Чтение онлайн

— Да кто его знает… — отозвался Чиж. — Номера может и они уперли… А вот машины… Машины не они. Это точно. Кто ж сам у себя воровать будет?

— А может они нарочно сами у себя угнали, чтобы подозрения отвести, — высказал предположение Рыжий. — Может Дятлов самый главный угонщик! Может этот Ник. Ник его правая рука! Может, весь его бизнес на угоне машин построен. Никто же не знает откуда такие миллионы у Дятлова!

— Ну, ты брат даешь! — возмутился Арс. — У них дача с момента основания поселка. Сначала маленький дом был, потом уж они эти хоромы построили… Да если бы что подозрительное было, мы бы давно заметили…Пошли лучше к Гусю, узнаем как он там. А то бросили друга… Хоть новости ему расскажем.

Гусю стало лучше. Температура спала и на следующий день, мама обещала его отпустить гулять, категорически запретив купаться. Если озеро отменялось, то надо было придумать новое развлечение. И они пошли пытать девчонок — откуда у них появился хрустальный череп. Сашла и не думала запираться. Честно призналась, что нашла брелок в бугре, когда они Машслой прятались там от цыган. Теперь надо было сбегать к Карауловскому бугру и все там обшарить. С какой это стати там оказался брелок от угнанного автомобиля? Хотя… Сашсле и Машсле верить было нельзя. Они были такими растрепами и фантазерками! Однако проверить стоило. А вдруг! Вот чем черт не шутит? И уже в восемь утра компания была на ногах и по заросшей тропке отправилась к Карауловскому бугру.

В лесу было тихо, лишь птицы щебетали в кронах деревьев, да шуршали в кустах ёжики. К огромному удивлению ребят вход в пещеру перегораживала крепко сбитая дверь. Трава вокруг бугра была затоптана. В кустах валялись опилки и обрубки стоек, уходящих глубоко в землю. На двери было два замка. Один навесной — амбарный, а второй внутренний — врезной. Подергав за ручку и поняв, что дверь даже не шелохнулась, расстроенная команда залезла в свой дом на деревьях и стала думать.

— Ну и кому это надо? — Не выдержал молчания Гусь.

— Представления не имею… — отозвался Сашка. — У Кузьминичны в Правлении и так денег нет. Деньги то у Голубева, а Голубев сами знаете в больнице… На уборку территории с трудом собрали, а тут дверь! Стройматериалы раз. Работа два. Сомневаюсь, что это наши.

— Ну, тогда получается, что это угонщики дверь вставили, — высказал свое мнение Арсений. — Третьего то не дано!

— Да какие угонщики! — взорвался Сашка. — Угонщики бы давно все вывезли. Ведь тучи над ними сгущаются. Кто-то за ними следил. Фотографии точно об этом говорят. Номера у них украли. Я, в смысле, украл. Им сейчас не весело. Будут они рядом с поселком что-то прятать! Это кто-то из своих. Чтобы дети сюда не ходили. Коль! А ты когда за коляской в бугор заходил, ты ничего там не видел?

— Там увидишь! — расстроенно нахмурился Гусь. — Темно же было. И вообще мне было не до оглядок. Мне бы коляску схватить и бежать! Там же хвостатый над душой стоял.

— Ну тогда кто? — прошептал Рыжий и с верхотуры боязливо огляделся по сторонам. В кронах деревьев никого не было. Это было так уморительно, что ребята не выдержали и рассмеялись.

Наступил август… Прошла считай одна треть лета… Неделя шла за неделей и как-то ушла на нет история про раненного Голубева, про угонщиков автомобилей. Были другие развлечения, более интересные… Мальчишки уже стали забывать про пропавшие автомобильные номера, про банки сгущенки в авоське, про странные фотографии…Про Ник. Ника, который погостил недельку у Дятлова и уехал. Забыли другие ребята, но не Чиж! А жизнь шла своим чередом…

