Delete
Шрифт:
– Мам, не истери. Я ни при чем. А машина была у нее. И я понятия не имею, где она… Если ее даже найдут…
– Конечно, найдут, – Лариса готова была разрыдаться. – Ты многого не понимаешь, сынок. Ведь ты – главный подозреваемый! У тебя был мотив! И даже если ты ни при чем, но в твоей машине найдут что-то, имеющее отношение к убийству, то этой улики для них окажется достаточно… Все слишком серьезно, понимаешь?
– Понимаю. Но ты-то мне веришь?
– Алик… А как же пистолет?
– Я не успел им воспользоваться…
– Ты так спокойно говоришь, у вас что, перерыв?
– Да. Я на улице, курю.
– Алик, мне жаль, что все так получилось, что ты оказался втянутым в это дело…
– Нет, я не втянут. Я вообще ни при чем. Но если хочешь знать мое мнение, то я даже рад, что все завершилось… потому что еще немного, и я сам бы сдался… Мам, не плачь, успокойся.
– Целую тебя, сынок. Держись! А мне, если, конечно, спросят, придется рассказать про машину, назвать номера и прочее… Не дай бог, если трупы возили в ней… Господи, спаси и сохрани!
В эту минуту у нее зазвонил телефон. Услышала мужской голос, и ей стало нехорошо.
– Да… Слушаю… Да, Марк Александрович… Хорошо, давайте встретимся…
Слезы уже катились по ее щекам.
Глава 18
Рита стояла в стороне и молча наблюдала за толпившимися возле двери холодильной камеры людьми. Дача Валентина Нежного представляла собой двухэтажный, красного кирпича дом, с башенками, слуховыми оконцами, витражами, французскими, до пола, решетчатыми окнами. Вокруг дома – сад, ухоженный, с дорожками, мраморными фигурками животных в маленьком круглом бассейне, дно которого сейчас усыпали желтые мокрые после дождя листья…
Она видела девушку, лежавшую на полу в камере. По периметру помещения, на массивных крюках, висели замороженные туши баранов и рыба. В центре же, на деревянном настиле, лежала девушка в красивом черном платье. Ниже подбородка – тонкая нитка жемчуга. Волосы рыжеватые, завитые, в полном порядке. На лице – косметика. Даже в камере сохранился едва ощутимый аромат духов. Девушка собиралась в театр и оказалась замороженной в камере. Понятно было, что ее принесли и уложили на пол камеры уже мертвую. Маленький нос, выдающиеся скулы и слегка раскрытый рот. Губы накрашены помадой и пугают своим ярким цветом… Да, она была похожа на Катю Масленникову. Но уверенности не было… Все ждали приезда Леонида Масленникова для опознания.
Рита, отвернувшись к окну и глядя в сад, тихонько молилась матушке Матроне, чтобы это была не Катя.
Но все же откуда-то она знала, чувствовала, что это она. Иначе с чего бы ей начали сниться такие странные сны? Этот портрет с мертвой Катей, или Катя, требующая, чтобы Рита достала из шкафа все свои шубы и укрыла ими ее, замерзающую…
Удивительные сны. Пророческие. Она знала, как отреагирует Леня на смерть дочери. Как он побледнеет, затем зарыдает, не обращая внимания на присутствующих на даче людей… Арина обязательно будет рядом с ним. Бедная Ариночка, вот ведь выпало на ее долю такое испытание. Только нашла мужчину, который ей понравился, а тут вдруг такое… Сумеет ли она себя вести адекватно, чтобы и Леню сохранить, и свое лицо не потерять, и в то же самое время помочь ему справиться с бедой? Утешить, найти нужные слова…
Марк подошел к ней, обнял. Она знала, что и он тоже переживает. Он теперь всегда переживает, когда сталкивается со смертью. Потому что думает о своей жене. И о том, что смерть постоянно где-то рядом. Он постоянно твердит ей об этом…
– Как она умерла? – спросила Рита.
– Ее ударили по голове. Возможно, она упала откуда-то сверху… Экспертиза покажет. Но главное – ее не убили. Возможно, в этом случае действовал другой убийца.
– Согласись, она похожа на ту девушку из кадра… отраженную в зеркале… Как ты думаешь, Марк?
– Похожа.
– Марк, ты только не удивляйся, пожалуйста… Но я знаю, кто убийца… Знаю, чувствую, но доказательств у меня пока никаких. Если ты поверишь мне и согласишься помочь, то сделай так, как я тебя попрошу…
– Рита! Ты знаешь, кто убийца?
– Я много думала над этим.
– Почему бы тебе просто не назвать мне имя убийцы, чтобы я сам, своими силами, попытался найти доказательства?
– Марк, я прошу тебя…
– И что, ты сама будешь вести следствие?
– Да. Но мне для этого понадобится кое-какая помощь…
– Рита!
– Ты обещаешь мне, что позвонишь матери этого мальчика и скажешь ей о том, что ты собираешься его арестовать?
Марк смотрел на нее с удивлением. Откуда ей знать, кто мог убить Ольгу Померанцеву и этих двух братьев? Алик? Хотя он на самом деле пока что единственный подозреваемый в этом деле…
– Ты сначала выслушай меня, а потом сам решай, поможешь мне или нет.
И она принялась рассказывать ему свой план.
Когда она замолчала, в дверях произошло какое-то движение, и она увидела Арину. Потом – Леонида. Он медленно вошел в камеру, и она зажмурилась, словно это не он, а она сама впервые вошла туда и увидела распростертое на полу тело девушки.
– Катя, девочка моя…
Они с Марком вошли вслед за ним и увидели, что Масленников, сидя на коленях, пытается поднять за плечи уже давно окоченевшее тело дочери. Он звал ее по имени, целовал ее лицо…
Рита обернулась, увидела совсем близко от себя Арину и крепко схватила ее за руку. Потянула за собой и вывела из толпы людей поближе к свету, к окну.
– Арина, как ты?
– Рита, какой кошмар… Надо же было такому случиться…
– Арина, я с тобой. С вами. Тебе не следует раскисать. Тебе сейчас понадобятся душевные и физические силы, чтобы быть рядом с Леней, чтобы поддержать его… Тело в скором времени отправят в морг. Вы вернетесь домой, а я – с вами…
Казалось, Арина не понимала ее. Она порывалась пойти к Масленникову.
– Нет, тебе сейчас туда нельзя. Он должен побыть один. Постарайся абстрагироваться, тем более что ты не знала эту девочку… Ты просто должна подставить Лене свое плечо, быть рядом с ним… Я понимаю, ты взволнована… Но послушай меня внимательно, Арина, да встряхнись же ты наконец! Послушай, что я тебе скажу, только постарайся ничего не говорить Лене.
– Рита, пусти меня к нему…
– Успокойся. Убийцу уже нашли. Через час-другой его арестуют. Марк нашел неопровержимые доказательства его вины.