Чтение онлайн

И странно, даже демоны всё-таки бывают по-своему честны и иногда выполняют то, что обещали, – из каких-то своих побуждений, может быть, лишь для того, чтобы мы поверили в их честность и нас было бы проще обмануть на чём-то большем, но всё-таки это так. И, видимо, эти сделки с ними возможны, получается, что они возможны. А значит, раз возможны сделки с ними, то и их самих можно обмануть. Их можно обмануть. Странно: я не знал этого раньше, а теперь, кажется, не знаю, что делать с этим.

Но вот я вновь играю с ними за этим столом, и ставки те же, и опять мне достаётся меньшая доля. Но я согласен, и на неё согласен – я знаю уже, чем обрадую тебя сегодня поздно ночью, придя домой. Знаю. И завтра в полдень мы опять будем только вдвоём. И это стоит большего, чем всё то, что получили они, несравнимо большего. Кажется, у меня получается, кажется, получается обманывать их. Это работает, работает, правда работает! И я уже не боюсь высоты этой – я, кажется, научился управлять этим полётом прямо с верхнего неба, пусть думают, что я падаю, но я знаю, что всё-таки лечу, и не просто лечу, не просто вниз – я лечу к тебе, к нам. Закрывай ставни за мной, закрывай. Только мы, только мы. И ещё, и ещё раз я готов их обмануть. Готов.

Играть с ними можно лишь по их правилам. И это требует большого мужества от человека: знать, что исход всегда не на твоей стороне, что предопределено всё, и несмотря на это, всё же пытаться обыграть их, пытаться и в каждом проигрыше своём неминуемом найти победу над ними. Человек всегда слабее, человек всегда в меньшинстве в этой игре со своими демонами. И вот ты знаешь это, уже так давно знаешь это и пытаешься сохранять спокойствие, пытаешься говорить медленно, не подавая вид, пытаешься показать, что всё хорошо, – и ты делаешь свою ставку вновь, сам.

И вот день. И я жду. В этом странном кафе с панорамными окнами и видом на главный проспект этого города – это моё время. Обещанное, выигранное в очередной раз у них, всё-таки выигранное, опять выигранное. И я один, совсем один сейчас – никого из них нет. Как и договорились мы с тобой. И если взглянуть на этот проспект сейчас, из этого окна, в этот дождливый будний день, то увидишь только их – кажется, только они и идут по нему, нет людей – заняты все чем-то другим, не выпускают их, никого не отпустили сюда. Лишь демоны, словно они специально освободили этот проспект от людей для себя, словно отвоевали его у нас уже полностью. Вот он – их идеальный мир, к которому, кажется, всё и идёт. И даже если и есть среди них люди, то только те, что уже стали почти полностью как они, а может, нет и таких, может быть, и вовсе только демоны, ровно вышагивая, идут по своим делам. Странная, почти идеальная демоническая геометрия утра.

Но вот среди всех них появляется точка, которую я жду, – цветная, бежит ко мне. Точка всё больше и всё более похожа на тебя – долгожданная, не такая как они, радостная, словно блестящий шарик, отскочив от перекрёстка, перескочив его, нырнув и выкатившись из лунки подземного перехода, попадает наконец в лунку дверей этого кафе – прямо ко мне, – и это и есть мой джекпот. Это и есть бесконечное счастье. Выиграл, выиграл это у них – для тебя. Освободил и тебя.

Ты никогда не хотела быть такой как они, не пыталась, не стремилась. Мне казалось, что ты никогда и не считала их демонами – обычные люди вокруг тебя, ты скандалила с ними, мирилась, рассказывала им свои тайны, а потом так сильно удивлялась, когда что-то происходило не так. Я даже иногда думал, что ты из тех, кто слеп, что ты из тех, кто живёт не ведая, не понимая, не зная демонов своих. Но ты знала, знала всё про них, знала, ты просто не хотела, не пыталась, не стремилась быть как они – никогда. Ты не была из слепых, что не ведают и не знают, и так и живут, что словно стадо для демонов этих, словно просто стадо, которое слепо идёт туда, куда его ведут. И это стадо огромное, и если скажут они ему: «Прыгай с обрыва», то прыгнет оно. Но пока пасётся на этих лугах, пасётся под присмотром и не ведает, что не свободно. Не ведает, что демоны есть. Ты не была слепа никогда, ты узнала этих демонов раньше, чем я – в самом детстве. Ты помнишь их ещё оттуда – то ли из видений, то ли из воспоминаний. И может, поэтому ты никогда не пыталась быть как они, никогда не подчинялась им. Наоборот, ты верила, что они смогут стать как мы, ты хотела помочь им, ты не хотела, чтобы люди становились такими как они.

Сколько людей пыталось разбудить это стадо! Сколько! Сколько сынов человеческих! Но оно пасётся до сих пор на лугах этой жизни, и ведомо оно и подчинено полностью пастухам своим. Как разбудить, как? Я не знаю, я думаю об этом, только об этом и думаю, но не знаю, что сделать мы можем с ним. И если крикнешь: «Волки!» ему, то само себя раздавит, и если крикнуть: «Демоны!», то и вовсе с обрыва прыгнет. И лишь только и можно, что ходить от одного к другому из тех, что составляют стадо это, и будить. Тихо-тихо, осторожно, прикосновением за плечо, за душу. По одному – миллиард людей, миллиарды. Впрочем, будить зачем? Зачем? Сам хочу заснуть. Сам хочу заснуть и забыть обо всём этом. Хочу заснуть рядом с тобой в этой ночи, во тьме, но не спится совсем, не спится, и мысли не дают покоя, и воздух ночной, и небо, и звёзды, кажется, сейчас упадут к нам прямо в окно. И бесконечно длится всё это. И столько же ещё будет, ибо времени нет, времени нет больше никакого здесь – это так очевидно стало в это мгновение, бесконечное мгновение. Вот так – в этой ночи время вдруг обнажило себя, свою суть.

– Ты не спишь?

– Нет, мой хороший, нет.

Не спится, не спится совсем.

А может быть, всё это и есть сон? Всё это – сон?

Я самый настоящий демон. Я такой как они. Я хочу быть сильным. Я говорю утром им: «Пойдём». Говорю сам, подгоняю их вперёд, целую тебя и хлопаю дверью за собой. Они удивлены этим, но послушно идут рядом. Я хочу быть таким же, как они. Я хочу быть самым сильным из них.

И я нескоро пришёл назад. Очень нескоро. Не через один день. Не через два. Не через год – три года. Целых три года не было меня. Каждый день видел тебя где-то дома, твои глаза, но не возвращался в полном смысле этого слова. Не возвращался – всё это время я уходил всё дальше с ними. Я хотел быть таким как они. На моём пути каждый день была ты, но не вместе со мной, нет – словно между нами тоже была пропасть. И каждый день мы виделись вновь, и каждый день ты опять не шла со мной – с ними. Ты не шла со мной – ты каждый день оставалась, вновь и вновь оставалась. А я шёл вперёд с ними, уходя всё дальше.