Чтение онлайн

Я посмотрел на него и покачал головой.

– А я уверен, что у посредника, в конце концов нанятого фирмой, хватило ума сбежать вместе с деньгами. Иначе похитители шлепнули бы его так же, как и генерала.

– Ну, на этот раз я предложу тебе совсем другое.

– Будем надеяться.

Я был клиентом Майрона Грина почти шесть лет. До этого я работал в газете и писал о нью-йоркцах, зарабатывающих на жизнь не совсем законными способами, – ворах, вымогателях, сутенерах, игроках на скачках.

Один из моих постоянных читателей, специализирующийся на квартирных кражах, как-то раз обчистил квартиру клиента Майрона Грина, а потом предложил ему купить украденные драгоценности при условии, что я буду посредником в этой сделке. Грин связался со мной, и я согласился. Вскоре после того, как я принес драгоценности, газета закрылась и я оказался на улице. Но Грин не забыл меня и пару недель спустя предложил мне передать деньги похитителям ребенка его другого клиента.

Так как существовала большая вероятность того, что моя миссия закончится пулей в затылок или купанием в Ист-Ривер с камнем на шее, мне заплатили десять тысяч, десять процентов суммы выкупа. Я и представить не мог, что моя жизнь стоит так дорого.

После этого я стал клиентом Майрона Грина, вернее, он взял на себя заботу о моих делах. Он оплачивал счета, улаживал конфликты с налоговым управлением, представлял меня в бракоразводном процессе и получал десять центов с каждого заработанного мной доллара. Нельзя сказать, что я был перегружен работой, но чувствовалось, что я еще долго смогу заниматься этим делом, во всяком случае до тех пор, пока продолжались кражи вещей и людей.

Три или четыре раза в год я выступал в роли посредника. Полученных гонораров хватало на аренду приличного номера на девятом этаже отеля «Аделфи», позволяло посещать лучшие рестораны Нью-Йорка и путешествовать по Америке и даже Европе…

И вот, покончив с тыквой, я взглянул на Майрона Грина.

– Расскажи мне о своем клиенте.

Грин, склонив голову набок, внимательно разглядывал будущий фонарь.

– У него есть небольшие сбережения.

– Что значит небольшие?

Грин наконец оторвался от тыквы.

– Полагаю, миллиона два. Может быть, три.

– Ну, с такими деньгами можно перебиться с хлеба на воду.

– Хорошо, черт побери, он не бедняк. Если б не было богачей, тебе пришлось бы искать другую работу.

– Ты ошибаешься, Майрон. Мне бы пришлось искать работу, если бы не было воров.

Грин взял нож, пододвинул к себе тыкву и начал что-то делать с нарисованным ртом,

– Будем считать, что на жизнь ему хватает. Тебя это устраивает?

– Вполне.

Он повернул тыкву ко мне. Не знаю, что он сделал со ртом, но тыква стала куда мрачнее.

– Ну как? – спросил Грин.

– Гораздо лучше.

Он откинулся назад, наслаждаясь своей работой.

– Он стал моим клиентом три недели назад, по рекомендации его биржевого маклера, моего давнего друга. Вчера он позвонил мне, чтобы узнать, нельзя ли воспользоваться твоими услугами. Я обещал поговорить с тобой.

– Что ему нужно?

– Видишь ли, когда он уехал на уик-энд, кто-то влез в его дом и украл некие важные документы. Два дня назад вор позвонил ему и предложил продать их за кругленькую сумму.

– Какую именно?

– Сто тысяч долларов.

– Что это за документы?

– Мой клиент предпочел бы не говорить об этом.

– Перестань, Майрон, ты же понимаешь, что я должен знать, о чем идет речь.

– Ну, скажем, это дневник, который он вел последние двадцать пять лет.

– Должно быть, в нем содержатся сведения, компрометирующие твоего клиента. Вряд ли он стал бы тратить столько денег, чтобы удостовериться, болел ли он ангиной в шестидесятом году или шестьдесят первом.

Майрон нахмурился.

– Человек может оберегать свое прошлое от посторонних глаз, даже если он не сделал ничего предосудительного.

Я не стал возражать, хотя и чувствовал, что утверждение Грина довольно спорно.

– Хорошо, а кто предложил меня?

– Вор. Или воры.

– И твой клиент согласился?

– Да. Поэтому он и позвонил мне.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Мне кажется, тут все чисто. Да и тебе не помешают десять тысяч. Кстати, они входят в сумму выкупа.

– Ну хорошо, – ответил я после недолгого раздумья, – Я согласен. Как зовут твоего клиента?

– Абнер Прокейн.

От неожиданности я поперхнулся и закашлялся.

– Что с тобой? – обеспокоенно спросил Грин.

– Ничего, – я достал носовой платок и вытер рот, – Просто твой новый клиент, вероятно, лучший вор Нью-Йорка.

Детектив Дил набрал номер и передал мне трубку. После десятого звонка на другом конце провода раздался сонный голос Грина: «Слушаю».

– Это Сент-Айвес, – представился я. – Меня арестовали.

– О боже, сейчас же четыре утра.

– Если ты не проснешься, то будет пять, а я по-прежнему останусь за решеткой.

Последовало короткое молчание.

– Хорошо, я проснулся, – бодро продолжал Грин. Вероятно, жена окатила его ведром холодной воды, – Где ты?

– Десятый полицейский участок на Двадцатой улице.

– В чем тебя обвиняют?

– В убийстве и грабеже.

– О господи, – простонал Грин, – Что случилось?

Я коротко обрисовал ситуацию.

– Что ты им сказал?

– Мои имя и адрес.

– Ну ладно. Мне надо кое-кому позвонить, и на это уйдет время. Я не хочу, чтобы имя моего клиента связывалось с этой историей. Так что тебе придется побыть в участке еще пару часов.

– Мне тут не нравится, – ответил я.

– Я постараюсь приехать как можно быстрее.

– Постарайся, – и я повесил трубку.

– Вы хотите позвонить кому-то еще? – спросил детектив Дил.

– Нет, – я отрицательно покачал головой.