Чтение онлайн

По окончании прогулки молодожены торжественно пригласили всех гостей разделить с ними трапезу. Банкет был заказан в одном из турецких ресторанов – раньше я в нём никогда не был: не могу назвать себя поклонником восточной кухни, предпочитаю нашу, русскую, европейскую, ну и, с недавних пор, благосклонно отношусь к японской. Да и в Турции я никогда не был, хотя, к примеру, в Европе много где побывал – обязательно съезжу в Турцию, говорят, турки очень гостеприимны.

Возле ресторана молодоженов встретили лепестками роз и караваем, который держала мать невесты на вышитом полотенце. Интересно, у турков есть нечто подобное? Новоиспечённому мужу объяснили, что сначала необходимо откусить кусок каравая, соревнуясь с женой в том, кто откусит больше, затем посолить этот кусок и накормить им любимую жену – весело получилось. Персонал ресторана так же вышел на улицу поздравить молодоженов, затем всем предложили пройти внутрь и, собственно, продолжить празднование, а так же отведать приготовленные блюда. Интерьер ресторана произвел на меня огромное впечатление: по всему периметру помещения развешаны, прикреплены к стенам разноцветные лампы и светильники, ткань натянута так, что создаётся ощущение, будто мы находимся внутри огромного шатра – безумно красиво и по-восточному. Молодоженам приготовили отдельный стол, но сделали его в виде небольшого шатра, остальные посадочные места были очень мягкими и будто воздушными, хотя, на самом деле, стулья умело обтянули тканью. Угощения так же радовали глаз, а какой царил аромат! Приглушённая музыка будто окутала весь ресторан, каждый уголок, разливаясь отовсюду – что ж, стоит отдать должное организатору – он определённо знает толк в своём деле. Думаю, гости были приятно удивлены. Пришли так же люди, которых не было ни в Загсе, ни на прогулке. К примеру, вот эта девушка в бирюзовом платье, которая обнимает невесту и весело смеётся. Её лицо кажется мне знакомым, не могу уловить четко, так как вижу лишь профиль, но где-то я её раньше видел. Она держит огромный букет белых роз в одной руке, в другой – небольшую сумочку. Вот она оборачивается, делаю пару кадров. Красивая девушка – улыбается, машет кому-то рукой, делаю еще несколько кадров. Стоп! Это же Аня!

Вышел покурить, пока гости отплясывали вот уже который по счету танец. Музыка стала громче, но лишь на момент небольшого перерыва и не до такой степени, когда режет слух.

– Привет, Серёжа.

Невольно вздрагиваю и оборачиваюсь. Она стоит на расстоянии вытянутой руки, прикуривает тонкую сигарету. Странно, но я вдруг растерялся, и ничего не могу с собой поделать. Улыбаюсь и молчу. Глупо, наверное, выгляжу.

– Не знала, что ты фотограф, – говорит, улыбаясь.

– Это то, чем мне нравится заниматься на данный момент, – прихожу в себя после полуминутного молчания, – а ты? Ты чем занимаешься?

– У меня – свой журнал в Москве и небольшой ресторан в Турции. Последнее – подарок мужа, – говорит это, немного смущаясь, или мне показалось.

– Ты замужем? Давно? А дети есть? – буквально забрасываю её вопросами.

– Замужем. Через неделю будем праздновать вторую годовщину. Детей у нас нет, думаю, пока мы к этому не готовы. А ты? Ты женат?

– Нет, пока не удалось, – улыбаюсь, – ты недавно пришла? Не видел тебя в Загсе.

– Удалось прийти только в ресторан.

– Ты – с мужем?

– Нет, он остался в Турции, не смог приехать.

– Так ты замужем за турком? И как же твоя фамилия? Как теперь тебя величать?

– Анна Озгюн собственной персоной, – смеётся.

– Надо же, красиво звучит. Ну ладно, пойду работать, я же всё-таки на работе, – улыбаюсь, – увидимся, Анна Озгюн.

За оставшийся вечер нам так и не удалось с ней пообщаться, сделал еще пару кадров, на которых она смотрит прямо в объектив и улыбается.

Свадебный торт так же приятно удивил: огромный, в 8 ярусов, белоснежный и очень вкусный. После того, как молодожены разрезали торт, а гости насладились его вкусом, празднование, в целом, можно было считать завершенным. В честь молодоженов устроили фейерверк, после чего они отправились в гостиницу, поблагодарив всех гостей за присутствие на их празднике жизни. Я так же поехал в гостиницу – последняя часть фото сессии молодоженов. Уставший, около часа ночи, вернулся домой. Осталось только принять душ и уютно устроиться в своей постели. Надеюсь, завтра не будет такой жары.

