Чтение онлайн

– Я и говорю, типичное азиатское коварство. Самурайская дуэль.

Стеллер пожал плечами и ничего не ответил.

– Что такое "самурайская дуэль", товарищ лейтенант?
– водитель оказался редким болтуном.

"Пусть вам риттмейстер объяснит", - хотел было ответить Стеллер, но вовремя спохватился. Этого еще не хватало! Мало того, что он с пленником болтает, так еще и простых солдат в это дело втягивать! Но лейтенант не смог выдавить из себя традиционное "разговорчики" - до российского берега было еще далеко.

– Про самураев слышал, ефрейтор?

– Вроде солдаты такие, - несколько неуверенно отвечал водитель.
– Наемные. В Китае, кажется.

– Ну да, в Китае они тоже служат, но у дачников их больше. Так вот, если два самурая решили устроить дуэль - а дерутся они как правило на мечах - то закон и обычай требуют перед схваткой вежливо поклониться противнику. Поклонился - все, теперь хоть на куски его зубами можешь рвать, совесть твоя чиста и честь незапятнана. Только поединок на мечах между двумя сильными воинами - штука непростая, может повезет, а может и нет...

– Это точно, товарищ лейтенант, - неожиданно заговорил давешний морпех, - это как в штыковую ходить. Нет, с порохом сподручнее, предки не глупее нас были, когда саблю на пищаль сменяли...

– Ну так вот, - продолжал Стеллер, - некоторые самураи придумали способ, как обойти закон и не нарушить обычай. Фокус состоит том, чтобы выхватить меч в самое последнее мгновение, когда ты едва успел выпрямиться после поклона. И тут же ударить! Вот это и называется "самурайская дуэль".

– Азиаты, - снова пробурчал Браге. Но на этот раз Стеллер не успел ничего ответить.

"Бла-бла-бла", - подумал Джеймс Хеллборн.
– "Господь свидетель, теперь мои уши немного отдохнут".

Его руки были закованы в наручники, но длинная, в 7-8 звеньев, цепочка гарантировала оперативный простор и свободу действий. И когда она обхватила горло Стеллера, русскому офицеру оставалось только хрипеть и ломать ногти о каленую сталь.

Тесная кабина танкатера не оставляла "этоточному" морпеху много вариантов. Будь дело на открытом воздухе, он бы с пол-оборота двинул взбунтовавшегося пленника прикладом... А зачем прикладом? Без глупостей, говоришь? Так мы и не глупили, он первый начал... "Это тебе за старкапа", - подумал солдат и передернул затвор.

"Samozaradny Karabin Fedoroff - оружие с коротким ходом ствола", - подсказала услужливая память Хеллборну. И он резко откинулся назад. Дульный срез уткнулся альбионскому офицеру в спину, ствол пошел назад, и нажатие на спусковой крючок привело к закономерному результату - карабин заклинило.

– Сука! Сссука!
– заорал морпех, пытаясь оттянуть затвор.

И почти одновременно прогремели два выстрела.

За несколько секунд до этого Хеллборн ослабил хватку, нагнулся и вытащил револьвер из кобуры Стеллера. Первая пуля досталась водителю, тот упал на штурвал, и танкатер, шедший со скоростью 25 узлов, резко занесло вправо. Поэтому второй морпех, целившийся в Хеллборна, промахнулся. Второй раз он нажать на спуск не успел. Альбионец выстрелил под углом, который мог бы свести с ума самого Эвклида, не говоря уже о Пифагоре.

Тем временем "этоточный" отбросил заклинивший карабин и, в свою очередь, обеими руками схватил Хеллборна за горло. И тогда альбионец уронил револьвер на колени данорвежца, сидевшего слева от него, и до сих пор бездействовавшего. И риттмейстер не подвел. Но то ли у него дрожали руки, то ли пошли в разнос нервы... короче говоря, он выпустил в предпоследнего русского все патроны, которые только оставались в барабане.

В переднем пассажирском кресле неожиданно захрипел восстановивший подачу кислорода Стеллер.

– Отличная работа, мистер Хеллборн, - столь же хриплым голосом заметил Браге. В горле пересохло.

– Работа должна быть завершена, - заметил Хеллборн и наклонился вперед.

– Что вы де...

В наручниках это было сложно, но теперь ему спокойно примериться и сосредоточиться. КРАК!
– хрустнула шея, и голова Стеллера упала на грудь.

– Зачем?! Мы победили, он был нашим пленником...
– похоже, риттмейстер был по-настоящему возмущен.

– Европейцы, - заметил Хеллборн, и в его голосе было столько презрения, сколько данорвежец не смог переварить. Он замолчал и отвернулся.

Альбионец обшарил карманы Стеллера и нашел ключ от наручников. Расстегнул свои, молча отдал ключ Браге. Снова нагнулся вперед, отодвинул водителя и выключил до сих пор гудевший двигатель.

– Вы умеете обращаться с этим кораблем?
– осторожно спросил Браге.

– Да, мы у купили у них дюжину штук несколько лет назад. Через посредников, разумеется, - перехватил Хеллборн удивленный взгляд риттмейстера.
– Они нам не подошли, но это был полезный опыт. Типичная русская машина. Грубая, но надежная. Если только тщательно за ней следить.

– Мы сможем добраться хотя бы до Нордкапа?
– поинтересовался Браге.

БАНГ!

Хеллборн воспользвался револьвером водителя.

– Извините, - покачал он головой, - нам не по пути.

– Последний выстрел был явно лишним, - продолжал альбионский лейтенант вслух, - кабина и так загажена. Но все лучше, чем продолжать бессмысленный разговор.

Поколдовав с рычагами, он открыл один из верхних люков. В кабину ворвался холодный морской воздух.

В ящике с аварийным запасом обнаружился бинокль, и Хеллборн принялся вглядываться в серые полярные сумерки. Справа никого. Слева никого. На севере и юге тоже чисто. Обычно, когда начинается война, такие узкие коридоры просто кишат морскими и воздушными кораблями... Похоже, русские действительно ограничились субмаринальным десантом. Основные силы флота находятся гораздо южнее, сторожат подходы к Мурманску и Архангельску. Но мы туда не пойдем.

Освободив трупы от всех полезных вещей вплоть до часов и зажигалок, альбионец по одному выпихнул их за борт. Покойтесь с миром. Нет ненависти к мертвым врагам.