Чтение онлайн

Почему четыре года? Я же его только год назад купил! Но тут же мне пришло понимание, что все это время он мог пролежать где-нибудь на складе. Поймал себя на мысли, что, когда смотрел на столик, все остальные надписи, не относящиеся к нему, незаметно погасли. Задумался над словом «другое», и буквы сменились:

«Производитель ООО «Корх», адрес…; другое».

Увидев также в конце текста слово «другое», я остановил взгляд на нем. Прежний текст исчез и появился новый:

«Конструкция Селезнева А.В. Произведено Ивановым В.Н., Ивушкиным Г.Л. …»

Вот это информация! Так можно докопаться до чего угодно. Я убрал взгляд от столика, и снова появилась куча текста о предметах интерьера гостиной.

Встав с дивана, я принялся бродить по комнате в поисках более интересного предмета для исследования. Выбор пал на старинные французские часы, доставшиеся мне по наследству от деда.

«Часы настенные: целостность 65 %; возраст – 115 лет; материал – металл, стекло, дерево; другое».

Углубляясь в параметры все дальше и дальше, я вышел на марки сплавов металлов, стекла и видов древесины, из которых те изготавливались. Вернувшись мысленно к надписи о том, кто их произвел, я задумался, как их изготавливали. Неожиданно в отдельном окошке появилось изображение.

Старик в седых длинных кудрях с мощными окулярами горбатился над механизмом. Картинка сменилась, и он же, собрав часовой механизм, наблюдал за его работой. Следом показалось новое изображение, где тот же старик передавал механизм другому пожилому мужчине в берете. Дальше появилось, как изготавливается деревянная облицовка для часов. Вот они теперь уже вдвоем корпели над часами, вставляя механизм в деревянный каркас. Изображение снова сменилось, и оба мастера, довольные работой, рассматривали готовое изделие.

Мысль о том, что было дальше, услышала в перстне отклик, породив продолжение. В новой картинке появилось, как из фанерного ящика мужчина в старинном костюме достает часы и освобождает их от упаковочной бумаги. Рядом с ним радуется женщина в пышном платье, что давно вышло из моды. К ним подбегают дети. Маленький мальчик, бегая между взрослыми, тоже хочет посмотреть, что разглядывают взрослые. Девочка постарше берет его на руки.

Одни картинки, звука не слышно, но стоило мне об этом подумать, как появился звук. Говорили на французском. Я смутился, что непонятен язык, и вдруг стал понимать речь из картинки, словно те говорили на русском.

– «Люсьен, давай их повесим не здесь, а в столовой, чтобы ты мог по утрам…»

Я задумался над тем, как же часы попали к моему деду, и картинки стали быстро меняться. Вот уже та же женщина стоит в печали, а рядом повзрослевшие дети и другой мужчина.

– «Возьмите эти часы, я совсем недорого их отдаю. У нас сейчас нет денег…»

Следом появилось, как этот мужчина несет их по улице под мышкой. Дальше он уже заворачивает их в газеты и кладет в большой сундук. Тот вместе с другой поклажей едет на повозке. Выгрузка сундука на железнодорожном вокзале и погрузка в грузовой вагон. Появилось изображение, где дымящийся старинный паровоз с кучей вагонов несется вдоль зеленных полей. Дальше сундук перенесли на кузов машины. Город, по-видимому, немецкий. Множество угловатых домов с высокими шпилями. Сундук выгрузили и занесли в новый дом. Уже следующий мужчина заносит его в комнату и начинает выкладывать из него всякий скарб. К нему подходит другая женщина, в умеренно пышном платье, но также давно вышедшем из моды.

– «Ганс говорил, что там должны быть великолепные часы».

– «Наверное, положил на дно… Да, вот они».

– «Какие они красивые. Давай повесим часы в столовой, чтобы по утрам…»

Тут же картинка сменилась. Люди в военной русской одежде и с оружием бродят по тому же дому. На этот раз он кажется заброшенным и нежилым. Один из них закидывает винтовку за спину и снимает часы со стены.

– «Вот и подарочек домой нашелся».

К нему подходит второй военный и тоже рассматривает часы.

– «Красивые. Я почти такие же вчера нашел».

Вот уже тот же военный укладывает часы в большой чемодан и идет, не спеша, к железнодорожной станции. Только сейчас я понял, что это и есть мой дед. Хоть и никогда его не видел, но узнал по старым фотокарточкам.

Картинка сменилась, и вот уже мой дед вешает часы на стену. Рядом с ним стоит моя бабушка, любуется ими, радуется. Так непривычно видеть ее молодой. В моей памяти она осталась совсем старенькой.

С изумлением я смотрю на все это, желая увидеть, что было дальше. Снова читая мои мысли, перстень продолжает показывать новые изображения. Вижу, как мой опечаленный отец снимает часы со стены и уносит их прочь. Я понял, что это произошло после смерти моих стариков. Вот он уже цепляет их на стену нашей квартиры. Напоследок вижу себя, когда перевесил их именно на это место.

Я убрал взгляд от часов и сел на диван. Теперь понятно, почему этот парень свихнулся. С таким артефактом немудрено голову напрочь потерять… Но и таких дел совершить!

Я начал представлять и осекся. Возможности перстня пугали своей масштабностью. Это получается, что все вокруг для меня стало как открытая книга. Все, что захочу, я смогу понять, даже увидеть прошлое. А как с будущим?

Вновь я уставился на часы, силясь узнать, что с ними будет дальше. Появилось окошко, в котором замелькали друг за дружкой картинки: мощный взрыв, разнесший в клочья весь мой дом; уходящие под землю все дома вместе с моим; невесть откуда взявшаяся волна, поглощающая собой город вместе с моим домом; пробравшиеся в квартиру воришки, стаскивающие часы. Последним появился старик, что крушит все вокруг. Схватив часы, он кидает их на пол и начинает бить ногой. Он повернулся, и я увидел себя в старости, чем-то разгневанным.

От таких картинок я опешил.

Взрыв, это, получается, будет большая война? Но потом я видел, что дом был целым, и он уходил под землю, дальше вновь целым, но на город надвигалась гигантская волна, и я в старости…

Полученные сведения заставили меня уйти в прострацию.

Почему все так менялось?

Тут, как искра, появилась мысль – «Будущее, его нет, оно как бесчисленное множество различных комбинаций и ответвлений». Получается, в топку всех предсказателей и гадалок. Поэтому их глюки редко сбываются.