И лишь закрыв глаза вдруг вспомнил о ней. Анна Озгюн. Помнится, она мне нравилась, да что там нравилась – я был по уши в неё влюблён! Тогда у неё был мужчина, которого она любила, а сейчас она замужем за турком, который делает ей дорогие подарки.

Остановив поток ненужных вовсе мыслей, постарался отправиться в страну Морфея, но образ её отчаянно не покидал меня. Однако усталость взяла своё. Нужно хорошенько выспаться, ведь завтра новый день и новая свадьба. Люблю свадьбы, правда, когда присутствуешь на них ежедневно, мозг потихоньку перенаполняется всем этим счастьем, кружевами, бокалами и прочей свадебной атрибутикой.

Не часто, но, бывает, вспоминаю этот день, когда мы впервые встретились после окончания университета, просматриваю его в своих воспоминаниях раз за разом, будто кинопленку. И так отчетливо слышу её смех, вижу её улыбку, что сам невольно улыбаюсь.

Так странно, но мне безумно нравится сочетание её имени с этой турецкой фамилией. Анна Озгюн. И никак иначе. Я бы сказал, что ей к лицу эта восточная нотка.

Глава 6.

Август 2009-го.

– Так странно, джаным. Еще вчера была в Турции, а уже сегодня – здесь, в Москве, – говорит, игриво отправляя апельсиновую дольку в рот.

– Ты говоришь об этом с такой лёгкостью, словно то, что ты живёшь на две жизни, тебя абсолютно устраивает – отвечаю ей с едва уловимым раздражением.

– О чем это ты? Можно жить на два дома, но не на две жизни. Жизнь – она одна, и каждый проживает её так, как считает нужным.

– Опять громкие слова и не более. Хорошо, я живу на две жизни. Одна жизнь – это ты, наши встречи. Другая – это мои фотографии, моя студия, книги, люди: родные, близкие и приятели, прохожие и незнакомцы, Ольга.

– Она знает о наших встречах?

– Я ничего от неё не скрываю.

– То есть ты приходишь домой и всё ей рассказываешь? Всё, вплоть до мельчайших подробностей? – спрашивает, улыбаясь.

– Зачем ты так? Она знает о наших встречах, о тебе, всё: от начала до конца.

– И ты считаешь, что это нормально, что это не причиняет ей боли? Ты сложил с себя всю ответственность, прикрывшись тем, что правдив и честен. На самом деле, это банальная мужская трусость. Перекладывание ответственности: выбирай сама, как тебе с этим жить. Хочешь, оставайся, но потом не жалуйся и не устраивай истерик, а хочешь – собирай свои вещи и уходи. Разве я не права?

– Что ты несёшь? – начинаю заводиться.

– То, что Ольга принимает наши с тобой отношения, вовсе не означает, что это не причиняет её боли. А то, что ты удваиваешь эту боль своей якобы откровенной правдой, вне сомнений. Это не откровенность, джаным, это эгоизм.

– Великолепно! Выстрел в лоб. Эгоист и трус. Таким ты меня видишь?

– Вовсе нет. Но по отношению к Ольге ты проявляешь именно эти качества.

Неужели она права, и я всего лишь трус, который не может сделать выбор и осознанно причиняет боль женщине, которая любит меня и ждёт вечерами? Да, я не обманываю Ольгу, прикрываясь задержками на работе, отчетами и прочей ерундой, которую выдумывают сотни мужчин, чтобы выкроить время для своих любовниц, изменяя своим супругам, которые этим временем хранят семейный очаг. Но что это меняет? Так ли нужна ей, Ольге, эта мнимая правда?

– Ты сделал выбор за неё, даже не поинтересовавшись, а хотела ли она всё это знать. Тем самым ты успокоил свою совесть, ведь по сути ты никого не обманываешь, и, на первый взгляд, твоя совесть абсолютно честна.

– Перестань, – перебиваю её.

– Я не хотела тебя обидеть, просто сказала то, что думаю и, раз уж мы начали этот разговор, то…

– Ты затеяла весь этот разговор, – вновь не даю ей договорить и просто срываюсь на крик, – и если ты намерена продолжать его в том же духе, то у меня нет подобного желания. У меня, в принципе, нет желания продолжать вести с тобой какие-либо беседы, даже просто находиться рядом с тобой! Что ты, чёрт возьми, о себе возомнила!