Чтение онлайн

Все произошло настолько быстро, что я ничего толком не разглядел, однако у меня сложилось впечатление, что он на что-то наткнулся -- хотя на что можно наткнуться в полете? Я где-то читал, что порой авиакатастрофы случаются от столкновения с птичьими стаями, но там было написано, что это почти всегда происходит над взлетно-посадочными полосами. И хотя "Стремительная гусыня" летела ниже обычного, для птиц она все равно находилась слишком высоко.

Я поглядел вниз, а потом бросил взгляд вверх, уж и не помню, почему -- наверно, просто так -- и тут же увидел в небе над собой черную точку. Она увеличивалась прямо на глазах: должно быть, какой-то предмет кувырком падал мне на голову. Он выглядел точь-в-точь, как чемодан, и я даже подумал, что с самолета вывалился чей-то багаж. Но потом мне пришло в голову, что вышвырнуть чемодан в полете почти невозможно, а если бы открылся багажный люк, то падающих предметов было бы гораздо больше.

Теперь эти рассуждения кажутся нелепостью, но когда я смотрел на кувыркающуюся в воздухе штуковину, то ничего нелепого в них не находил.

В первый момент мне показалось, что оно свалится прямо мне на голову, и я даже отступил на пару шагов, но потом разобрал, что точка падения будет находиться ниже по склону.

Эта штуковина рухнула, по пути обломав ветки клена, и бухнулась на землю с глухим звуком. За несколько секунд до падения я все-таки разглядел, что это не багаж. Сразу не разберешь, что именно, но по виду она напоминала седло. Я просто не поверил своим глазам: если уж зашла речь о падающих с неба предметах, то седло будет стоять в списке последним.

Услышав звук падения, я ринулся вниз по склону, и там, в сухом овражке у дороги, нашел его. Это действительно оказалось седло, хотя и непохожее ни на одно из виденных мной прежде. Зато стремена и сиденье были на своем месте, а спереди возвышалось что-то вроде луки. Седло чуточку поцарапалось, но почти не пострадало при падении на толстый слой опавшей листвы, смягчившей удар. В луке -- или как ее там -- красовалась глубокая вмятина.

Седло оказалось довольно тяжелым, но я кое-как закинул его на плечо и с пыхтением начал карабкаться обратно к хижине. Там я сбросил его на крыльцо и сам повалился сверху, чтобы отдышаться. Придя немного в себя, я осмотрел находку -никакого сомнения, это именно седло. Сиденье просторное и удобное, длина стремян вполне соответствует росту нормального человека. Лука несколько превосходила размер луки обычного седла, особенно в ширину, а на ее плоской макушке виднелось что-то наподобие кнопок управления. По форме же лука напоминала продолговатую коробку. Сиденье покрывала высококачественная плотная кожа, а под ней прощупывалось что-то твердое -- наверно, металл; но в обивке не было ни единой прорехи, так что проверить это предположение было невозможно. Спереди к луке были приторочены две закрытые седельные сумки.

Я присел на корточки рядом с седлом; руки у меня так и чесались открыть сумки, но я отложил это на потом, стараясь отогнать внезапную мысль -- не то, чтобы я вовсе хотел от нее избавиться или проигнорировать, но надо было дать ей немного оформиться.

"Давай рессуждать логично, -- твердил я себе.
– - Для начала изложим имеющиеся факты. Во-первых, имеется седло, это факт -- его можно осмотреть и пощупать. Далее, оно свалилось прямо с неба, и это тоже факт -- я сам видел, как оно падает. Свалилось оно после довольно своеобразного маневра "Стремительной гусыни" -- лучше назовем это наблюдением, нежели фактом".

Все казалось совершенно очевидным: седло болталось в небе, и на него напоролась пролетавшая мимо "Стремительная гусыня". В результате столкновения седло свалилось с небес на землю. Но тут я себе напомнил, что последнее утверждение может оказаться довольно спорным. Седло наверняка свалилось с небес, но вовсе не обязательно, что причиной падения был самолет. Разумеется, вероятность велика, но и только.

