Чтение онлайн

Так что теперь, к собственно проблеме нахождения источников информации, добавлялась гораздо более сложная — нужно будет так замаскировать свой интерес, чтобы он не вызывал никаких вопросов и подозрений у источников информации. Требуется проявлять такую гибкость в общении, чтобы источник не догадался, что ты не только не знаешь, что такое глобус, а даже понятия не имеешь, что такое презерватив, не говоря уже о том, что отдаленно не представляешь, как натянуть одно на другое и в каком порядке. Нужно будет поработать Штирлицем.

Грунтовка плавно сменилась суперпокрытием, знакомым по Нейтену, и старший помощник столь же плавно въехал в Экт. Город встретил его равнодушно — солдаты блокпоста шмонали очередной караван — видимо искали оружие и наркотики, и им было совершенно не до рядового потерявшего. И это было правильно — чего с наемника возьмешь? В лучшем случае обматерит, в худшем — можно и в морду получить. Конечно, формально стража была в своем праве, но ведь, когда сменишься, могут и подкараулить где-нибудь, если особо наглеть, так что — нафиг-нафиг!

Вот если будет ориентировка на конкретного человека и приметы совпадут, тогда — да. Тогда можно и благородного остановить и Искусника, если медный, конечно же, и магическая поддержка есть. С серебряными не очень-то забалуешь, не говоря уже о золотых, а с медными, да при магической поддержке — можно. И тогда, со всей этой шушерой — по всей строгости революционных законов! А пока ориентировки нет — лучше не надо.

За время сидения на дереве и отслеживания трафика на шоссе «Нейтен — Экт», а так же за время путешествия от постоялого двора до города, старший помощник обратил внимание, что подавляющее большинство всадников передвигаются на одной лошади, без запасной. О-двуконь было процентов десять, если не меньше, а так как главное оружие беглого преступника — незаметность, то Денис решил избавиться от второй лошадки, тем более, что никакой надобности в ней уже не было — пустые переметные сумы и его самого — чай, не толстый, без труда унесет и один конь.

Однако, для исполнения этой задумки, для начала нужно было найти конный рынок. Изобретать велосипед старший помощник не стал — пообещал заплатить первому попавшемуся чумазому беспризорнику и тот, с радостью, сопроводил Дениса куда надо. Оставив своих лошадей в каком-то подобии гардероба, где лошадке вешали на шею одну половину фигурно разломанной металлической бляхи, а вторую половину вручали владельцу, старший помощник, уплатив «хранителям» два серебряных ногтя — по одному за каждую лошадку, отправился побродить по рынку с целью прицениться.

Украсть лошадь со «стоянки» было, практически, невозможно — «гардеробщики» свои деньги получали не зря и отдавали коняшку лишь в том случае, если при соединении двух половин бляхи получалась целая без малейших изъянов — выпуклости одной половины должны были полностью совпадать с впадинами другой и наоборот — подделать такое было весьма затруднительно, фактически, нереально. Другое дело, что можно было украсть половину бляхи у владельца, но это уже его проблемы — нечего рот разевать и ворон считать — нет второй полвины бляхи — нет лошади.

Кстати, насчет «ворон считать» — Дениса попытались обворовать, использовав простейший трюк — двое толкают, третий извиняется, четвертый тырит, пятый уносит добычу. Прибегать к помощи Волка старший помощник не стал, чтобы не светиться, а попросту, быстро и эффектно — в стиле чемпиона, набил морды всей великолепной пятерке (только вратаря не хватало). Слухи по базару распространяются быстро и больше подходов к Денису не было.

Выяснив, что за лошадей, подобных его запасной, продавцы требуют от двадцати до тридцати золотых, старший помощник забрал ее из «гардероба» и направился к одному из многочисленных барышников, подвизавшихся на рынке. Данный конкретный экземпляр глянулся ему тем, что именно такой образ возникал в голове Дениса, когда он слышал слово «барышник». Все остальные индивидуумы, претендующие на это высокое звание, могли ими быть с высокой степенью вероятности, а этот — точно был. Как говорится — почувствуйте разницу. Общение между старшим помощником и перекупщиком происходило следующим образом:

— Отдаю за двадцать пять, — объявил среднюю температуру по больнице Денис.

— Пятнадцать! — презрительно оттопырив губу парировал барышник — колоритный чернобородый брюнет, сильно похожий на цыгана, обряженный в красную рубашку навыпуск, коричневую жилетку, расшитую бисером, широченные черные портки и обутый в воняющие дегтем сапоги гармошкой. Последним штрихом, завершающим картину, был картуз, лихо заломленный набок.

— А по сопатке? — вежливо поинтересовался старший помощник.

— Семнадцать! — сдал немного назад перекупщик, после чего Денис выполнил обещание, отправив «цыгана» в легкий нокдаун. Пробил он аккуратно — чтобы зубы не выбить и несильно — чтобы только отправить на настил ринга… пардон — на землю, но без всяческих травм, после чего барышник объявил последнюю цену: — Восемнадцать.

— Согласен, — угрюмо буркнул старший помощник, отдавая поводья «цыгану».

Казалось бы, что разыскиваемый лиходей должен вести себя совершенно иначе, чем повел себя Денис и не привлекать к себе никакого внимания. Ведь можно было просто «забыть» вторую лошадь на постоялом дворе, или же отдать на рынке за бесценок, но все дело в том, что именно такие действия и привлекли бы внимание прогрессивной общественности и через самое короткое время стали бы достоянием службы безопасности Лорда-мага Нейтена.

И наоборот — поведение старшего помощника с торговлей и «сопаткой» вполне соответствовало типовому у благородных и никакого информационного всплеска не порождало. Так что, Денис все правильно сделал. И кстати говоря, довольными остались все участники действа: многочисленные зрители, потому что представление не обмануло их ожиданий; «цыган», потому что минимум пару-тройку золотых на сделке заработает, а скорее всего и поболее; ну, а про причины быть довольным у Дениса уже было сказано — он никоим образом не засветился.

Конкретного плана дальнейших действий у старшего помощника не было. Что делать дальше — оставаться на некоторое время в Экте, или же сломя голову бежать дальше, было непонятно. Требовалось крепко подумать. Забирать свою, уже единственную, лошадь из «гардероба» Денис не стал — по правилам ее можно было оставить там до закрытия рынка. Единственное, что он сделал, так это заплатил «гардеробщикам» медную десятку, чтобы те накормили и напоили коняшку. Проследив, чтобы ей задали овса, старший помощник покинул рынок и отправился побродить по городу, но, для начала заглянул в ресторанчик неподалеку от рынка, чтобы перекусить, а то лошадь будет кормиться, а он нет — непорядок.