Чтение онлайн

— Даже предположить не могу, — сообщила сестренка, с преувеличенным вниманием изучая облака на горизонте.

Ничего не поделаешь — по правилам игры сейчас придется ее упрашивать.

Элли выступила вперед прежде, чем я успел перехватить ее. Она низко поклонилась, сложила руки на груди, и ее звонкий голос разнесся над берегом:

— Милостивая королева, я прибыла сюда, чтобы просить тебя отпустить моего… моего жениха Саймона. Я знаю, что он здесь. Прошу, позволь ему вернуться обратно в мир людей. Здесь он всего лишь игрушка для тебя, а там его ждет дом и семья…

Мэй опустила глаза, но я успел заметить мелькнувший в них странный огонек.

— Понимаю твое горе, замарашка. Но Саймон отправился в мое королевство добровольно, и я не хочу отпускать его. Этот мальчик развлекает меня. — Она отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

Элли вздрогнула и подалась вперед, собираясь спорить, умолять, требовать. Пришлось стиснуть пальцы на ее плече и слегка тряхнуть.

— Ты хочешь выгнать нас, Мэй? А как же Правило Испытания?

— Это ничего не изменит. Саймон не хочет возвращаться.

— Тогда позволь ему признаться в этом самому. Пусть скажет об этом, глядя в глаза своей невесте.

— Хорошо, — многозначительная улыбка Мэй не предвещала ничего хорошего. — Я подберу для тебя Испытание, девочка. Но не будем беседовать на берегу, подобно смердам. Будь моим гостем, Элвин. Отдохни в моем доме, попробуй моего сидра.

Она развернулась и зашагала по берегу, не оставив нам другого выбора, кроме как последовать за ней.

— Почему вы не сказали, что она ваша сестра? — Элли металась по выделенным нам покоям, как хищный зверь, запертый в клетке.

— Я просил обращаться на «ты». Забыла?

— Почему ты не сказал?! — Она остановилась. Ее зеленые глаза метали молнии.

Я гадко ухмыльнулся:

— Ты не спрашивала.

Элли яростно ударила сжатым кулаком по стене. Раз, другой, третий. Ого! Вот это темперамент!

— Имей в виду — лечить сломанные пальчики я не нанимался, — предупредил я, когда она остановилась передохнуть.

— Но почему… — голосом обиженного ребенка спросила она. — Это было так унизительно!

— А почему я должен перед тобой отчитываться, крестьянка? Я обещал помочь, и я помогаю. Твое дело — молчать и слушаться.

— Но хоть немного уважения…

— Уважения? К тебе? Прости, милая, но ты не ровня ни мне, ни моей сестре. Даже если забыть о том, что ты платишь своим телом за помощь.

Моя отповедь окончательно добила девочку. Теперь Элли стояла, бессильно опустив руки и повесив голову. На ней по-прежнему был забрызганный плащ и превратившееся в грязную тряпку платье.

— И прими уже ванну, — добавил я. — От тебя воняет свинарником.

Этого хватило, чтобы избавиться от нее на некоторое время.

Разумеется, Мэй поселила нас в одних покоях. Три комнаты, одна великолепней другой. Окна с видом на море и гигантское ложе, на котором с комфортом можно было бы расположиться впятером.

Я снял сапоги и рухнул на кровать. Почти всю противоположную стену занимало огромное зеркало. В нем умещалось не только ложе, но и почти вся комната. Я с трудом сдержал порыв помахать своему отражению.

Пока все шло по плану. Сестричка заглотила наживку. Оставалось лишь выждать и подсечь.

Мэй всегда считалась самой красивой из моих сестер, хотя, на мой вкус, зеленые волосы выглядят неэстетично. Но я пристрастен, мы с ней терпеть друг друга не можем.

Ей досталась красота, а я получил ум. Поэтому я почти всегда знаю, как заставить сестру делать то, что нужно мне.

— Значит, тебя зовут Элвин, колдун?

Наверное, я задремал. Элли уже вышла из ванной. Капельки воды падали с ее мокрых волос и оставляли влажные дорожки на нежной коже.

Она снова была обнажена. М-м-м-м… какое восхитительное зрелище!

— У меня много имен. Элвин — одно из них.

Никогда не поверю, что Мэй случайно не оставила в этих покоях ни единой женской тряпки. Спасибо, сестричка, пожалуй, я воспользуюсь твоим подарком.

— Что такое Испытание?

— Одно из правил. Мэй обязана дать тебе задание и разрешить встречу с женихом, если ты сможешь его выполнить.

Я сел и поманил девушку пальцем. Она подошла, с опаской косясь на меня. Как норовистая, необъезженная кобылка-трехлетка. Когда я заставил ее сесть рядом и дотронулся до нее, Элли побледнела, но не стала вырываться, только спросила шепотом:

— Королева отпустит его?

— Только если он сам захочет уйти. Вот и проверим, насколько убедительной ты умеешь быть.

В конце концов, чего я медлю? Девочка сама предложила. Я провел ладонью по ее шее, погладил ключицу. Левая рука уже легла на восхитительно мягкое полушарие груди. Элли тяжело дышала и смотрела на меня влажными, расширенными от ужаса глазами. Только под тонкой, полупрозрачной кожей дрожала и трепыхалась синяя жилка. Было так тихо, что я мог слышать, как стучит ее сердечко. Я провел пальцем по ее губам, склонился над ней.

— Элвин, милый, прости, что прерываю вашу идиллию, — заговорило зеркало голосом Мэй. Отражение замерцало и пошло кругами, как поверхность водоема, в который бросили камень. Сестра сделала паузу и мерзко хихикнула. — Нам уже накрыли обед на Лазурной террасе, и я боюсь, что сидр выдохнется, а мясо остынет, пока вы будете кувыркаться.

— Я прямо не узнаю своего братика. Отправиться возвращать какого-то олуха в лоно семьи по просьбе крестьянки! Чем тебя приворожила эта дурочка?

Мы обедали вдвоем, без Элли. После того как Мэй так грубо нарушила наше уединение, девушка не выдержала и все-таки разрыдалась. Я оставил ее всхлипывающей на огромном ложе. Надеюсь, сестрица все-таки распорядится, чтобы пейзаночке выдали какую-нибудь одежду.

— Ее история была такой трогательной, — я кивнул слуге с бутылью, и золотое яблочное вино хлынуло в мой кубок. — Кроме того, появился хороший повод навестить тебя.