Громче меча 2

*10 день юся, уездный город Цзинлин, трущобы*

— Ха-ха, долбоёб! — рассмеялся я и схватил тварь за шею. — Зачем ты убегал от меня? Теперь ведь умрёшь уставшим!

Вонзаю свою княжий меч в грудь твари неизвестного мне вида. Тварь шипит, затем хрипит и обмякает. Но меня не наебёшь.

Отпускаю шею этой хуйни и, пока она падает, отсекаю ей голову.

Какого-то значимого сопротивления эта кровососущая лысая хуйня оказать не смогла, поцарапала мне грудь когтями, а потом всё поняла и попыталась сбежать.

— Ну и урод же ты… — поднял я голову, в ужасе моргающую.

Голова у этого шлюхожора абсолютно лысая, уши заострённые, как у вампира из чёрно-белых фильмов типа Дракулы или вроде того. Во рту ассортимент зубов — передние имеют длину сантиметров шесть-семь, кинжаловидные, специально предназначенные для разрывания глоток, а задние зубы похожи на человеческие, но ближе к медвежьим.

Зенки до сих пор моргают, сучок смотрит на меня с ненавистью, но я чувствую, что он делает это из последних сил. Скоро сдохнет.

Вытаскиваю из подсумка специальную кожаную ленту и перематываю трофей, чтобы было удобно нести. В пасть или в нос я ему пальцы совать не хочу, а нести как-то надо.

Это же материальное доказательство того, что я нужен! Какие-то шлюхожоры орудуют в трущобах, едят шлюх, которые, вообще-то, не бесконечные! Время для героев, сука, твою мать, ха-ха!

— Я снова в игре, хе-хе! — засмеялся я и тряхнул головой шлюхожора.

Из обрубка шеи продолжает вытекать кровь, капающая на утоптанную землю трущобной улицы.

Закрепляю голову твари на поясе и иду к шлюхе.

Уже мёртвая. Пока я гонялся за её убийцей, она полностью вытекла.

Ладно, пока не посветлело, нужно найти ближайший пост стражи и сдать им головёшку. Это не энергетический вампир, не цзянши, но если это какой-то подвид, то важно, чтобы на кожу этой твари не попали лучи солнца — сожжёт до совершенно нетоварного вида.

Можно было и тело потащить, но нахуя, если по башке этого уёбка и так всё понятно?

«Ближайший пост стражи на вратах в город», — припомнил я. — «Бегом-бегом!»

Вообще, я никогда не задумывался о том, что категория социальных чудовищ, вообще-то, могла пережить геноцид. Те же цзянши, например — они очень хорошо соображают и питаются Ци своих жертв. В бою они бывают опасны, но больше полагаются на конспирацию — никто не ёбнет тебя мечом по башке, если не будет знать, что ты тут вообще орудуешь…

— Эй, пацаны! — окликнул я двоих стражников, стоящих у ворот. — Смотрите, что я принёс!

Касаюсь головы шлюхожора и, к своему удивлению, ощущаю тонкие и мягкие волосы. Снимаю голову с пояса и опускаю на неё взгляд.

Человеческая голова, язык вывалился, зубы нормальные, взгляд очень усталый и обречённый. Нет, эта хуйня сдохла, но…

— Господин сяньвэй (1) Пи?.. — посмотрел левый стражник на отрубленную голову в моих руках.

Правый стражник вскинул ружьё и навёл его на меня.

— Вы чего? — удивился я.

— Стоять! — выкрикнул левый стражник и так же навёл на меня ружьё. — Брось голову и оружие! На колени!

— Не-не-не, погодите, — попросил я. — Эта хуйня минут семь-восемь назад отгрызла кусок шеи какой-то шлюхе!

— На колени!!! — фальцетом приказал мне левый стражник. — Или мы будем стрелять!!!

— Огонь!!! — выкрикнул правый стражник.

Когда вспыхнули запальные полки, я успел чуть отклониться, но одна пуля попала мне в живот.

— Ах, блядь… — выдохнул я, сложившись от острой боли.

— Быстрее, перезаряжай!!! — скомандовал левый стражник. — Быстрее!!!

— М-м-м, суки… — с усилием разогнулся я. — Не я это начал…

Вынимаю из ножен княжий меч и иду на стражников.

А те лихорадочно перезаряжают свои ружья.

Взмах — верхняя часть черепа левого стражника отлетает в сторону.

Взмах — мой меч ловко облетает выставленное для блока ружьё и пронзает глотку правого стражника.

— Бля-я-ядь… — посмотрел я на живот, из которого только что выплеснулась порция крови, перемешанной с моим же дерьмом. — Суки…

Утаскиваю тела в сторожку и забираю себе ружья. Это трофей, а не мародёрство — взято боем, ёб твою мать…

Времени на перевязку нет, но можно выпить целительный эликсир. Для эликсиров всегда есть время.

Опорожняю в себя фиал и покидаю сторожку.

Надо съёбывать из города, потому что мне не простят двух стражников. Нет, не простят.

Но это такая хуйня, на фоне того, что я сделал до этого — оказывается, это была не кровососущая хуйня, а человек, похожий на местного сяньвэя.

Что он делал в обществе женщины, похожей на шлюху? Да он решил сожрать её!

Оборотень в погонах, сука!

В город мне нельзя, там стража кишмя кишит, поэтому нужно обратно в трущобы, а уже из них бежать в леса. Но на выходе из трущоб тоже врата и стража. Без лишней крови сегодня, увы, не обойдётся.

Всё-таки, ощущения пиздец, поэтому останавливаюсь в ближайшем переулке и начинаю перематываться. Тугую повязку на живот, а дальше пусть само как-нибудь.

Мне пробили кишки, поэтому, в какой-то другой ситуации и с кем-то другим, на этом можно было заканчивать жить — сначала заражение, а затем медленная и мучительная смерть.

Но меня микробы практически не берут, благодаря целебным эликсирам, поэтому надо просто извлечь пулю и зашить рану. Кишки сами срастутся — для этого нужен покой.