Испорченное совершенство

Три года назад…

(Поет)

— Мамочка, не прекращай петь сейчас. Не сейчас.

Прости, что я ушла. Я лишь хотела немного пожить. Я не боюсь так, как ты.

Мне нужно, что бы ты пела. Пожалуйста, спой для меня.

Не делай этого. Не уходи к нему. Он не настоящий. Разве ты не видишь? Он умер шестнадцать лет назад.

Мне надо было кому-то рассказать о тебе. Это все моя вина. Тебе нужна была помощь, которую я не могла оказать. Может, я испугалась… испугалась, что тебя отнимут.

— Делла, милая, дай мне свои руки. Мне нужно помыть их. Посмотри на меня, Делла. Вернись ко мне. Она умерла, но ты остаешься жить. Нам надо помыть тебя. Ее тело увезли, и сейчас лучше всего покинуть этот дом. И больше никогда не возвращаться. Пожалуйста, Делла, посмотри на меня. Скажи что-нибудь.

Я сморгнула, оторвавшись от воспоминаний, и посмотрела на Брейден, мою лучшую подругу. Она очищала кровь с моих рук влажной тряпкой, и слёзы текли по её щекам.

Мне следовало встать и смыть все это с себя, но я не могла. Она необходима мне, чтобы сделать это за меня.

Я всегда знала, что это однажды случится. Может, и не так, как это произошло

Я никогда не представляла себе мою маму мертвой.

Множество дней, когда я позволяла себе мысленно вернуться в тот момент, я ощущала себя виноватой.

Хотя это не заставит меня не думать о ней.

Но чувства вины было недостаточно, чтобы удержать меня от мысли, что я свободна.

Я всегда думала, что кто-нибудь поймет, моя мать была не такая, как все.

Они бы поняли, что я не какой-то странный ребёнок, который хотел сидеть дома целый день, и отказывался выходить в реальный мир

Я хотела, чтобы они знали… но я этого не сделала.

Потому что обрести мою свободу, означало потерять мою маму. Какой бы сумасшедшей она не была, она нуждалась во мне.

Я не могла вывести ее на улицу. Она боялась… всего.

Четыре месяца назад…

Когда Брейден дала мне свой старый автомобиль и сказала мне посмотреть мир, ни одна из нас не подумала о том, что я не имею ни малейшего понятия, как его заправлять бензином.

Я получила права только три месяца назад.

И у меня фактически был автомобиль часов на пять, пока он едет. Заправка машины было не тем, что меня волновало… до настоящего момента.

Я потянулась к своей сумочке и достала телефон. Я хотела позвонить Брейден и посмотреть, что она мне скажет по этому поводу.

У нее был медовый месяц, и я все же не очень хотела ее отвлекать.

Когда сегодня утром она сунула ключи в мою руку и высказала свое пожелание мне:

— Иди покатайся. Найдите свою жизнь, Делла.

Я была настолько удивлена щедрости ее жеста, что даже и не подумала расспросить её о чем-либо еще. Я просто обняла ее и смотрела, как она побежала со своим новым мужем, Кентом Фредриком залезать в заднее сиденье лимузина.

Сам факт того, что я не могла залить бензин, раньше никогда не возникал в моей голове. До сих пор.

Мой бак был пуст, и я курсировала по маленькой АЗС, в каком-то прибрежном городке, непонятно где.

Смеясь сама над собой, я слушала, как голос Брейден говорил: «Я недоступна. Если Вы хотите связаться со мной, предлагаю Вам повесить трубку и написать мне смс».

Её голосовая почта. Вероятно, она была в самолете.

Теперь мне предстояло выяснить, как справиться с этим самостоятельно.

Я вышла из маленькой бледно-красной Honda Civiс. К счастью, я подъехала к бензоколонке с правильной стороны.

Было маленькое окошко, в которое вставлялся шланг. Я видела, как Брейден делала это прежде. Я могла это сделать. Возможно.

Моей первой проблемой стало то, что я не могла понять, как открыть это небольшое магическое окошко.

Оно здесь. Я вижу его, но нет никакого рычага. Я уставилась на него, затем огляделась вокруг, возможно кто-то был рядом и видел мое замешательство. Мне нужна была помощь.

Потребовалось два года профессиональных консультаций, чтобы я смогла заговорить с незнакомыми мне людьми. Теперь я делала это часто.

Брейден внесла в достижение этого более весомый вклад, чем психолог, которого я была вынуждена посещать каждую неделю. Она вывела меня в мир, и научила, как надо жить.

На зеркале в моей ванной была приклеена цитата Франклина Д. Рузвельта: «Единственное, чего мы должны бояться — это страх». Я читала ее ежедневно, или, по крайней мере, я делала это в течение последних трех лет.

Я молча процитировала ее в голове, и мое тело расслабилось. Я больше не боялась. Я не была похожа на мою мать. Я Делла Слоун, и я на пути, чтобы найти себя.

— Ты в порядке? Нужна помощь?

Глубокий плавно растягивающий слова голос испугал меня, я начала вертеть головой и увидела парня, который улыбался мне, стоя с другой стороны бензоколонки.

Его тёмно-карие глаза, казалось, лучились весельем, когда он смотрел на меня.

У меня не было большого опыта общения с парнями, но все же он у меня был. Достаточно просто понимать, что даже если парни и выглядят потрясно, как этот, это еще не делает их порядочными людьми.