Чтение онлайн

Но у него наоборот. Он должен отречься от воли Всезнающего и решать самому. Потому что… да потому что я пустое место, - пролетела мысль.
– Просто пустое место.

А может, все рассказы о прозрениях искажены? – подумал Ероши. – Но что он должен сделать? что?

Теперь нет подсказок. Он должен решить сам.

Мгновение повисло в воздухе и казалось, продолжается бесконечность. Вселенная разделилась на две части. В одном он марионетка Омиши, в другом – пустое место. Богатый выбор. Самый страшный выбор в жизни и страшнее уже никогда не будет.

Пора решать. Ероши покрепче ухватил рукоятку ножа мокрой от пота ладонью, и дрожащая рука с усилием отвернулась от огромной разделочной доски.

– Я пустое место, - сказал он.

Нож лёг рядом с доской. Ероши тяжело дышал.

– Я пустое место, - повторил он.

Его лицо намокло от слёз. Он медленно снял фартук и бросил на пол.

– Я просто пустое место!

И вдруг тело его стало лёгким, а ум ясным как никогда прежде.

Ероши улыбнулся. Он понял, что прозрел. Но прозрение какое-то получилось неправильное. Во всех рассказах люди, в сердца которых вошёл Омиши, испытывали чувство единения с Дающим Благо в сладком сне. А новый мастер наоборот словно пробудился ото сна. Пожал плечами. Без разницы.

Первые шаги дались нелегко, будто никогда прежде не таскал на себе этот мешок с костями. В первые мгновения он по привычки попытался ссутулиться и семенить, как бывало, но тут же опомнился, расправил плечи и пошёл нормальным шагом. И улыбался. Впервые в жизни он шёл так, как хотел.

На выходе он встретил Онушу и мягко улыбнулся. Она распахнула глаза. Что-то в стоящем перед ним человеке было новое, то чего она никогда раньше не замечала.

Когда к вечеру вернулся Йериши, трактир стоял совсем заброшенный. В общем зале сидели раздражённые путешественники, которые безуспешно ждали, что кто-нибудь позаботится о них. Урчали голодными желудками и уже сами вытащили ящик вина из погреба. На вертеле жарилась туша оленя. Путники перешли к самообслуживанию.

Разъярённый трактирщик бегал по всем комнатам, разыскивая нерадивых работников, пока не обнаружил в лучшем номере на белой пуховой перине уснувших Ероши и Онушу.

Нового мастера разбудил удар плетью, и он подскочил на кровати. Через руку протянулась кровавая полоса. Истошно завизжала служанка, прикрывая грудь. Ероши понял, что не время для душеспасительных поучений и бросился бежать, в чём мать родила. Ещё один удар настиг его на подоконнике. Ероши выпал в окно, приземлился на траву и помчался к висевшей на верёвках одежде, которую сам постирал не далее как вчера. Сноровисто оделся и побежал в лес. Из дверей трактира выскочил красный как рак трактирщик. Махал кнутом и дико озирался вокруг, пытаясь разыскать беглеца. Не увидев, в бешенстве сжал кулаки и потряс ими в воздухе. Заорал что есть сил. Брызги слюны оросили густую бороду.

Ероши нашёл знакомую тропинку и углубился в вечернюю сень леса.

– Проклинаю тебя! – кричал вслед разъярённый хозяин. – Нет тебе места в моём трактире, где сухо, светло и где ждала тебя похлёбка из требухи. Отныне дерись с шакалами за кусок падали. Собьёшь свои ноги о камни дорог этого мира и подохнешь в канаве, как собака сбитая повозкой. Так колесница Омиши настигнет тебя. Уходи в дождь и ветер, и пусть земля будет тебе кроватью, а снег одеялом!

Ероши покачал головой. Хозяин совсем рехнулся и не может отличить лето от зимы. Он повернулся и побрёл по сумеречной дороге, освещаемый отблесками первых вечерних звёзд. По дороге шептал.

– Спасибо, Омиши, что даровал мне мудрость. Так легко нести этот иллюзорный груз.

Игра в радость

Ероши далеко углубился в лес, когда понял, что единственная тропинка ведёт его в Ипхирам, город радости, но поворачивать уже было поздно и особо некуда. Мастер переночевал под деревом гупта где цветут благоуханные цветы. А спозаранку отправился по заброшенной тропинке в город, который все путники давно обходят стороной. Но делать нечего, когда есть нечего. Желудок ласково урчал, напоминая, что прозрение прозрением, а обед по расписанию.

Вскоре он услышал треск веток под чьими-то шагами и вскоре на тропинку выбрался молодой парень. Он поддел ближайшую ветку сапогом и улыбнулся Ероши.

– Прекрасный день, не правда ли?

– Я бы его съел.

Услышав эти слова, юноша поклонился.

– Похоже вы мастер.

– Голодный разум готов съесть Омиши.

– Не буду спорить. Ты идёшь в Ипхирам?

– Я уже там, где мне нужно, но мой желудок направляется в Ипхирам.

– И я туда же. Меня зовут Гайташи.

– Я Ероши.

Путники пошли рядом. Мастер спросил.

– Зачем тебе в город радости?

Юноша закрыл своё лицо вуалью воспоминаний, и оно омрачилось.

– Я устал от мерзости и жесткости людей, жизнь страшна, и я хочу найти покой.

– Ты слишком молод.

– Но жестокость не щадит возраст.

Больше Ероши ни о чём не спрашивал. Зато юноша поинтересовался.

– Почёму путь в город радости столь запущен?

– Людям не нужна радость. Людям нужна победа.

– Не понимаю. Мне нужна радость. Я останусь там навсегда.

– Останься там хотя бы на день.

К полудню путники вошли в город, но не сразу заметили его. Ипхирам давно стал частью леса. Ероши тронул юношу за рукав и указал на группу деревьев. Гайташи с изумлением понял, что это деревянный дом, который настолько сросся с окружающей растительностью, что трудно было понять, где начинаются деревья, где кончается дом.

Чем дальше шли путники, тем больше домов они видели. Рядом с одним из них на чёрной от времени скамейке сидели парень и девушка. Они, обнявшись, смотрели вдаль и улыбались. Периодически наклонялись друг к другу и что-то шептали на ухо. Иногда хихикали. В общем, обычная влюблённая парочка. Но путники никогда в жизни не видели людей, которые были бы столь спокойными и улыбчивыми. Казалось, время обтекает их стороной, а сам Омиши баюкает на своих добрых ладонях. Постепенно попадались другие люди. Все они были стройными, одеты в свободную лёгкую одежду. Они приветливо улыбались путникам. Никто не боялся, не беспокоился. Дети играли без присмотра. Они доверчиво подходили к чужакам и улыбались.

Гайташи поймал себя на том, что тоже улыбается в ответ. Никто их ни о чём не спрашивал, ничего не требовал.

– Обратите внимание, мастер, как здесь вольно дышится, - сказал юноша. – Я попал в рай. Я останусь здесь навсегда.

– Дело твоё, - сказал Ероши. Он не улыбался, но с любопытством осматривался.

– Похоже, ты несчастлив, - улыбался Гайташи.
– Оглянись вокруг. Ведь человек создан для счастья, как волк для воли, а медведь для мёда.

Ероши покачал головой.