Вопросы в моем сознании так и роились, а вслед за ними напрашивались ответы, но я отодвинул и те, и другие на задний план и занялся осмотром седельных сумок. С виду они были совершенно пусты, но это еще ничего не означало. Было бы хоть что-то -- мне многого и не требуется, хоть какую-нибудь зацепку. Зацепку, которая бы чем-то подтвердила пульсирующий в моем мозгу один грандиозный ответ.

Я глубоко вздохнул и открыл первую сумку -- ничего. Во второй тоже. Пусто, как раньше в карманах у Стефана и в комнатах Вигвама.

Я встал, на подгибающихся ногах дотащился до кресла и рухнул в него, стараясь не глядеть в сторону лежавшего на полу седла.

Неужели это машина времени, портативная машина времени?
– рокотало в моем мозгу. Садишься в седло, возносишься в воздух, а там включаешь его и оказываешься в любом времени, где только пожелаешь. Но, черт его дери, такое невозможно! Даже если закрыть глаза на неосуществимость путешествий во времени, имеется еще дюжина очевидных возражений. Даже просто думать об этом -- и то безумие. "Но скажи-ка, -- с издевкой не унималась какая-то иррациональная часть моего сознания, о которой я даже не подозревал, -- скажи-ка тогда, откуда в небе взялось седло?"

Я опустился на четвереньки и занялся тщательным, дюйм за дюймом, осмотром седла -- вероятно, в надежде наткнуться на табличку вроде "Техасская кожевенно-седельная корпорация, Хьюстон" или какую-нибудь иную зацепку --- но не нашел ничего. Не было ни тиснения, ни ярлыка, указывающего на происхождение седла. Чувствуя, как мурашки бегают по коже, я подхватил седло, затащил его в хижину, швырнул в своей спальне на пол одежного шкафа и поскорее захлопнул дверь. Затем, уже на полдороге к крыльцу, вернулся к шкафу и набросил на седло ради маскировки пару старых брюк и свитер. Потом вернулся на крыльцо и сел в кресло, прекрасно понимая, что должен браться за книгу, но не находя в себе сил на это. Попытался понаблюдать за птицами, бурундуками и прочей лесной мелочью, но не проникся к ним особым интересом. Рыбалка меня тоже не привлекала. Какое-то время спустя я приготовил яичницу с беконом, поел и снова вернулся на крыльцо.

Часа в три заехал шериф.

– - Все впустую, -- сообщил он, поднимаясь на крыльцо и усаживаясь рядом.
– - Я поднял сведения, и Вигвам принадлежит чикагской юридической фирме. Документы у них, налоги платят тоже они, наверно, и владеют Вигвамом они же. Я позвонил туда и наткнулся на автоответчик. Подумать только: автооответчик в полвторого дня! С чего бы это адвокатской конторе прибегать к услугам автоответчика в такое время? Не могли же они все уйти в суд или одновременно отправиться в отпуск. Ну, даже если так -- хоть секретарша-то должна была остаться, чтобы отвечать на звонки!

– - Может, в этой фирме только один владелец, он же и работник.

– - Не похоже, -- хмыкнул шериф.
– - Она называется "Джексон, Смит, Дилл, Хоэн и Эклюнд". Девице на автоответчике потребовалось добрых полминуты, чтобы изречь это. Она прямо пропела его -- должно быть, иначе подобное название никак не одолеть. Кстати, а где Пайпер?

– - Ему пришлось вернуться в университет.

– - Он не говорил, что намерен вернуться.

– - Просто к слову не пришлось. Он знал, что придется вернуться, уже несколько дней назад. А что, не следовало?

– - Да нет, почему же. Насчет гибели Стефана нет никаких сомнений. А вы, случаем, не помните его фамилии?

– - Никогда и не знал.

– - Ну, тогда вроде все. Немного не по себе оказаться с трупом на руках, когда даже не знаешь его фамилии -- тем более, что он прожил здесть столько лет. Я заехал по пути в Вигвам -- там по-прежнему никого.

Шериф провел у меня еще около часа. По его поведению было заметно, как ему не хочется возвращаться в поселок, в опостылевший кабинет. Мы поболтали о рыбалке, и он пообещал на днях заехать и порыбачить со мной напару в Оленебойном ручье. Еще мы говорили о тетеревах: я сказал, что в этом году их порядком, и мы предались воспоминаниям о прежних деньках, когда на холмах еще рос женьшень. Наконец шериф распрощался и уехал.