Исполнитель желаний
Шрифт:
– Лично мне больше по вкусу вот этот, – заключила Аннака, ткнув тонким прохладным пальчиком Крайста там, где глубокий вырез рубахи открывал кожу, – Вези своего заложника домой и не забудь поблагодарить соплеменников…
– Но… у меня же нет водительских прав… – пролепетала Кирочка, умоляюще глядя на Билла. «Неужели ты оставишь меня одну? Это же мой первый выезд на задание!» – говорили её глаза.
– Моя управляющая отвезёт вас, – Аннака небрежно кивнула молодой ведьме, стоящей в дверях, – Проводи гостей, Тара.
Билл напоследок ободряюще Кирочке подмигнул, улучив момент, когда никто не мог этого заметить.
– До скорого, сестрёнка!
Она повернулась и обречённо поплелась к машине следом за Светозаром и хранящей благородное молчание ведьмой-ученицей. Умом Кирочка понимала: Билл гораздо опытнее её, он офицер и, конечно, знает, что делает… Но неизъяснимая тревога всё равно не давала ей покоя.
– Вот я и добралась до тебя, Крайст, – загадочно сощурившись, сказала Аннака Кравиц, как только машина отъехала от дома.
– Собираетесь извести меня на фарш? – невинно сияя синими глазами, осведомился Билл, – Давайте я хоть мясорубку принесу!
– Нет. Спасибо, конечно… Но я и без неё прекрасно справлюсь… – с неожиданной ловкостью Аннака схватила его за волосы и, притянув к себе, крепко поцеловала в губы.
6
Кира и Светозар были встречены в солнечном замке всеобщим ликованием.
Верховный Шаман Белозар представился Дочери Тёмного Неба только сейчас, согласно обычаю, лишь те, кто заслужил, получали привилегию называть его по имени. Белозар и Златояра по очереди заключили Кирочку в сердечные объятия. Это была великая честь для гостя общины, и удостаивались её немногие.
Кирочку теперь считали в замке героем. Поприветствовать спасительницу похищенного юноши лично пожелали все Сыновья и Дочери Солнца. Неожиданная популярность нисколько не обрадовала девушку, показавшись тягостной и даже немного неприятной. Ведь спасением Светозара община была обязана не ей, а Биллу Крайсту.
Кирочке как раз вспомнился случай на уроке математики в седьмом классе, когда учитель, проверяя домашнее задание, попросил всех учеников назвать ответ задачи по очереди с места. Она задачу не решила, но, опасаясь двойки, озвучила ответ, услышанный от отличницы, сидящий впереди неё. Ответ оказался верным, и учитель попросил всех, назвавших его, подойти к нему с дневниками за отметкой «пять». В само решение задачи он, демонстрируя доверие к ученикам, даже не заглядывал. Никогда в жизни Кирочке не было стыдно ни за что сильнее, чем за эту «пятёрку» в седьмом классе…
И сейчас она испытывала нечто подобное. Сыновья и дочери Солнца обступили её, благодарили наперебой, обнимали. Кирочка потерянно улыбалась в ответ, ну не отталкивать же их, в самом деле?
К счастью, вскоре все эти, вновь обретшие своего названного брата, дети Священного Солнца от неё отвлеклись и захлопотали вокруг стола: после заката решено было устроить праздничную трапезу и даже вынести к ней из погреба (это делалось в исключительных случаях) особую дурманящую настойку из редких лесных кореньев. И тут-то, среди предпраздничного суетливого мельтешения, Кирочка снова почувствовала на себе давешний таинственный взгляд. Она огляделась, ища в толпе хоть кого-нибудь, кто теоретически мог бы так на неё смотреть – тяжело и странно – будто высасывая, будто забирая…
Вдруг…
Толпа всколыхнулась и сомкнулась за ним прежде, чем Кира успела разглядеть убегающего. Всё, что она успела заметить, это были волосы. Длинные, светлые, летящие плащом.
Кирочка бросилась вдогонку. Пробираясь в толпе и не находя взглядом приметных волос, она уже начала терять надежду настигнуть беглеца, когда неподалёку раздался сердитый окрик Верховного Шамана.
– Стой, Лучезар! Ты куда так летишь? Что-то давно не видно тебя за работой. Помоги-ка расставить кувшины с ягодным морсом.
– Да, отец… – раздался в ответ виноватый голос мальчишки-подростка.
Кира взглянула в ту сторону, откуда донеслись слова.
Рядом с Белозаром, шаманом-Отцом, и обнаружился этот самый загадочный обладатель плаща золотистых волос и, по всей вероятности, пламенного взгляда. Им оказался парнишка, совсем ещё юный, лёгкий, тоненький как стебель полевой метёлки. Выражение угрюмой серьёзности, которое он старательно придавал своему полудетскому лицу, слегка позабавило Кирочку.