Чтение онлайн

Я помнила, как стояла на пирсе, как вампир подходил ко мне в темноте. Я помнила, как он удивился, что я пришла одна. Я помнила, как Брик и его вампир-водитель везли меня в лимузине до парка Золотые Ворота, где он настаивал, что должен показать мне кое-что важное перед нашим разговором.

Я помнила, как входила в Оранжерею Цветов. Я помнила, какой освещённой она была, словно внутри проходила свадьба.

Я помнила встречу со своей сестрой, Зои…

Боль рябью прокатилась по мне.

Она ударила так внезапно, что я ахнула и стиснула ладонь в кулак возле сердца.

Я стояла в гардеробной, сжимая в руке ткань одежды, болтавшейся на ближайшей вешалке, и чувствовала себя так, словно какая-то часть меня пытается отделиться от тела.

Комната вокруг меня поплыла, сделалась смутной.

Я чувствовала, как парю. Парю…

Я прикусила язык.

Крепко.

Так крепко, что это действительно причинило боль, заставило меня ахнуть и поморщиться. Но боль произвела должный эффект — вернула меня обратно в тело. Я продолжала стоять там, тяжело дыша и всем своим существом борясь с этим парящим ощущением.

Я всё ещё чувствовала, как какая-то часть меня хочет отделиться.

Это пугало меня до чёртиков.

Тяжело дыша и обеими руками вцепившись в висящую одежду, я стояла в своей гардеробной и изо всех сил старалась не испариться в это другое место. Даже когда я более-менее стабилизировала себя, твёрдо укрепилась на ногах, обретя опору в полу, даже в Блэке в соседней комнате, в которого я вплелась как в живой якорь, этот страх не рассеялся до конца.

«Я не сделаю этого снова, — мой разум твердил это как мантру или даже молитву. — Блядь, я не сделаю этого снова. Я не исчезну вновь…»

Я отсекла эту мысль.

Это первый раз, когда я полностью призналась себе в этом.

С другой стороны, это первый на моей памяти раз, когда это случилось в момент моего полного бодрствования. Это также первый раз, когда я столкнулась с доказательствами этого — чем бы «это» ни было — и я не могла отмахнуться от этих доказательств даже жалкими отговорками, которыми утешала себя до сих пор.

Чтобы оправдаться в этот раз, мне пришлось бы глубоко уйти в нешуточные иллюзии.

Я не готова была до такой степени погрузиться в отрицание.

В любом случае, я уже знала.

Я уже знала, что со мной происходит.

И ещё я наконец-то вспомнила последнюю вещь, отложившуюся в моей памяти.

Это была Зои.

Зои была последним, что я помнила.

Я помнила встречу с моей сестрой Зои, которую более десяти лет считала погибшей. Я помню, как посмотрела в её лицо, осознала, что она действительно стояла передо мной. Осознала, что она жива. Осознала, что она вампир.

Мой разум зарегистрировал три этих факта: что она жива, что она действительно здесь, что она вампир, затем…

Пуф.

Ничего.

После этого я ни черта не помнила.

Пока не открыла глаза здесь.

Пока не открыла глаза и не обнаружила себя лежащей на собственной кровати голышом, а моя одежда и оружие пропало. Мои ботинки пропали. Зои пропала. Все вампиры и их король пропали.

Но меня беспокоила не потеря любимых ботинок и любимого пистолета из запасов Блэка. Меня беспокоило огромное пустое пятно в моем сознании, начинавшееся после того, как я посмотрела на свою сестру — вампира — и заканчивавшееся, когда я открыла глаза и обнаружила, что лежу рядом со своим мужем.

«Какого ж хрена?»

Я стояла посреди нашей гардеробной, стараясь замедлить дыхание, пока сердце грохотало в груди. Я даже тогда ощущала, как часть моего разума прикрывает мои эмоции щитами, частично отделяет их и всё ещё понимает, что если я позволю себе отреагировать слишком остро, то всё это повторится заново.

И всё же я боялась.

Я не могла больше избегать этого. Я также не могла уклоняться от вопросов, на которые Блэк намекал и спрашивал прямым текстом на протяжении уже нескольких недель.

Я не могла притворяться, что мои притянутые за уши оправдания были правдоподобными.

Нет, я не ходила во сне как лунатик. Камеры безопасности не отказали вот так вот разом. Ник-вампир — не единственная причина, по которой я очутилась на крыше здания голышом. Блэку не снились посттравматические кошмары, когда ему померещилось, будто я пропала из нашей постели.

Он переживал сильный стресс.

Мы оба переживали сильный стресс.

Но ни один из нас не верил в гипер-рациональное дерьмо, которым я пыталась оправдать свои исчезновения.

Я позволяла себе отделываться этими отговорками в основном потому, что у нас и так проблем хватало. У меня не имелось ментальных или эмоциональных ресурсов, чтобы справиться с этим. Я всегда возвращалась довольно быстро, так что да, это странно, но я разрешила себе отмахнуться от этого. По крайней мере, пока остальная часть нашего мира не стабилизируется.

В любом случае, учитывая всё происходящее, мне не казалось таким уж невероятным, что нам могут мерещиться безумные сны, что кто-то может шалить с нашей системой безопасности, или что я могу бродить во сне…

…Даже если я никогда раньше не страдала лунатизмом. Даже если Блэк был на 100 % уверен, что он не спал, когда обнаружил, что я пропала из нашей постели. Даже если никто не мог объяснить, как Ник вытащил меня из нашей квартиры и поднял на крышу. Даже если Блэк нанимал лучших техников и специалистов по охране во всей отрасли.

Даже если вся эта история была просто…

Странной.

То есть, очень странной, даже по нашим с Блэком меркам.

Однако я всё равно умудрялась игнорировать это или временно отодвигать на второй план.