Чтение онлайн

Не доезжая до бугра, Сашка слез с велосипеда, закатил его в кусты и осмотрелся. Мотоцикл стоял около двери, и что самое интересное дверь то была открыта. Парень, облокотившись о косяк, разговаривал с кем-то по сотовому телефону. Чиж, стараясь чтобы его не заметили, прокрался к березам, на которых находился их подвесной домик и полез наверх. В преддверии осени мальчишки разобрали свои вещи, и только Сашкина рында прикрученная проволокой к толстому суку, медленно покачивалась от легкого ветра. Еще на полу домушки оказалась катушка лавсановых ниток и фонарик с умершими батарейками. Совершенно не понимая зачем он это делает (так, на всякий случай) Чиж привязал к болту выполнявшему теперь (вместо серебряной ложки, которую отняла мама) роль языка, крепкую нитку и потихоньку её разматывая, спустился вниз. Никогда ничего не боявшийся Сашка вдруг струсил. Нужен был совет. Помощь. Простое человеческое слово. И друзья в этом серьезном деле были не помощниками… Тут нужен был кто-то старше, опытнее. Но кому можно было все рассказать? Родителям? Сгребут в два счета и из дома не выпустят, а хуже того в город увезут. Сторожу дяде Фёдору? Он в числе подозреваемых. Фамилия у него Деревянко, а его племянник весьма подозрительный тип. Дятлову? Этот вообще в числе первых на место руководителя банды угонщиков. И такое на Сашку напало одиночество, что захотелось все бросить, спрятаться в своей комнате и поплакать в подушку.

Хвостатый продолжал с кем-то разговаривать по телефону и то отходил от двери, то снова к ней возвращался. Потом убрал аппарат в нагрудный карман и вошел внутрь бугра. Сашка за это время подбежал к бугру с другой стороны и попытался забраться наверх. После двух трех попыток ему это удалось и он, распластался наверху, как лягушка на асфальте, которую переехало колесо. Когда коляска мотоцикла была уже утрамбована коробками, вдруг на дорожке, ведущей от дачного поселка, показалась машина. На ее крыше был прикреплен пластмассовый короб с черными шашечками, расположенными в шахматном порядке. Машина плавно притормозила, и из нее вышел… Сашка от неожиданности даже поперхнулся. Из нее вышел отец Сашслы и Машслы Павел Вениаминович. Даже не поздоровавшись с хвостатым, он нырнул в дверь и вышел с ещё одной коробкой. Открыв багажник он поставил в него коробку и, торопясь побежал в бугор за следующей партией. Наверное, так бы бандиты и уехали, не заметив на крыше своего хранилища Сашку, но тут прозвонил телефон. Хвостатый поднял голову и увидел Чижа.

— Черт побери! — выругался он и позвал напарника. — Ты посмотри, какое счастье нам привалило!

Чиж не выдержал продолжительных звонков на мобильном телефоне, нажал на кнопку — "снять трубку". Это был Игорь.

— Ты чего делаешь? — шепотом проорал он в трубку.

— Загораю, — отозвался Сашок и обреченно улыбнулся.

— Ты держись. Сейчас к тебе Ник. Ник подъедет. Он тебя спасет! Он скоро! Он сейчас!

Дальше поговорить им не дали. Пока Павел Вениаминович названивал кому-то по телефону, хвостатый пытался забраться на бугор.

— Слезай, давай! — кричал он снизу Чижу, и когда залезть у него не получилось, стал забрасывать Сашке на ногу какую-то веревку типа лассо.

Чижов стал брыкаться и, от движений нитка на катушке натянулась в его руке и рында громко отбила склянку. И только теперь Чиж вспомнил, для чего он тянул с деревьев нитку и, до сих пор судорожно сжимал в руке катушку.

Колокольный звон тревожным набатом разнёсся по лесу, а Сашка всё дергал и дёргал за катушку.

— Хоре звенеть! — остановил его парень. — Ты чего в набат бьешь? Тебе что, кто плохое сделал? Убивают тут тебя что ли? Слезай лучше — поговорим.

Павел Вениаминович засунул в рот большой палец и стал грызть ноготь. — Давай отсюда линять! Пусть себе сидит. Главное чтобы нас с барахлом не поймали.

