Дочь Гингемы
Шрифт:
И вот однажды в семье Дило Новина и его жены Гоны родилась дочка. Родители были уже довольно пожилыми, а девочка была их первым ребенком. Вся деревня сбежалась, чтобы полюбоваться на чудесные зеленые глаза девочки и на ее пока еще редкие, но очень красивые темные волосики. А как забавно она двигала челюстью, словно уже что-то жевала!
Девочку назвали Кориной. Отец решил сделать из нее лучшую сборщицу грибов в деревне, ну а мать – передать ей все тайны своего ремесла травницы.
Увы, мечтам престарелых родителей не суждено было сбыться. Корина оказалась на редкость ленивой и упрямой девочкой. Она терпеть не могла леса, не любила грибов и морщила прелестный носик при виде кипрея или ландыша. Из цветов ей нравились только алые розы, и вовсе не потому, что из их лепестков делают целебное масло и варят отличное варенье, – нет, Корина была покорена их красотой. Она очень любила закалывать розу в свои пышные волосы и разгуливать по деревне, ловя на себе восхищенные взгляды мальчишек.
Ей было пять лет, когда отец чуть ли не силой повел дочь на сбор крапчатых грибов. Они встречались в лесу очень редко и потому высоко ценились на ярмарке в Когиде. Никто, кроме Дило Новина, не знал, что они в изобилии растут на Еловом острове посреди Гнилого болота. Место было глухое, опасное, брод через трясину – узкий. Всего шаг в сторону – и можно мигом сгинуть в темной жиже, даже крикнуть не успеешь. Но Дило знал путь среди кустарников и мертвых сосен как свои пять пальцев и хотел, чтобы и дочь запомнила его.
– Крапчатые грибы надо собирать в полнолуние, лучше – после сильного дождя, – говорил Дило, идя по лесной тропинке чуть впереди Корины. – Шляпки надо класть в корзину со свежей крапивой, а ножки сначала промывают в родниковой воде, а затем пересыпают листьями ландыша. Мать покажет тебе, как готовить из них целебный отвар, очень полезный при простуде… Ты слышишь меня, дочка?
– Слышу, слышу, – буркнула в ответ Корина.
На самом деле все, что говорил отец, пролетало у нее мимо ушей. Нет, не о грибах мечтала Корина! Однажды мать рассказала ей о волшебницах, некогда прилетевших в страну Торна. С тех пор Корина потеряла покой. В снах она видела себя такой же могущественной, как Виллина, страшной, как Гингема, коварной, как Бастинда, и прекрасной, словно Стелла. Ей хотелось жить в роскошных дворцах, одеваться в пышные платья и творить чудеса одним мановением руки.
«Хорошо быть волшебницей, – думала девочка. – Не надо ничего делать, сиди себе на троне, ешь вкусные пирожки да маши рукой. Взмах – и в небе сверкают молнии. Другой – и прямо под окнами дворца вырастают тысячи кустов алых роз. Третий – и все подвалы заполняются бочонками с квашеными грибами и корзинами с сушеными травами. И не надо бродить с утра до ночи по этому противному лесу, терпеть укусы комаров и вздрагивать при вое волка или уханье филина… Неужели ей придется всю жизнь просидеть среди этих гадких трав и грибов?»
– Все, пришли, – сказал Дило.
Девочка огляделась и увидела, что они стоят на краю обширного болота, заросшего редкими кривыми сосенками и низким кустарником. Было раннее утро, и над буро-зеленой поверхностью болота стелился слоистый туман. Корина поежилась от холода.
– Неужели мы полезем в эту, б-р-р, грязную воду? – тревожно спросила она.
– Ничего не поделаешь, – пожал плечами Дило. – Да ты не бойся, в это время года здесь неглубоко. Ты в своих сапожках пройдешь до самого Елового острова и ног не замочишь. Только, чур, иди за мной след в след и запоминай дорогу. Я вех здесь не ставил, не то завтра полдеревни сбежится собирать мои грибы.
Он решительно ступил в мутную воду. Корина даже зажмурилась: ей казалось, что отец сразу же уйдет с головой под воду. Однако он погрузился в густую жижу только по щиколотку.
Оглянувшись, Дило подмигнул дочке:
– Не трусь! Здесь до острова рукой подать. Соберем грибы, а назавтра повезем на ярмарку. Мать купит тебе новое платье и башмачки, как обещала! Только не отставай от меня и не вздумай хоть шаг сделать в сторону.
Корина нехотя последовала за отцом. Вскоре девочка поскользнулась и едва не упала в трясину – хорошо, отец успел подхватить ее на руки.
– Не пойду я на твой противный остро-о-ов! – разревелась Корина. – Иди са-а-ам!
Она уселась на валун под елью и стала стягивать с ног сапоги, хлебнувшие немного воды.
– Ну что с тобой делать! – огорченно сказал Дило. – Э-эх, была бы ты парнем… Да ладно, посиди здесь, подожди. Только уговор – никуда отсюда не уходить. Я скоро вернусь – через час, а может, и быстрее. Договорились?
Корина кивнула, продолжая всхлипывать.
Когда отец ушел, ей стало страшно. Туман над болотом еще более сгустился. Где-то среди крон высоких елей закаркала ворона. Оглядевшись, Корина заметила среди подлеска пару светящихся огоньков.
– Волк… – прошептала она, вытаращив от испуга глаза. – Во-о-олк!
Поспешно надев сырые сапоги, она вскочила с валуна. Кусты затрещали, словно в них и впрямь скрывалось какое-то животное.
– Во-о-олк! – завопила Корина. – Папа, помоги, – волк!!
Не помня себя от ужаса, Корина бросилась по тропе прочь от болота. Ей казалось, что позади она слышит чье-то хриплое дыхание.
Остановилась девочка, только когда окончательно выбилась из сил. Тяжело дыша, она оглянулась, но никого не увидела.
Сев на пень, Корина отдышалась и вдруг поняла, что заблудилась. Она и не заметила, как свернула с тропинки и оказалась в еловой чаще. Этого места она не помнила.
– Папа! – закричала перепуганная девочка. – Па-а-па-а-а!
Но отозвалось ей только гулкое эхо.
Впервые Корина пожалела, что не слушала отца. А ведь он не раз говорил: «Заблудиться в нашем лесу может только глупец. Запомни, дочка, наш дом находится по правую руку от заходящего солнца…» Или по левую? Корина не могла точно вспомнить. Что-то отец ей рассказывал о том, как определять стороны света по мху на стволах деревьев и по муравейникам… Но что?
Всхлипывая, девочка пошла наугад. Ей было страшно, как никогда в жизни. Где-то наверху, среди густых крон, светило солнце, но до земли доходили лишь редкие, тонкие лучи. Почва была упругой, устланная желтой прошлогодней хвоей. То и дело Корине попадались заросли высокого папоротника, громадные красные мухоморы и множество других грибов. Девочке очень хотелось пить и есть. Она помнила, что можно есть в сыром виде молодые побеги папоротника-опахала и несколько видов грибов, но не могла их распознать.