Шрифт:
Неправильно говорить, что человек — это те книги, которые он прочел. Ибо не важно, читал ты Брэдбери или Юнга, ты переймешь привычки того, кто любит Паланика и Кинга.
Правильно будет сказать, что человек — это те люди, которые его окружают.
Каждый создает нас в то время, когда его создаем мы. Каждый из нас, не имея особо образования художественной школы, является скульптором.Причем каждый имеет в своей руке разного размера инструмент: большой или маленький. Размер такого инструмента, которым оттачивается и отшлифовывается выбранный нами человек, зависит от прожитого времени и набранного опыта.
Возможно, в этого старого мудреца шестнадцатилетний ты почти, что ничего не внесешь, зато он, великолепный и умный, подарит тебе бесценный опыт. Заботливо, своими шершавыми от прожитого времени пальцами, он будет вытачивать твои руки, шею, возможно, даже голову.
Мой милый мальчик и моя дорогая девочка, никогда не жалуйся, что душевно ты вышел уродом, если твой предыдущий скульптор был криворук.
Только люди — это все же книги. И начиная общаться с кем-то новым, ты открываешь книгу. Его книгу, в которой он главный герой. Таких Книжных Героев в твоей жизни будет от одной сотни до миллиона.
Ты, приходя в книжный со скудным названием «Жизнь», будешь выбирать истории, которые тебе захочется прочесть за выходные или за весь год. Истории, к которым ты будешь возвращаться раз за разом или бросишь сразу после пятидесяти страниц. Здесь есть все, что может тебе заинтересовать: и продавцы-консультанты в виде твоих друзей, и яркая реклама красивых обложек, и незаметная классика, которая стала нынче так не модна и поэтому пылится в углу.
В общем, разницы между книгами и людьми практически нет. Вот ты берешь себе красивую книжку, начинаешь ее читать, а внутри пустота. Так бывает. Хватаясь за внешность, первое впечатление, мы влюбляемся в Книжного Героя нашей Жизни, читаем его историю взахлеб. И вот, дойдя до той самой пятидесятой страницы, понимаем, что история-то ни о чем. Герой лжец. Эгоист. Он даже не злодей, которого ненавидишь или судьбе которого в конце сопереживаешь. Он просто пустота.
И как бы это было не печально, но такая книга отправляется к нам на полку.
Потом ты становишься старше, берешь книги в простых обложках и дочитываешь их до дыр.
Есть Книжные Герои, с которыми хочется жить всегда. Есть те, с кем и вечности мало.
Не плачь, девочка, не грусти, мальчик, что книжка закончилась. Не надо пустых слез, что Книжный Герой сгорел. Все, как завещал тот самый Брэдбери. И книжные наши Герои горят при температуре 451 градус по Фаренгейту.
Хорошая история должна кончаться. Хорошую книгу нужно уметь оставлять. Все продолжения, написанные авторами — лишь жалкие попытки вернуться в оставленную реальность.
Все будет уже не так. Скучно, убито, холодно.
Не плачь, что твой Книжный герой сегодня горит. Не надо грусти, если ты видишь его с другим человеком. Не надо отчаяния, если его тело покоится в земле. Твой Книжный Герой создал из тебя того, кем ты сейчас являешься. И лишь поблагодари его за этого, когда будешь бежать по огромной библиотеке своей Жизни.
Посмотри на пустующие полки. Возьми в руки свой шпатель, замажь на свое усмотрение там, где тебя ранил скульптор, открой новые книги и возьми нового Книжного Героя.
И пока тебе шестнадцать, и пока твоя кожа молода, свежа, красива, а с лица не сошла детская улыбка, то не бойся сжигать своих Книжных Героев. Не бойся за тех, кто стоит теперь не с тобой или лежит в земле. Бери книги не по обложке, а те, что пыльные и вдалеке.
Беги быстрее по длинному коридору своей библиотеки!
Беги! Беги!
Все придет. Твой Книжный Герой, который не боится температуры горения удержит тебя сам.
А пока такой, кто сломает твой мир и проведет шпателем по неровностям твоих рук и шее, не появился, не бойся смотреть на то, как горят книги.
Ведь ты сам для кого-то Книжный Герой, который рано или поздно сгорит.