Мышей в поселке не было. То ли кошки выручали, то ли ежики за порядком следили… И тут, нежданно-негаданно, у Антохи в доме завелась мышь. Повела себя гостья по-хозяйски. Стала лазить, где хотела. Шуршала пакетами, грызла сухие корки, а главное… Главное, она не давала спать. В идеальной ночной тишине поселка ясно слышалось поскрипывание старой мебели, капанье воды из рукомойника и довольное попискивание жирующей мыши. Правда, правда! Антоха мог поклясться в этом на чем угодно. На библии, на учебнике математики, на метриках, подтверждающих его рождение. Ему казалось, что с каждым днем мышь прибавляла в весе и издаваемые ею звуки становились все громче и громче. Засыпал Антон быстро, но проснувшись ночью, долго лежал, вслушиваясь в звуки издаваемые старым домом и зловредной мышильдой. И как не хотелось вылезать из теплой кровати, но Антону приходилось вставать и прогонять мерзавку. Так бы все и шло, но однажды ночью он увидел, что его мама стоит у окна и плачет. О чем она плакала, он не знал. Может быть о папе, который ни с того, ни с сего ушел к другой женщине… А может быть она злилась на гадкую мышь и расстраивалась из-за своей беспомощности. Мамины слезы Антоху доконали. — Пропади пропадом этот "Гринпис"! — думал он, ворочаясь в кровати. — Завтра же расскажу все ребятам. Может быть, они что-нибудь придумают.

"Совет в Филях", состоявший из Чижа и компании заседал около двух часов. Мальчишки перебрали кучу вариантов, но, ни одно из предложений не было принято единогласно. Гусь советовал купить простую мышеловку и лишить мышь жизни за просто так. Чтобы, мол, неповадно было. Чиж советовал снова поймать кота Нины Кузьминичны и подержать его пару дней в Антохином доме. На что Арсик в красках расписал истекающую кровью мышь в кошачьих зубах, и эту идею отвергли как и все остальные. Антон злился на друзей, за их бесхребетность и сам придумывал способы, не рассказывая о них приятелям. Ему вспомнилась мышеловка, о которой он прочитал в каком-то журнале. В ней использовали такой же принцип, как и в борьбе с тараканами. На бумажку был нанесён толстый слой клея и пришедшая подкормиться животинка вляпывалась в него всеми четырьмя лапами. Потом мышь можно было отнести в лес и отпустить на волю. — Но где такую мышеловку можно купить? — размышлял Антон, понимая, что в поселковом магазинчике, он такую штуку не купит.

— Идея! — воскликнул вдруг Гусь и шлепнул Антона по затылку. — Я придумал! Супер-пупер, дердерибрахвост!

— Не томи, колись. Какая у тебя такая разэтакая гениальная идея, — осадил его Чиж, лениво ковыряясь сухой травинкой в зубах.

— Не боись! Все будет в шоколаде! — счастливо воскликнул Гусь и потащил всех к себе домой.

Бросив ребят на веранде, он побежал на кухню, и все дальнейшие его действия сопровождались грохотом. Через несколько минут он вернулся к мальчишкам, крепко сжимая в руках трехлитровую банку с остатками клубничного компота, коробку с вафельным тортом и маминой резинкой для волос. Ребята смотрели на него с изумлением, не смея остановить зашкаливший поток энергии. В итоге Гусь уселся на пол, вытряхнул торт из коробки, а банку пустил по кругу, предлагая друзьям допить ее содержимое. Уговаривать было никого не нужно. Через несколько мгновений от компота и тортика остались рожки да ножки.

Взяв пустую банку, Гусь сцедил остатки сока в рот и зажал ее между коленями. Затем вытряс на пол вместе крошками кальку, в которую был обернут торт, и натянул бумагу на горловину. Вслед за тем он растопырил пальцы, как голливудский Фредди Крюгер, и скатил с них резинку на кальку, зафиксировав, таким образом, бумагу на горлышке. Потом с довольным видом оглядел ребят, ожидая поощрения. Но Чиж и компания, внимательно следившие за его манипуляциями, продолжали с недоумением смотреть на приятеля так ничего и не понимая.

— И чего? — спросил Чиж и мотнул головой в сторону странной конструкции.

— Твоя моя не понимает? — изумился Николай и оглядел троицу.

— Бабочек что ли пойдем ловить? — спросил Арсик и скривив губы, покачал головой.

— Каких бабочек, каких бабочек! — вдруг снова разволновался Гусь и приподнял банку. — Мышеловка! Самая лучшая в мире мышеловка!

— Ага! — разочарованно хмыкнул Антон. — Лучшая в мире банка с калькой!

— Погоди Тоха! — почему то шепотом сказал Гусь и стал шарить по карманам, пытаясь в них что-то найти. В одном из бездонных отверстий, он выловил завернутую в бумажку бритву и, развернув обертку, сделал лезвием на кальке крест на крест два разреза. — Теперь глядите что получается! Вот сюда мы кладем вафли! — и он аккуратно положил на тонкий разрез несколько крошек, — потом делаем для мыши лестницу… Она забирается, ест, и… Проваливается в банку!