День айтишника
Шрифт:
Предлагайте идеи! Не морочьте нам голову!
КАХОВСКИЙ — Я бы зачистил контакты, вдруг капнуло олово?
ВАРШАВСКИЙ — А я бы вынул плату и вставил обратно.
ДИРЕКТОР — Понятно.
Сколько вам нужно времени на ремонт?
КАХОВСКИЙ — Может, сутки…
ВАРШАВСКИЙ — Может, год…
КАХОВСКИЙ — Как пойдёт.
ДИРЕКТОР — Так. Высказываемся дальше по кругу.
Не надо прятаться друг за друга!
Я жду конструктива! Практикант Митя!
МИТЯ — Вы меня заранее извините,
слов у меня немного:
Николай Васильевич Гоголь.
ДИРЕКТОР — Марина Петровна?
БУХГАЛТЕРША — Я всего лишь бухгалтер…
Давайте предложим заказчику бартер?
Например, такую схему:
мы ему — неисправную систему,
а он нам — фальшивые купюры.
Он, возможно, откажется от этой процедуры,
но мы сильно затянем время,
чтоб разработчики покопались в системе.
ДИРЕКТОР — Этот бред не обсуждается даже.
Валерич, вдруг ты что-то дельное скажешь?
ВАЛЕРИЧ — Ну я-то простой подсобный рабочий.
Я же тут так, между прочим.
Не должон с идеями соваться я…
Но была у меня похожая ситуация!
Работал я в цирке, чистил клетки.
Ну, значить, аншлаг, собрались в зале детки…
И тут вдруг —
наш дрессированный барсук
пытается выглядеть больным.
И все, значить, носятся с ним.
А он не хочет идти на арену!
Я дал ему морковку. И под зад коленом —
хрясь ему!
ДИРЕКТОР — Валерич, это всё к чему?
ВАЛЕРИЧ — Барсук пошел и отработал номер!
И ничего, не помер!
ДИРЕКТОР — Как это относится к нашей проблеме?
ВАЛЕРИЧ — Дык дать пинка всей вашей системе!
Вдруг она притворяется? Вдруг поможет это?
ДИРЕКТОР (МРАЧНО) — Кто у нас дальше? Виолетта.
Виолетта, вы ж генератор идей!
ВИОЛЕТТА — Думаю, у нас всё не как у людей,
поэтому мы зашли в тупик и скисли.
Поясню свои мысли.
Мы сейчас пытаемся решить,
что теперь делать и как дальше быть.
То есть — мы смотрим вперед.
Это вполне конструктивный подход,
и он помогал нам всегда.
Но сегодня случилась беда,
и мы видим — конструктив не дает нам решения.
Поэтому мое предложение —
начать мыслить де-струк-тив-но.
Я согласна, это трудно, это противно…
Но вряд ли мы сможем дальше идти,
пока не проверим любые пути.
И если спор, что нам делать, не даёт результат…
То может, поспорим, кто виноват?
КРИКИ — Хорошая мысль! Отлично! Это пять!
Давно надо было начать!
СТЕПАН — Виноваты разработчики! Прости, Виолетта.
У вас же было целое лето!
Осень, зима, весна, снова лето и снова осень!
Так давайте мы строго спросим:
где результат?
ВАРШАВСКИЙ — Думаю, Егор Митрофанович виноват.
Извините, Егор Митрофаныч, это правда.
А что, я не прав, да?
Судите сами: если некто
на разработку искусственного интеллекта
подписывает контракт.
Это нормально вообще? Или как?
ДИРЕКТОР — Мы должны ставить невыполнимые задачи!
А как иначе?
Мы же с вами блестящая команда!
Нам только такие задачи и надо!
Мы способны найти решение!
Нас всех ждет повышение
и блестящий карьерный рост!
Проект, конечно, не прост…
Путь был не близкий…
Ладно, признаю. Я ошибся в оценке риска.
Я поверил Степану — он менеджер.
Он убедил меня, мол, это же —
блестящий проект, небывалый рывок!
ВСЕ ХОРОМ — Степан, как ты мог?!
СТЕПАН — Молодцы! Меня сделали крайним!
Позвольте напомнить: на этапе на раннем
об искусственном интеллекте речи не шло!
Речь шла про говорящее электронное табло
для допуска в служебные здания!
Но в процессе заказчик усложнял задание,
вводил новые опции и навороты,
соглашался подвинуть сроки работы
и был сговорчив в цене.
Так какие претензии ко мне?!
Да! Проект разросся в искусственный разум!
А что ж вы тогда не сказали сразу,
что у вас не хватит на это сил?
КАХОВСКИЙ — А ты нас и не спросил.
ВАРШАВСКИЙ — Бегал и кричал: шикарный заказ!
СТЕПАН — Так на минуточку, это ж у нас —
заказ Минобороны! Заказ Генштаба!