Чтение онлайн

“Бедная, бедная мама…”

А была ли она счастлива с отцом? Даже если нет, никто не услышал бы от нее слова жалобы. Никто теперь не узнает, каково ей было. Как никто не знал эту хранительницу семьи, когда она была жива.

Фрэн протянула руки, словно желая притянуть к себе обоих взрослых детей, которым посвятила себя ее мать; и те поняли. Кэти и Честер обняли ее, и две сестры заплакали.

“Услышим ли мы еще о ней?..”

Когда все немного успокоились, Кэти предложила сделать чаю. Фрэн с радостью согласилась. Как все-таки хорошо, что она приехала не сразу после смерти миссис Грегг, а немного погодя, когда первое потрясение у сестры и брата прошло. И, кажется, мать и в них не сумела вызвать такой любви, чтобы они сейчас неутешно горевали.

– Я помогу Кэти на кухне, - сказала Фрэн и встала. – Элджи, будь другом, присмотри за сыном.

Она быстрым шагом ушла. Не столько затем, чтобы помочь сестренке, сколько чтобы остаться с ней наедине. Может быть, у Кэти есть что ей сказать?

Однако им все еще было нечего друг другу сказать – слишком тяжело было говорить о прошлом, о матери; и слишком порознь они выросли. Благодаря матери.

Составив посуду, молочник и блюдо с печеньем на поднос, Фрэн хотела уже унести все это в гостиную; но Кэти молча взяла у нее тяжелое блюдо и несколько чашек. Фрэн поблагодарила улыбкой и кивком. Однако сестра уже опередила ее, молча отправившись в комнату.

Все расселись за столом, и некоторое время пили чай в молчании. Кэти замкнулась в себе – бедной девочке и вправду было трудно поддерживать разговор в такой момент, в компании почти совершенно чужого мужчины. Честер тоже молчал – но по-другому. Как будто набирался духу заговорить о чем-то… запретном.

Или запретном до недавнего времени.

Наконец юноша спросил, громким и неестественным голосом:

– Мистер Бернс, правда ли, что вы с моей сестрой спиритуалисты?

Фрэн чуть не разлила чай с молоком себе на колени. Она даже не подозревала, что брату известно само это наименование.

– Можно сказать и так, - мягко ответил Алджернон. Он тоже был очень взволнован, но владел собой лучше Фрэн. – А в чем дело, Честер?

Кэти, выпрямившись на стуле, слушала, боясь пропустить хоть слово.

– Дело в том, что…

Честер кашлянул.

– Я слышал кое-что о ваших, - сказал он. – То есть о таких исследователях, как вы.

– Психических исследователях, - подсказала теперь уже Фрэн, напряженно выпрямившаяся на стуле. Эти несколько фраз, которыми они обменялись с Честером, как будто принесли какое-то новое свежее дуновение в комнату.

– Да-да, психических, - кивнул Честер. – Правильно. Так вот… Я в газете прочитал, еще… до смерти мамы… что в Лондоне есть Общество психических исследований, или ОПИ, к которому принадлежат разные ученые. Физики, химики… может, и археологи есть…

Он ухмыльнулся, стыдясь своего косноязычия. Но его косноязычие было последним, на что обращали внимание слушатели. Фрэн до боли сцепила руки на коленях, не сводя глаз с брата; Алджернон привстал.

– Ты ничего не путаешь, Честер? В Лондоне?..

Честер кивнул, улыбаясь. Впалые щеки его окрасились румянцем, глаза заблестели ожиданием удивительных перемен.

– А где это ОПИ находится? – спросила Фрэн. – Чет?..

Больше всего в эту минуту она боялась, что Честер ошибся. Это будет катастрофа, равная той, что случилась неделю назад.

– Я не помню, Фрэнни, но я сберег эту газету, - серьезно ответил брат. – В ней есть адрес ОПИ. Я знал, что он вам пригодится.