Комдив
Шрифт:
– Вы что-то знаете? – тут же насторожился Берия.
– Да, кое-что знаю, однако, извините, свои источники вам не сдам, придётся вам поверить мне на слово. Из основного: запрет артелей и личного хозяйства колхозникам, а ещё обложение всех фруктовых деревьев налогом. Надо говорить, к чему это приведёт?
– Не надо. Новый голод и исчезновение множества товаров народного потребления.
– Вот именно. Лишимся большинства фруктовых деревьев: будет с них доход или нет, ещё неизвестно, а денежку за дерево плати. А кроме того, он планирует вывести высших партийных функционеров из-под надзора госбезопасности. Со временем это приведёт к развалу страны. Вы сами прекрасно понимаете, что если нет контроля и ответственности, то начинают расти беззаконие и вседозволенность. Правда, и ряд ваших последних решений по национальной политике и возвращению территорий я не приемлю: это ваша большая ошибка. Мы должны сосредоточиться исключительно на своей стране и не пытаться насильно пропагандировать свой строй.
– Почему вы так думаете?
– Основная ошибка Маркса – это непринятие им в расчёт особенностей менталитета разных народов. Построение коммунизма возможно только у нас, но не в Европе. Там в основе менталитета ярый индивидуализм, а он не подходит для построения коммунизма. Мы, если попробуем насильно строить его там, проиграем. Лучше всего на своём примере показать всем наши преимущества и на деле сделать так, чтобы наши рабочие имели всё: своё жильё, товары народного потребления, машины. Чем лучше будут жить наши люди, тем сложней будет нашим врагам вести среди них свою пропаганду, и, наоборот, мы сможем всему миру показать, как хорошо жить при нашем строе.
Я проговорил с Берией более двух часов, обсуждая с ним пути развития страны. В итоге мне всё же удалось убедить его отменить ряд принятых под его давлением постановлений и не трогать Жукова. Было, конечно, очень трудно находить убедительные аргументы в пользу своих слов, не открывая своё послезнание, но я смог.
А через два дня вышел некролог по кукурузнику, в котором сообщалось, что от сердечного приступа умер верный ленинец и тому подобное. История окончательно перешла на новые рельсы. Берия действительно отменил ряд своих постановлений и не очень вкладывался в другие страны, сосредоточив все усилия на развитии СССР. Кроме того, он неожиданно сделал меня своим помощником, и в 1968 году я стал председателем правительства, тем самым возглавив его.
Конечно, противостояние со странами Запада сохранилось, но того же Карибского кризиса не случилось. На негласной встрече с представителями западных стран до них было доведено, что СССР не будет стремиться насаждать во всём мире коммунизм военным путём, но на любые попытки нападения последует ответ массированным ядерным ударом по всем западным странам.
Распада СССР не произошло, а национализм давили без всякой жалости, стараясь разбавлять республики людьми разных национальностей и не допуская сосредоточения в них власти в руках только коренного населения. В итоге к двухтысячному году СССР процветал, имея вторую по мощности экономику в мире. Впрочем, она практически ничем не уступала Америке, а по многим параметрам и превосходила её. Не было отставаний и в технологиях. Зная, к чему это может привести, а также что именно нам нужно, я предпринял необходимые меры, и в итоге СССР стал полностью самодостаточной страной, производя всё необходимое в нужном количестве и не уступая при этом в качестве западным странам.
А в целом я был доволен своей жизнью. По крайней мере, мои дети будут жить в богатой и сильной стране. И, я надеюсь, они смогут оценить всё то, что мы для них сделали, и не спустят наши труды в унитаз.