Фамира-Кифарэд, Анненский Иннокентий Федорович

Фамира-Кифарэд

на обложку

Анненский Иннокентий Федорович

Шрифт:

СЦЕНА ПЯТАЯ

ТЕМНО-САПФИРНАЯ

Нимфа остается на сцене. Она не может успокоиться сразу и, ломая руки, смотрит вслед Фамире. Но вот издали слышатся голоса, и на орхестру сходит новый хор — покуда непосвященных. Женщины в небридах, с тирсами, плющ и виноградная зелень в волосах, но в движениях еще нет экстаза менад ночи. Они скорее мечтательны.

Хор

Стены белые покинув,И знобимы, и палимы,В царство снежных исполиновВсе полями — долго шли мы.Неба зной, полей роса лиВ нас желанья не слабели.Или даром побросалиНа рабынь мы колыбели?Что в палестрах, что на пашняхДуш мы гневом распалили!Что оставили домашнихАлтарей без свежих лилий!Но безумьем пораженныхМанят дальние дубравы,Луговин завороженныхТмином пахнущие травы.Манят в дальнем фимиаме,Озаренные луною,Перевитые цветамиТравы, полные росою.

Вакханка

(увидев Нимфу)

Гей… женщина! Не с нами разве ты?

Нимфа

Вакханки вы. Я бога чту другого,Его спокойно кудри разлиты,Глубокие глаза глядят сурово.

Вакханка

Он не играет, бог твой?

Нимфа

Что за бред!Играет — с кем?

Вакханка

С тобой; как наш, как Эвий.

Нимфа

Как лебедь, прям он в радости и в гневе,И тонок абрис губ: он — кифарэд.

Вакханка

А храм его, жена?

Нимфа

Он в этом доме.

Вакханка

И спит он здесь?

Нимфа

Один, и на соломе.

Вакханка

Вот дивный бог! Он не любовник твой?

Нимфа

Нет, только сын…

Вакханка

И бог, и сын… Ой, ой!У женщины, как я…

Нимфа

Ты полагаешь?

Вакханка

А кто же ты, жена, коль не такая ж?

Нимфа

Я — нимфа гор!

Вакханка

Небесная, прости!И, как сейчас, всегда тебе цвести!Но объясни нам, если только смеемМы, нимфа, знать, какой же бог лелеемТобою здесь? И если сын, емуТы молишься зачем же, не пойму.

Нимфа

Ты не поймешь меня, безумной, точно.Ты бросила ребенка — я нашла,Ты факел свой затеплишь полуночныйЯ свой сожгла, менада, весь сожгла…

Вакханка

Ребенка ты нашла? Да где ж ребенок?

Нимфа

Он рос один — печален, прям и тонок,И звал меня, а я была в бреду,И сердце спрятал он, — я сердца не найду.

Вакханка

Хоть назови его.

Нимфа

Его ФамираЗовут, меня зовут Аргиопэ.

Вакханка

(склоняясь перед Нимфой)

О нимфа гор! Фамире надо мира:Он сердцем чужд и играм, и толпе…

Нимфа

Ты видела Фамиру?

Вакханка

Я слыхала,Как он играл, я слушала, таясьЗа перьями резного опахала,И за слезой вослед слеза лилась,Так сладостно лилась и неустанно,Но медленно и из закрытых глаз,Как в забытьи в полночный часВода разбитого фонтана.

СЦЕНА ШЕСТАЯ

Как-то незаметно среди вакханок появляется мужчина странного вида. Это старый сатир с очень румяным лицом, полный, почти тучный, седой и с начесами курчавых волос на небольших рожках, которые сатир, видимо, прячет. Вид у него очень скромный — существа давно и безвозвратно остепенившегося. Смятение вакхического хора скоро сменяется любопытством при виде смущенных улыбок старика в козлиной шкуре и с узловато-косматыми, но вовсе не воинственными руками.

Силен

(раскланиваясь)

Простите мне, сестрицы.Ваш нарядНас несколько роднит. Я был бы очень радПопасть в ваш нежный плен,Но, к сожаленью, — для менадДавно я только добрый брат.Меня зовут — Папа-Силен.

(Увидев Аргиопэ и приглядываясь удивленно.)

Ба… ба… Кого я вижу?.. Мы знакомы…

(Хору.)

Не правда ли, роскошные хоромы?

Нимфа

(с движением к нему)

Папа-Силен… Вот счастье… Боже мой…

Силен

Перед тобой, как лист перед травой.

(Вполголоса.)

Но Вакховых сперва устроим нянек…

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12-17