотрел на темный экран.

ПОКА НЕ МОГУ СКАЗАТЬ. СПРОСИ ЕЩЕ РАЗ ПОПОЗЖЕ.

"Папочка?"

Он повернулся на стуле. Сердце так громыхало, что едва не разорвало ему грудь.