— Ты звонил… И что тебе сказали? Что нам делать то?

— Сказали, чтобы решали сами. Что если попадемся, чтоб молчали. Мол, будут хорошие адвокаты… Пол срока дадут. Ну, а если язык за зубами держать не будем, то по полной. На всю катушку! Ясно тебе?

— Вот попали! А с этим что? — не успокаивался хвостатый. — Давай в бугре его запрем?!

— Только мокрухи мне и не хватало, — отозвался Павел Вениаминович. — У меня самого две малолетки. Чего ж я чужую жизнь губить буду. Одно дело в Робин Гудов поиграть… Экспроприацией, можно сказать, заняться. А другое дело человека жизни лишить. Эй! Сашок? А может ты просто так туда забрался? Может ты ничего и не знаешь… Или хотя бы сделаешь вид, что не знаешь…

— Да как вам сказать… — отозвался с верхотуры Сашка.

— Нет, я все-таки его запру, — не выдержал хвостатый и стал наклонять близко растущее дерево, чтобы по нему забраться на бугор. — Посидит дня два, а как всё угомонится — выпустим.

— Ну, ты и дубина, — отозвался его старший подельник. — Если ребенок не вернется домой ночевать — еще больше шума будет.

— Ну, не на два дня, так хоть до вечера. Пока все развезем, пока все запрячем. А то кто его знает, кому он пойдет рассказывать…

И вот когда хвостатому осталось доползти до Сашки около метра, когда растопыренная мужская рука, как в страшном кошмаре нависла над мальчиком, из мелкого ельничка вдруг выскочил Ник. Ник в милицейской форме и с пистолетом в руке.

— Руки на капот! Ноги расставить! — громко скомандовал он и помахал свободной рукой Сашке.

Через секунду с двух сторон дороги упирающейся в бугор показались две машины с мигалками и из них выскочили милиционеры. Дальше все происходило как во сне. На бандитов надели наручники, провели обыск в бугре и в автосредствах. Был составлен протокол, всё сфотографировано. Сашку с бугра снимали двое высоких парней вставших один другому на плечи.

Потом, уже когда милиционеры уехали, Чиж потащил Николая Николаевич в домик на деревьях. Они просидели там часа два, а Сашка всё рассказывал и рассказывал.

Потом Ник. Ник уехал в город допрашивать подозреваемых, взяв с Сашки слово пока никому ничего не рассказывать. Сашка хоть и мучился, но слово сдержал.

Двадцать восьмого августа был назначен день последнего летнего шалмана. Народ стал подтягиваться к месту сбора загодя. Собралось человек тридцать. Процедура мероприятия была как всегда одинаковой и может быть поэтому, приятной.

Дядя Фёдор тащил дрова и разжигал костер, Нина Кузьминична раскладывала на клеенках, расстеленных на песке немудреную снедь, Чижов старший настраивал гитару и по пляжу неслись знакомые музыкальные аккорды. Деревенский друг Чижа и компании Иван пришел не один. Его отец привез новый большой мангал. Откуда ни возьмись появился Ник. Ник и отойдя в сторону, разговаривал с кем-то по сотовому телефону. Все были заняты. Все были при деле. Не было только главного персонажа всей этой истории. На пляже не было Чижа!

И вот когда уже все уселись, а некоторые даже улеглись. Когда в одноразовые стаканчики полились кока-кола и сок. Когда миллионер Дятлов не чуравшийся общения с простыми смертными привстал и поднял стаканчик, в котором плескался подозрительный прозрачный напиток, а Ник. Ник дал кому-то отмашку рукой, вдруг появился бывший председатель дачного кооператива Голубев. Рядом с ним шел профессор Акулов и поддерживал его под руку. Ни о каком маразме или потере памяти речи здесь явно не шло. Голубев был абсолютно вменяем. Тут же откуда-то сбоку появился Сашка Чижов, а на дороге, ведущей из поселка к озеру, показались две машины. Автомобили притулились к заборам и из них вышли люди в милицейской форме. Ничего не говоря, и ничего не объясняя, они рассеялись по периметру и замерли, прислушиваясь к командам.