Чтение онлайн

Я знаю о нашей политике лояльности к оным, но сегодня для Федерации Держав настало непростое время, которое требует от нас непростых решений.

Из доклада председателя антикризисной комиссии С.А.Ермолина.

Я ожидал увидеть всё что угодно, например: высокие заборы затянутые колючей проволокой, мрачное здание тюрьмы с решетками на окнах, собак на вроде той, что на нас напала, бегающих по периметру и выслеживающая беглецов, но не — Это!

Передо мной находился обычный посёлок, обнесенный забором из обычной сетки рабицы, невысокие деревянные дома в один или два этажа без решеток на окнах. Если не контрольно-пропускной пункт, оснащённый двумя пулеметами, направленными в нашу сторону и десяток вышек разбросанных по территории посёлка, то это было бы обычное поселение, а не военный объект.

Меня с Даней взяли в коробочку, и повели к воротам. Нас догнал уже знакомый мне майор Красников. В правой руке он нёс небольшой кейс.

— Сейчас проведем смотрины с начальником рудника. Следуйте за мной.

Мы кивнули и, не задерживаясь, двинулись дальше. Когда подошли к воротам, из караулки к нам навстречу вышел тучный мужик с розовыми щеками в камуфляжном костюме.

— Здравствуйте майор. Давненько вы к нам не заглядывали, — поприветствовал майора краснощекий. — Смотрю вы к нам с пополнением.

— Привет Демид. Да вот этих орлов сдать надо — он посмотрел на нас.

— Пополнение это хорошо, а то два дня назад снова несчастный случай в шахте. Один шахтер в каверну упал и свернул себе шею. Уже третий случай за месяц — Демид замотал руками. — Начальник рвёт и мечет. Через день проверки устраивать начал. Лютует!

— Понятно. Не завидую вам. Он у себя? — поинтересовался Красников.

— Да, был у себя, недавно приехал с шахты — закивал Демид.

Перед нами начали открываться ворота.

— Ну ладно майор, проходите. Проводить не могу, на дежурстве я сегодня, моя смена. Удачи вам. — Пожав на прощание майору руку, Демид засеменил обратно в караулку.

Мы двинулись дальше по центральной дороге. По обеим её сторонам были расставлены домики и различные здания, непонятного мне назначения. Дорога вышла на небольшую площадь. Справа и слева располагались двухэтажные бараки. По центру площади стояло большое двухэтажное здание с красной крышей из металлочерепицы. Нам нужно было именно сюда! На входе стояло двое караульных вооруженных автоматами.

Увидев майора, бойцы вытянулись и отдали честь. Один из них поспешил открыть дверь, что бы мы зашли. Пройдя по лестнице, на второй этаж нас встретила приоткрытая дверь приемной.

— Постойте пока здесь — сказал Красников и исчез за дверью.

И мы остались в коридоре, под чутким присмотром двух солдат.

Через десяток минут дверь приоткрылась, и высунувшаяся рука майора махнула в приглашающем жесте. Я зашел первым, следом вошел Даня, солдаты же остались стоять в коридоре.

В кабинете было очень светло, по стенам и на потолке ярко горели светильники. Секундного взгляда по сторонам хватило, чтобы понять, что этот кабинет принадлежит сильному и волевому человеку. Вся обстановка говорила об этом. Ничего лишнего, казалось, что здесь всё находится на своих местах: встроенные идеально ровной линией папки в шкафу, информационный стенд с ровно приколотыми к нему бумажками, карта на стене с пометками и подписями, сделанными идеальным почерком, небольшой добротный диван обтянутый кожей стоящий у стены, перед которым стоял деревянный лакированный стол. Хозяин кабинета сидел напротив входа за широким столом и пристально, оценивающим взглядом смотрел на нас.

Это был подтянутого телосложения мужчина в годах с морщинистым волевым лицом, чёрные волосы уже тронутые сединой, лёгкая небритость на лице, горбатый нос и пронзительные карие глаза. По внешности он явно принадлежал к выходцам из средней Азии.

Закончив с нашим осмотром, мужчина повернулся к майору, который сидел на кожаном диване и прихлебывал, что-то из кружки.

— Красников, ну ладно вот этот постарше и поздоровее, — он указал на меня рукой и снова повернулся к майору. — Но с другим, что мне делать? Он же кирку от земли оторвать не сможет!

— Кто были — тех и привез, — пожал плечами майор. — Мог бы и этих не довезти из-за нападения стаи.

— Эх, ладно. Меня зовут Фархат Алиев и теперь я ваш начальник, царь и бог — мужчина смотрел на уже на нас. — И сразу хочу предупредить: Не советую меня расстраивать и нарушать здешние правила, о них вы узнаете завтра от своего бригадира. Завтра он разместит вас и сводит на склад за одеждой. Вы оба будите, прикреплены к шестой шахтерской бригаде. Сегодняшнюю ночь придётся провести в камере временного содержания. Вопросы?

Мы одновременно с Даней замотали головами.

— Хорошо. Ещё кое-что напомню: не пытайтесь высвободить силу и уж тем более самостоятельно снять подавитель. Каналы выхода силы сущности проходят через руки, и как только вы выпустите поток силы, то браслеты моментально нагреются. Их температуры хватит, чтобы сжечь руки по локти. Если задумаете распилить ошейник, то произойдёт взрыв, об этом написано в ознакомительной инструкции. С год назад был подобный прецедент, и всё кончилось плохо. Уяснили?

Мы снова закивали. Опять эта мысль, что к моей шее прикреплена штука, которая помимо инъектора напичкана взрывчаткой, не даёт мне покоя.

— Вот и замечательно. Раз нет вопросов, то сейчас вас заберут — после этих слов Алиев снял с пояса рацию и быстро выдал распоряжение о нашем конвоировании в камеру временного содержания.

Вскоре дверь отвернулась, и в кабинет вошел один из солдат, стоявших у входа. По тому же пути он вывел нас из здания администрации и повел по улице к небольшому зданию, стоящему немного в стороне от бараков.

Пройдя через двойную дверь, обитую металлом, мы оказались в караульном помещение, с четырьмя камерами. За столом сидели двое мужчин в военной форме и увлеченно играли в карты. Им всё-таки пришлось отвлечься и обратить на нас внимание.

— Принимайте пополнение бездельники, а я пошел обратно на пост, — обратился к играющим наш провожатый. — И с картами поосторожнее, зайдёт начкар — проблем не оберетесь.

— Не зайдёт, спит уже давно или по бабам шляется — шутливо заметил, тот что помоложе. Другой, что постарше бросил на него косой взгляд, но промолчал.