Чтение онлайн

— Принято, сэр.

— Готово! Открываю, капитан, — сказал Блохин.

— Виктор, стой, пусти меня вперед.

— Да некому там сопротивляться, Рэд, — мрачно предрек Блохин, отлетел в сторону, освобождая проход, и неловко схватил рукой в перчатке выскользнувшую аптечку.

Бортинженера и так бог ростом не обидел, а в скафандре он и вовсе выглядел устрашающе. Только бороды не хватало, хорошо, что он к этой идее охладел. А то возьмет вот такой на абордаж, шлем снимет, патлы дыбом, борода лопатой — точно некому сопротивляться будет.

— Ох, как я это не люблю. Здравствуй, невесомость, — сказал Виктор.

— Никто не любит.

Рэд оглянулся на салон. Больше по нему вроде ничего не летало. Ребята все закрепили еще до страта. Он взялся за край люка, нырнул в покрытый изморозью тамбур, вплыл в темноту чужого корабля и ухватился за поручень трапа ведущего в кабину пилотов.

— Давай за мной. Аккуратней, Вить, здесь тесно как в гробу и освещения нет.

— Это у них самодельный технический этаж, который по документам должен быть жилым отсеком. Вот она, дополнительная энергоустановка.

Виктор похлопал перчаткой скафандра по глухой стене, не без труда развернулся в узкой коморке, располосовав ее светом фонаря, и взмыл вдоль трапа к потолочному люку, который вел в кабину.

— Как никуда не уходили от Пайнтера, да Рэд? Опять аварийные коды и аварийные корабли.

— Точно… Ну что, открываем, готов?

— Давай.

В довольно просторной кабине, изначально спроектированной как двухместная, работало аварийное освещение. Обзорные экраны транслировали видео в режиме реального времени. Бесконечное и слегка монотонное кино про ледяные кольца портил нервно мигающий транспарант: «Режим автоматического следования. Перезагрузка» и торчавшая в кадре корма катера с крупным логотипом АСП. Гардон слегка облажался. Такие ошибки только открытый космос прощает. Если сажать кораблики в стыковке, катер градусов на тридцать надо бы довернуть. Иначе либо его корма, либо ускоритель яхты бьется о поверхность. Ну, и шлюз при ударе разрывает, конечно…

Анализатор воздуха в тактическом окне повторно мигнул зеленым. Виктор поднял забрало и сложил гермошлем, превратив его в высокий воротник,

— Виктор, загерметизируй скаф, — сказал Гардон.

— Неудобно.

— Сейчас полные глаза мусора наловишь.

Виктор оглянулся на открытую бутылку энергетика, летавшую по каюте. В лучах фонарей протянулась цепочка капель и россыпь каких-то крошек и мелких осколков. Незваные гости растревожили застоявшийся воздух. Блохин чертыхнулся и выполнил приказ.

Пилота они нашли на месте — в кресле, без сознания, опутанного страховочными ремнями. Автоматика спасения в момент аварии накачала его допингами под завязку и наполовину утопила в гель встроенной спасательной капсулы. Сердце у парня стучало как у здорового, грудная клетка подозрительно ритмично вздымалась и опадала. Лица под кислородной маской было не разглядеть.

— Не живой? — спросил Рэд у Виктора, повисшего над пилотским креслом.

— Пока будем считать, что в управляемой в коме. Какой-то совсем адский противоперегрузочный коктейль ему зарядили. Садисты. Не кровь, а сплошная химия.

— У него давно уже не кровь, а химия. Долетался, — негромко сказал Рэд. — Питер, у нас эвакуация. Пилот травмирован, под тяжелой фармой, на трубках. Забирайте его отсюда на катер. Кто-то один остается с ним. Если что, позовете, бортинж подойдет. У кого медподготовка?

— У Новака.

— Все, снимай его с корпуса. Вы втроем справитесь?

— Да, сэр.

— Может, я ему сначала программу реанимационных мероприятий подкорректирую… — сказал Блохин.

— Нет, сначала ты займешься бортовым компьютером. Мужик угробился, прими это как данность. Если тебе так легче — он сам этого хотел.

— Ты-то откуда знаешь, Рэд?

— А я с ним спарринг отработал! — усмехнулся Гардон. — Как реанимируешь БК, я тебе подробнее расскажу. И вон, смотри, у него электронный ключ в гнезде управления торчит, а не пилотское удостоверение.

— Это еще ни о чем не говорит.

— Серьезно? А мне яхта шепнула, что ее упоротый пилот не аттестован.

Виктор угрюмо промолчал. Вдвоем они отсоединили пилота от управления, а систему спасения, вроде как в благих целях поглотившую человеческое тело, — от кресла. Выпотрошенное рабочее место одиночника превратилось в широкую табуретку на амортизаторах. Рэд с Виктором переключили реанимационный мини-бокс на аккумуляторы аптечки и столкнули Питеру в донный люк тело, упакованное в гель и пластик. Рэд собрал разлетевшиеся по кабине элементы виртуального контроля и, пока Виктор занимался бортовым компьютером, подплыл к стойке дальней связи.

— Я пощелкаю?

— Угу. ДС и ближняя на БК не выведены. Голосовые каналы и «SОS» он только вручную мог включить. Спорим, все работает?

— Сейчас проверю.

Вполуха прислушиваясь к переговорам техников, Рэд запитал стойку и вызвал мостик не через свой аудиоканал, а с яхты, как это сделал бы ее пилот, будь у него на то силы и желание. Кейт тут же откликнулся.

— Иди сюда, Рэд, я знаю, что случилось, — позвал Блохин.

— Я тоже знаю. Парень сунулся на ускорителях, куда не надо, рванул назад по координатам возврата и вывалился из аномалии практически на звезду. Пока маршевые его оттуда выталкивали, сдох экран-генератор и один из движков: то ли его в тоннеле деформировало, то ли банально каменюку словил. Мораль… И так все понятно.

— Да уж.

— Что там с бортовым компьютером? Почему он с нами разговаривать не хочет?

— Потому что его перепрошили вдоль и поперек. После аварии дополнительные маршевые и тормозные двигатели конфликтуют с базовой схемой. Она на четыре движка рассчитана, а у него восемь. Нашими стараниями уже семь. В общем, есть тут несколько изящных решений… Но если заниматься всем этим конструктором всерьез, несколько часов уйдет. Ты от меня конкретно сейчас чего хочешь, господин капитан?

— Конкретно? Глуши все. Нам только еще одного несанкционированного пуска двигателей не хватало. Я на маневровых в ангар въеду.

— Ага, понял… То есть… Куда ты въедешь? В наш ангар?! Сцепка туда не влезет!

— Сцепка — нет, яхта проходит.

— Если яхта в ангар встанет, она своей крестовиной все перегородит! Как ты поверх нее катер загонишь?

— А никак не загоню. Катер вместе с вами пойдет на периферийный стыковочный узел «Моники». Переведете его в транспортное положение, обесточите, все проверишь, доложишь Стрэйку. После этого можешь забирать пилота в наш медотсек.

— Слушай, Рэд… На «Монике» внешний обвес по максимуму. К стыковочным узлам фиг доберешься. А ты единственный свободный собираешься малым бортовым звездолетом заткнуть? Случись что, к нам даже не пристыковаться!