Чтение онлайн

– - Вы правы, -- кивнул Невилл.
– - Я его не трогал.

Мы вернулись на дорогу, и тут наш блюститель законности и правопорядка сыграл с Хемфри скверную шутку. Пожалуй, он поступил справедливо, ведь тот вертелся здесь не по праву.

– - По-моему, надо заглянуть в Вигвам, -- предложил шериф.

– - Сомневаюсь, что там кто-то есть, -- возразил я.
– Последние пару дней никто не показывался, даже Стефан.

– - Во всяком случае, заглянуть надо -- просто на случай, если там окажется кто-нибудь. Я полагаю, Хемфри согласен задержаться здесь и указать дорогу "Скорой".

Естественно, Хемфри был несогласен, но возразить не мог. Надо же, такой шанс заглянуть в Вигвам, а то и попасть внутрь -- и его сбрасывают со счетов! Надо отдать ему должное -- из затруднительного положения Хемфри вышел с определенной долей изящества, любезно пообещав дождаться "Скорой".

Вигвам приметен своей массивностью даже издалека, хотя и наполовину скрыт деревьями и зеленой изгородью -- но истинные его размеры можно осознать, только въехав на дорожку, ведущую к стоящему особняком гаражу с "Кадиллаком". Дело в том, что холм, к склону которого приткнулся дом, возвышаясь над ним, своей величиной как бы подавляет Вигвам, и лишь при взгляде с дорожки становится ясно, насколько Вигвам велик.

Когда мы подъехали к дому и остановились, шериф выбрался из своей машины и сказал:

– - Самое смешное, что за все это время я здесь впервые.

Мне пришло в голову то же самое. Время от времени, проезжая мимо и видя Стефана, я жестом приветствовал его, но ни разу не остановился. Иногда и Стефан махал рукой мне в ответ, но нечасто.

Дверь гаража была распахнута, и "Кадиллак" стоял на своем месте. Сам гараж выглядел как-то странно, но я никак не мог понять, в чем дело, пока внезапно не осознал, что помимо машины там ничего нет. Этот гараж избег участи большинства гаражей, быстро превращающихся в склады ненужных вещей.

От дорожки к дому вели выложенные из плит ступени. Перед террасой располагалась узкая полоска ровной земли. Газон украшали пляжные зонты веселых расцветок, выглядевшие при том довольно уныло: их изодранное ветром полотно давно выгорело на солнце, утратив первоначальный цвет.

Никто не показывался. Более того, отовсюду здесь веяло запустением. Ощущение было такое, будто никто не жил здесь с самого момента постройки, будто все сорок лет дом простоял пустой, понемногу ветшая от времени и непогоды, не дав приюта ни одной живой душе. Не понимая, что со мной происходит, я все-таки не мог отделаться от этих странных мыслей, наверняка зная, что заблуждаюсь -ведь Стефан проводил тут немало времени, а порой наезжали и другие.

– - Ну, -- решил шериф, -- по-моему, пора подойти к двери и узнать, есть ли кто дома.

В голосе его прозвучала неуверенность. Да я и сам чувствовал себя здесь неуверенно, будто нежеланный гость, заявившийся без приглашения на званый обед, где все гости наперечет. Многие годы неведомые обитатели этого дома трепетно берегли свое право на одиночество -- и вдруг врываемся мы, бесцеремонно нарушаем их драгоценное уединение, да вдобавок выставляем в качестве повода недавнюю трагедию.

Шериф протопал по ступеням, остановился перед дверью и постучал. Не дождавшись ответа, начал колотить кулаком -по-моему, чисто рефлекторно; он не хуже моего чувствовал, что тут ни единой души. Не добившись успеха и на этом этапе, большим пальцем нажал на ручку двери, и та легко распахнулась.

– - Эй, есть кто живой?
– - просунувшись в двери, позвал шериф и тут же, не дожидаясь ответа, вошел.

За дверью находилась большая комната. Можно было бы назвать ее гостиной, да только таких больших гостиных я не видел ни разу в жизни. Пожалуй, назову ее салоном -- это слово подходит лучше. Обращенные к дороге окна были задернуты плотными шторами, и в салоне царил полумрак. Повсюду в беспорядке стояли стулья и кресла, а у стены напротив окон высился чудовищный камин. Но все это промелькнуло у меня где-то на периферии сознания, ибо мое внимание сразу же поглотил странный объект, стоявший в самом центре салона.

Шериф неторопливо подался вперед, шаркая ногами, и проворчал:

– - А это еще что за чертовщина?

Под этим изящным определением выступал прозрачный куб, установленный на платформе примерно в футе от пола. На месте его удерживала рама, вроде бы металлическая. Внутри куба без всякой поддержки располагались зеленые ленточки, наподобие тех, которыми размечают границы футбольного поля. Ленты всевозможной длины -- от очень коротких до очень длинных -- пересекались под разными углами, некоторые даже извивались зигзагами. А среди них были беспорядочно разбросаны светящиеся синие и красные точки.

Шериф остановился возле куба, пристально глядя внутрь и негромко спросил:

– - Мистер Пайпер, вы хоть раз видели что-либо эдакое?

– - Ни разу.

Я присел на корточки и занялся внимательным изучением куба, отыскивая хоть какие-нибудь признаки идущих к светящимся точкам проводов. Никаких проводов не было и в помине. Я потыкал пальцем и ощутил что-то твердое; но не стекло, стекло бы я сразу узнал. Я попробовал в нескольких местах -- везде одно и то же.

– - Ну, и какие выводы, мистер Торнтон?
– - поинтересовался шериф.

Я не нашел ничего умнее, чем ляпнуть:

– - Это не стекло.

Внезапно положение одной из синих точек изменилось, но не плавно, а единым скачком, настолько быстро, что уследить просто невозможно. Только что она была здесь, и вдруг оказалась в другом месте, в трех или четырех дюймах от прежнего.

– - Ого, -- удивился я, -- да эта чертовщина работает!

– - Наверно, какая-нибудь игра, -- неуверенно пробормотал шериф.

– - Трудно сказать, -- возразил Невилл.
– - Нет никаких оснований для определенных умозаключений.

– - Пожалуй. В общем, курьезная штуковина.
– - Шериф подошел к окну и начал возиться со шторой: -- Впущу немного света.

Я не двинулся с места, продолжая наблюдать за точками, но они больше не двигались.

– - Я бы сказал, четыре фута, -- подал голос Невилл.

– - Что четыре фута?

– - Ящик. Куб, четыре на четыре. Каждое ребро -- четыре фута.

– - Похоже на то, -- согласился я.

Шериф наконец раздвинул шторы, и комнату залил дневной свет. Я встал с корточек и огляделся -- вид у салона был заброшенный. На полу ковер, повсюду стулья и кресла, диваны и журнальные столики у стен, канделябры с оплывшими свечами, камин; но ни картин на стенах, ни статуэток на каминной доске -- вообще никаких мелочей, только мебель.