Чтение онлайн

— Это тебе не поможет. Я позвоню вниз и прикажу Бруно задержать тебя.

Мэри удивленно подняла брови. Джейк покачал головой:

— Я просто пошутил. Бруно работает со мной не для того, чтобы удерживать женщин в моей постели. — Он нахмурился. — Черт, ты должна была знать об этом.

— Я не знаю о тебе ничего.

— Но ты должна была понять, что я не… — Джейк сделал паузу. — Впрочем, я хочу слишком многого. Пойдем в душ. — Он поднял Мэри на ноги и обхватил рукой за талию, поддерживая ее. — Ты могла бы быть немного разочарована. Этот вид спорта для тебя в новинку. — Он подмигнул. — Но я бы сказал, что у тебя к этому потрясающий талант. Я позвоню и попрошу Бруно заказать нам ужин. Немного рановато, но у меня вдруг разыгрался зверский аппетит. Чего бы тебе хотелось?

Сейчас только немного больше шести, с удивлением поняла Мэри. Она потеряла представление о времени.

— Мне все равно.

Джейк осторожно регулировал воду в душе.

— Тогда я выберу сам. — Он снял с нее халат и нежно подтолкнул под струю воды. — Сейчас вернусь, — пообещал он, задвигая за собой дверь из матового стекла.

Мэри в сладкой истоме стояла под душем, ее мысли не занимало ничто, кроме почти чувственного наслаждения теплым потоком воды. Джейк с любовью и заботой делал все возможное, чтобы она почувствовала, как он ценит ее. Мэри казалось странным, что она так просто и естественно приняла эту неожиданную близость с Джейком. Она должна была бы быть потрясена своим собственным поведением и полна страха перед страстью, с которой Джейк стремился к ней. Но Мэри не чувствовала ни шока, ни неприятных предчувствий — только спокойную уверенность, что все случившееся вполне естественно.

Джейк вошел в душевую кабинку.

— Устрицы подойдут? — спросил он, закрывая за собой дверь и заключая Мэри в объятия. — И ванильное мороженое. Я люблю ванильное мороженое.

Поток воды окутывал их теплом и негой, и Джейк обнимал Мэри уже не страстно, а нежно, по-дружески.

— Я больше люблю шоколадное, — шепнула Мэри.

— В следующий раз будет шоколадное.

В следующий раз? Джейк сказал это с такой уверенностью, что Мэри почти поверила, что следующий раз обязательно будет и что сегодняшний день не был волшебным сном. Она закрыла глаза и стояла рядом с ним под струей воды, а он покачивался вместе с ней из стороны в сторону, словно они продолжали танцевать под слышную только им двоим музыку.

— Мэри?

— М-мм?

— Надо отсюда выбираться.

В голосе Джейка послышалось напряжение, и Мэри, прижимаясь к нему всем телом, почувствовала его нарастающее желание. Ей стало жарко от вновь проснувшейся жажды слиться с ним в единое целое.

Джейк добавил:

— И поскорее… Мэри сжала его плечи.

— Нет. Давай останемся здесь.

— Я должен позаботиться о тебе. — Он напрягся, когда она еще сильнее прижалась к нему. — Ты сказала…

— Мне все равно. Джейк…

Он легко приподнял ее, Мэри обхватила его бедра ногами, и они снова слились в безумии страсти.

— Любимая… — прошептал он. — Моя самая любимая.

Было уже около полуночи, когда Джейк остановил «Мерседес» у внушительного кирпичного особняка.

— Шикарно, — сказал он без всякого выражения. — Лучшие соседи, лучшие клубы, лучшие школы.

— Не пытайся презирать меня за это. — Мэри улыбнулась и поцеловала его в щеку. — Я ничего не могу поделать с тем, что мой отец — состоятельный человек, и уж точно не собираюсь за это извиняться.

— Я не позволю тебе исчезнуть, ты ведь знаешь, — сказал он тихо. — Я не намерен быть для тебя мужчиной на одну ночь. Когда мы снова увидимся?

— Завтра. В твоем номере в три.

— Немного секса перед чаем? — Джейк покачал головой. — Мне это не подходит, милая. Я хочу встретиться с твоим отцом.

Мэри почувствовала, как ее охватывает паника.

— Не сейчас.

— Почему нет?

— Дай мне подготовить его. Выражение его лица стало жестким.

— К встрече со мной?

Мэри посмотрела на него с некоторым раздражением.

— Ради Бога, Джейк, ты сам говорил, что он не одобрил бы тебя. Я люблю отца и не собираюсь причинять ему боль.

Джейк смотрел на нее некоторое время, а потом сдержанно кивнул.

— Хорошо. Я веду себя неразумно. Я никогда не испытывал ничего подобного и чертовски боюсь потерять тебя. И сколько мне придется ждать?

— Откуда же я знаю?

Джейк обнял Мэри и тихо спросил:

— Что ты чувствуешь ко мне, Мэри?

— Я… Я не знаю. — Глаза Мэри неожиданно наполнились слезами. — Я в полной растерянности. Ты совсем не тот, каким я представляла своего избранника. Я хотела кого-то надежного и спокойного. — Она засмеялась. — Тебя вряд ли можно назвать благонадежным гражданином.

— Но я действительно надежен. Никто не может быть вернее, чем я буду для тебя.

— Я знаю. Вот почему я так растеряна. Ты не похож ни на одного из моих знакомых. Ты необычайно добр ко мне и заставляешь меня чувствовать себя так, как будто я никогда не захочу покинуть тебя. — Она запнулась. — И я была так счастлива с тобой сегодня.

— Разве этого не достаточно?

— Я совсем не знаю тебя. Я все еще немного тебя боюсь. Мне нужно время, чтобы привыкнуть. — Она провела рукой по его жесткой щеке и снова почувствовала пронзительную сладость, волнами накатывающую на нее. — Но не думаю, что смогу когда-нибудь быть счастливой без тебя.

Джейк опустил голову и поцеловал ее ладонь.

— Я приложу все усилия, чтобы тебе не пришлось это проверять. Знаешь, многие люди верят в судьбу. Я никогда не размышлял об этом до сегодняшнего вечера. Но, черт возьми, мы предназначены для того, чтобы быть вместе. Я уверен, что, если бы мы не встретились сегодня, мы бы встретились в другом месте или в другое время. Поэтому не думай, что сможешь уйти от меня. — Он слегка коснулся языком ее ладони и почувствовал ответную дрожь. — Иди домой, или мы испытаем на прочность заднее сиденье этого «Мерседеса». Увидимся завтра днем.

Мэри выбралась из машины.

— Я пошлю чек отцу Бернарду завтра. — Что?

— Я обещал, что пошлю чек в фонд помощи детям за то, что ты танцевала со мной.

Мэри совершенно забыла о том, что пообещал Джейк за единственный танец с ней. «Впрочем, меня не пришлось долго уговаривать», — подумала она. Джейк был прав: нужен был только повод.

— Это не было уловкой?..

Он удивленно посмотрел на нее.

— Я выполняю свои обещания, Мэри. Всегда.

— Двадцать тысяч долларов — немалые деньги.