Чтение онлайн

Не сказать, что в воцарившемся вокруг хаосе каждая посланная им пуля нашла свою цель. Но все же Иван может поручиться, что ему удалось подстрелить минимум четверых. Если к ним прибавить еще и тех, кого он достал до этого. Это он славно так отметился на этой непонятной войне. И чего крымскому хану неймется? Дал бы спокойно уйти и поберег своих воинов. У русских такие небоевые потери, что только держись.

К тому моменту когда Иван наконец схватился за свой карабин с примкнутым штыком, татары уже подались восвояси. Да только кто же их отпустит просто так! Зарядить патрон. Взвести курок. Поймать в прицел спину удаляющегося всадника. Потянуть спуск. Удовлетворенно отметить, что враг скатился вбок и повалился в степной ковыль. Все. Хватит забавляться. Если так и дальше пойдет, то никакого пороха и свинца не напасешься.

– Прекратить огонь! Полусотенным проверить личный состав и доложить о потерях! Восполнить боекомплект! Приготовиться продолжить движение!

Это они изрядно потрудились. Прямо-таки на славу. Шутка сказать, перед их позициями на разной дистанции лежит не меньше полутора сотен татар. Да в непосредственной близости от строя не меньше двух дюжин и с десяток лошадей.

– Сотенный, ну ты и дал. Ей-ей, думал, конец нам, – не без уважения произнес подошедший Фрол.

– А выхода иного не было. Либо мы заставили бы татар обтекать наш строй, либо они смели бы нас числом.

– Твоя правда. Но все одно рисково.

– Ну так остановил бы.

– Остановил бы, – с серьезным видом кивнул Фрол, – коли сам выход видел бы. Я ведь против конницы все больше верхами привык, из-за повозок там или окопов наших. А вот так, в чистом поле, в первый раз.

Повозки – это да. Вообще-то вариант с применением повозок в качестве укрепления периметра очень даже отрабатывался. В том числе и на марше, уже в этом походе. Но в этот раз уж больно все быстро случилось, и места им в боевых порядках не нашлось. Да и решение применить тактический прием в этом бою у Ивана созрело молниеносно. Только того и успел, что приказать составить повозки в одну кучу позади строя.

– Всегда что-то случается в первый раз, – философски изрек Иван.

– Это точно. Ну что? Действуем как обычно? – наконец спросил Фрол.

– Давай. На твое усмотрение.

– Понял.

Копытов, казак возрастом за сорок, тут же побежал к своему боевому коню, на ходу выкликая фамилии стрельцов. Ему виднее, кому нужно будет заняться грязной военной работой. И именно благодаря Фролу, несмотря на неудачный поход, они имеют все шансы вернуться в Москву с немалым прибытком. Хм. Ну еще и тому обстоятельству, что их сотню отчего-то постоянно выставляют в боевое охранение на флангах и не спешат оказывать помощь.

Казак в сотне занимал одновременно три должности. Инструктора по боевой подготовке, воспитателя и заместителя сотенного. Вообще-то все три должности для стрелецких полков диковинные. Есть сотник, это если из дворян; выходец из стрельцов, как Иван, зовется сотенным. Есть два полусотенных, эти дворянами случаются совсем уж редко. Если только в качестве какого наказания или родитель приставит воинскую науку постигать. Но тогда уж полусотник. А вот ни о каком заместителе, инструкторе и уж тем более воспитателе никто и слыхом не слыхивал.

Ну да это не его, Карпова, проблемы. И сотня у него непростая, и порядки тут особые. Поначалу таковая должность не планировалась. Но потом Ивану вдруг срочно потребовалось куда-то пристроить казака, изъявившего желание присоединиться к новому подразделению. Терять столь ценного ветерана не хотелось категорически.

Дюжина парней засеменила вслед за Копытовым, гордо восседавшим на своем коне. Впрочем, гурьбой бежали они недолго. Практически сразу рассыпались в цепь и двинулись вперед, без затей вгоняя свои штыки-тесаки в тела павших и раненых татар. Не сказать, что им это давалось легко, но приказ выполняли четко. Фрол точно знал, кому именно нужно вправлять мозги.

Сейчас проведут контроль, а на обратном пути проверят тела на предмет серебра и стоящего оружия. С первым, скорее всего, будет пусто. Татары шли на войну, а потому деньги им ни к чему. Дорогое оружие, несмотря на расхожее мнение, у крымцев все же редкость. Так что, как и в прошлый раз, трофеи будут достаточно скромными.

Если только лошади. Но и эти по большей части были средненькими. В лучшем случае, может, рублей по десять и удастся пристроить. Если какая лошадка подешевле, так Фрол и возиться не станет. Даже седла не будет снимать. Разве что попадется что-то действительно стоящее, остальное их не интересует. А то эдак нахватаешь всякого-разного, а потом будешь стоять и чесать репу над целой горой добра.

Иван окинул взглядом картину перед основной армией. Н-да. А ведь его сотня отличилась. Да еще как. На все полки не наберется стольких убитых, сколько на его парней. К тому же есть еще и раненые, что смогли уйти. При местном уровне медицины, и уж тем более у татар, не менее трети погибнет или перейдет на инвалидность. Так что потери татар выйдут весьма существенными.

– Сотенный Карпов! – послышался молодой и задорный голос.

– Тут я. Чего орешь как оглашенный? – откликнулся Иван, окидывая недовольным взглядом вестового, восседающего на лошади.

– Приказ от боярина Голицына – продолжить движение, – подбоченившись, пафосно произнес молодой паренек.

– Сейчас, приведем себя в порядок и двинемся, – ответил Иван.

При этом он совершенно равнодушно отвинтил опустошенный баллон-приклад и заменил на полный. Денщик потом накачает, а при оружии на всякий случай нужно бы иметь заправленный. Вот так. И в офицерскую повозку его. Носить на себе… Нет уж, увольте. И без того нагружено изрядно, а на дворе жаркое лето. Туда же, в повозку, использованные гильзы, вечером снарядит. В патронташах должны быть только готовые к бою патроны.

Кстати. А где Данилка? Ага. Вон он. Порядок. При деле его денщик. Вместе с другими нестроевыми оказывает помощь раненым. Это еще одна отличительная черта их сотни. Есть и лекарь. Вернее, подлекарь, Павел Рудаков, увязавшийся за Иваном в поход. При нем пара санитаров, исполняющих также роль обозников. Наличествует старшина с каптенармусом и поваром. Ну и денщик сотенного.

По мере надобности все нестроевые переквалифицируются в санитаров. В здешних армиях вообще забота о раненых либо предоставляется им самим, либо возлагается на их друзей. Причем если нужен лекарь, то таковой, возможно, и найдется при армии, но бесплатно оказывать помощь не станет. Вот такие реалии.