Чтение онлайн

–  Не сходите с ума! Я должен взять на себя серьезную политическую ответственность, а вы…

–  Подождите, Борис Семенович, - прерывает его Володя.
– Что от вас требуется? Правда. Вот вы и напишите правду о Татьяне Николаевне. Я как профорг отделения тоже подпишу. Если это будет правда.

–  А я продиктую, - говорю я.
– «Татьяна Николаевна Зайцева - человек физически здоровый. Травку не курит, порошки не нюхает, укольчиками не задвигается. Выпивает с отвращением, исключительно для контактов, в соответствии со всеми указами и постановлениями. Она за мир, за дружбу народов. Ее основной жизненный лозунг - «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Политически грамотна, морально устойчива». Ну, как? Годится?

–  Блеск!
– восхитился Владимир Александрович.

–  Не смейте превращать это в балаган!
– закричал Борис Семенович.
– Пара молодых идиотов! Я пожилой, беспартийный… Отгадайте, кто? Правильно!..

–  Борис Семенович, это уже становится тоскливым, - Володя слез с подоконника.

–  Я хотел бы, чтобы вы встали на мое место, Володя…

–  Я тоже хотел бы.

–  Таак!
– разозлилась я.
– Я чего-то не понимаю, Борис Семенович, вы даете мне характеристику или нет?

Борис Семенович трагически обхватил руками голову:

–  Напишешь хорошую - спросят: куда же вы смотрели? Не работали с кадрами. Напишешь плохую - скажут: какого черта вы держали ее в своем коллективе?..

–  Все!
– сказала я.
– Привет. У меня работа.

Во второй половине дня я расхаживала одну симпатичную деваху после операции. Она обнимала меня за плечи, я ее за талию, и так мы ползали по коридору отделения.

–  Не держись за пузо, не разойдутся у тебя швы. Ступай смелей!

–  Да, а вдруг… - ныла она.

–  Хочешь, чтобы у тебя спайки образовались? Почему вчера провалялась лишние сутки?

–  Тебя ждала. С тобой я не боюсь.

–  Вот дурочка! Двигайся, двигайся… Дети есть?

–  Двое. Четыре и полтора.

–  А сейчас с кем они? С мужем?

–  Мама из Харькова приехала.

–  Как детей делать - так все умельцы. А как…

–  Нет, нет, Танюша, он очень занят. У него работа такая. Все, Тань, больше сил нет…

–  Леночка, дорогая! Давай еще разок пройдем!..

–  Ой!
– вдруг говорит Лена.
– Толя!.. Мой муж.

Я посмотрела в конец коридора и увидела старшего опергруппы моей «спецуры» капитана милиции Анатолия Андреевича Кудрявцева.

В костюме с галстучком, в своих попсовых очечках, белый кургузый халат на плечах, в руке белый полиэтиленовый пакет. И оттуда цветочки торчат.

–  Интересное кино, - говорю.
– Это твой муж?

–  Толя!
– рванулась к нему Лена.
– Ой, Танечка! Держи меня…

Толя подскочил, подхватил Лену с другой стороны.

–  Тосинька, познакомься, - говорит Лена и повисает на муже.
– Это Танечка. Она со мной после операции всю ночь просидела…

–  Анатолий Кудрявцев, - представился он.

–  Татьяна Зайцева, - говорю. В одну игру играем.

–  Принес?
– спрашивает Лена.

–  А как же?
– Толя достает коробку конфет и пять гвоздичек.

–  Это тебе, Танюша, - говорит Лена.
– За все, за все!..

–  Спасибо, - говорю и нахально спрашиваю: - где это вы такие чудесные конфеты раздобыли?

А он так спокойненько отвечает:

–  В одной интуристовской гостинице. В буфете.

–  Уж не на валюту ли?
– спрашиваю.

–  Что вы!
– смеется Толя.
– У меня-то откуда?

Вечером мы с ним стояли вдвоем на первом этаже и курили.

–  Оформляешься?
– спросил он.

–  Не говори… Справки, характеристики… Сдохнуть можно.

–  Как же ты мать оставишь?

–  Самый больной вопрос. Если бы и ее с собой…

–  Она не поедет.

–  Да. Тут ты прав.

Толя посмотрел на часы и протянул мне руку:

–  За Ленку спасибо тебе, Таня.

–  Не волнуйся, все будет о'кей. На работу?

–  Да.

–  Привет там всем.

–  Хорошо.

Он ушел через двор, а я поднялась в отделение.

В районном овире меня приняла полная блондинка с приятным лицом - майор милиции. Явно за сороковник, но глаз живой, грим наложен более чем умело, руки красивые, ухоженные.

–  Документиков-то не хватает, чтобы начать оформление, Татьяна Николаевна, - говорит она и открывает мое дело.
– Вот давайте вместе проверим. Свидетельство о браке, приглашение в Швецию, анкеты, характеристики… Справка из туберкулезного диспансера, из психиатрического, кожно-венерического… Идем дальше. Согласие матери - Зайцевой Аллы Сергеевны, заверенное у нотариуса… Имеется… А где согласие вашего отца? А, Татьяна Николаевна?

Меня словно с десятого этажа сбросили!

–  Какого еще отца?! Я всю жизнь с мамой прожила!.. Нет у меня никакого отца и не было.

–  Татьяна Николаевна, нужно объяснять, что дети обычно рождаются при некотором соучастии мужчин? Вот вы и должны предоставить нам согласие вашего отца, нотариально заверенное в его присутствии, что материальных претензий он к вам не имеет и дает свое родительское согласие на ваш выезд за рубеж.

–  О, черт, черт побери!
– взвилась я.
– Но он же с нами больше двадцати лет не живет! Все волокла на себе моя мама! Всегда и везде. Мы от него копейки не получили! Клянусь вам!..

–  Охотно вам верю. Но тем не менее…

–  А если он умер?! Что тогда?

–  Ваш отец - Николай Платонович Зайцев, пребывает в добром здравии и проживает по адресу…

Майорша взяла со стола листок бумаги и протянула его мне.

–  Вот, пожалуйста. Мы предвидели этот разговор и разыскали адрес вашего папаши. И поторопитесь, Татьяна Николаевна. Если вы затянете со сдачей этого документа, то большая часть остальных, по истечении времени, потеряет силу, и вам придется начинать почти все сначала. Это очень затормозит получение визы и паспорта. При положительном решении вашего вопроса.