Иванова, на пересдачу!
Шрифт:
Все-таки первая встреча за две недели.
– Даш, ты чего залипла? – спросила Шевченко, подпиливая ногти ядерно-зеленой пилкой.
Мы с ней, разумеется, помирились. Ну а как иначе? Когда еженощно слушаешь сопение, к которому за три года привык, невозможно жить в ссоре. Тем более Иришка долго извинялась и даже приготовила мой любимый торт. Красный бархат, м-м-м, килограмм удовольствия и калорий.
– Думаю, что надеть. Всё какое-то старое и грязное, – выудила наружу джинсы, на которых расползлось пятно.
– Надо сменить гардероб, – обрадовалась Шевченко.
– Нет! – Я испуганно замотала головой.
Поход за одеждой с Иришкой означал пять часов невыносимых пыток, потому что подруга будет вдумчиво осматривать все вешалки и трижды обходить один и тот же магазин. Мне она соберет килограмм десять вещей, и пока я не перемерю их все – мы никуда не уйдем.
– Ты скучная.
– Знаю.
– С таким подходом у тебя никогда не будет мужика.
– Ага.
– Ты умрешь старой кошатницей.
– Шевченко, спасибо за твою доброту, но в какой момент с одежды мы перешли на мою убогую кошачью старость?
– Просто ты никогда меня не слушаешь.
Подружка надулась как воздушный шарик, готовый вот-вот лопнуть и разлететься во все стороны.
Я выудила из недр полки что-то, отдаленно похожее на бежевый свитер. Потрясла. Вроде приличный. Не мятый даже, что вдвойне приятно.
Решено, пойду так.
Кстати, была ещё одна проблема, которую я пыталась разрешить вот уже вторую неделю. Проблема по имени Миша Семенов, который решил, что одного свидания достаточно, чтобы мы слились в страстном поцелуе, нарожали детей и умерли в один день.
Семенов не понимал отказов. Я пыталась тактично объяснить, мол, мы не можем встречаться. Он смотрел на меня понимающим взглядом и кивал. Сказала честно, что предпочитаю других мужчин. Миша пообещал стать для меня единственным. Даже соврала, будто у меня есть парень.
Вы думаете, это остановило Мишу от поползновений в мою сторону?
Нет. Именно поэтому он сейчас плюхнулся на соседний стул и улыбнулся мне такой широкой улыбкой, что можно было рассмотреть гланды.
– Как дела?
– Всё чудесно, пожалуйста, убери руку с моего колена, – буркнула я, вперившись взглядом в дверь.
Когда же она откроется, и внутрь войдет Стас? Как вести себя рядом с ним? Почему Семенов чуть ли не прижимается ко мне всем телом? Это, как минимум, неприлично.
Миша со вздохом прекратил ощупывать мою ногу и изрек многозначительно:
– Ты, Дашка, женщина-загадка, вот что. Не так-то просто тебя заполучить!
– Меня сложно найти, легко потерять и невозможно забыть, – ответила цитатой из какой-то ванильного сообщества. – Семенов, потеряй меня, пожалуйста. Я уже устала говорить, что между нами ничего нет.
– Конечно, моя сладкая киса. А если я предложу отведать моего язычка? – согласился он, изобразив языком движение, будто что-то вылизывает.
ЧЕГО?!
В первую секунду я отпрянула подальше под хохот парней с задних рядов. Во вторую открылась дверь, и вошел пасмурный как грозовое небо Стас Измайлов. В третью Миша получил звонкую пощечину.
– Хорошее начало хорошего дня, – резюмировал Измайлов, вытирая доску тряпкой. – Иванова, чем вам не угодил Семенов?
Не угодивший мне по всем показателям Семенов сидел очень тихо, держась за красную от удара щеку. Парни тоже замолкли.
Конец ознакомительного фрагмента.