Братство религий
Шрифт:
Нет Бога, кроме Бога Живого, Неизменного.
Бог един.
Всем нам предстоит вернуться к Богу.
Нет Бога, кроме единого Бога.
Который питает других, а Сам не нуждается в том, чтобы Его питали.
Скажи: существует, конечно, только единый Бог.
У Него есть ключ ко всем тайнам. Он один их знает. Он знает о том, что существует на земле, и о том, что скрыто в глубине морской. Листка не упадет без Его ведома. Нет ни одного зерна в мрачных недрах земли, нет зеленой или высохшей былинки, которая не была бы означена в книге явной.
От Господа ничего не укрывается из всего сущего на небе и на земле.
Все погибнет, кроме Лика Божия… К Нему возвратитесь вы.
Мы ближе к Нему, чем Его собственная становая жила.
Он видит деяния ваши.
Бог обо всем свидетельствует. Разве не видишь ты, что Богу ведомо все сущее на небесах и на земле? Не бывает беседы между тремя лицами так, чтобы Он не присутствовал четвертым, не собирается вместе пятерых без того, чтобы Он не был шестым. Не бывает ни большого, ни меньшего сборища так, чтобы Его не было вместе с ними, где бы они ни находились… ибо Он обо всем осведомлен.
Скажи: Бог един, Вечный Бог.
Бог говорит: «Я упование того, кто надеется на Меня; и Я с ним и вблизи его, когда он вспоминает обо Мне».
Бог говорит: «Если кто старается приблизиться ко Мне на один вершок, [24] то Я приближаюсь к нему на аршин; и если кто силится приблизиться ко Мне на аршин, Я к нему приближаюсь на две сажени; и если кто идет ко Мне, то Я бегу ему навстречу».
24
В тексте употреблены названия арабских мер.
Бог говорит: «О человек! Следуй только Моим законам, и ты станешь подобен Мне, а затем скажи: „Будь“, и вот Оно есть».
Бог говорит: «Для любимого Мною человека Я – слух его, которым он слышит, Я – зрение его, которым он видит, Я – руки его, которыми он держит, и Я – ноги его, которыми он ходит».
Бог был, когда ничего не было. Он все знает, что было и будет. Он есть свет без тени, жизнь без смерти и знание без неведения. Таким, какой Он сегодня. Он остается вовеки.
Ты еси абсолютное Бытие; все остальное – призрак.
Если ты проникновенно всмотришься в корень материи, то ты постигнешь, что Он есть и Видящий, и Око, и Видение.
Из Священных Писаний сикхов
Он Сам есть Единый, и Он Сам есть множество… Он всегда пребывает во всем.
Без примет, непостижимый; не предмет; неприкосновенный времени или действию; нерожденный; из никакого лона; самосущий; безусловный; непоколебимый.
Он Сам и бесформенное, и форма; Единый без качества и с качествами. О Нем Одном говорится, о Нанак. Этот Единый есть множество.
Что видимо, есть Брахм; что слышно, есть Брахм; Он именуется Единым и только Единым.
Веда не знает Его величия; Брахма [25] не знает Его тайну; Аватары не знают Его границ; Господь Всевышний Парабрахман – без границ.
25
То есть Бог проявленный не знает тайну Проявленного.
Непроявленный Господь, сокровенный Учитель, наполняющий все сердца и направляющий их изнутри, куда бы я ни взглянул, всюду Ты еси.
Он един есть. Он все во всем. Своими законами Он поддерживает вселенную.
В каждом сердце пребывает Гари. Так провозглашают мудрецы.
II. Проявление бога во вселенной
Все теологии различали между Богом в Его истинной природе и Богом в проявлении. Сама религия не придает особого значения этой разнице, так как имеет дело с отношением человека к Богу, а не с метафизическими умозрениями, которые требуются теологией. Эти требования вызываются потребностью разума ответить на возникающие перед ним задачи, тогда как сердце ищет только одного: объекта для любви, и поклонения. «Логос Души един»; Слово, говорящее человеческому Духу, не нуждается в объяснительной теологии, чтобы защитить Себя перед Своим подобием.
Но религии обладали всегда своими теологиями, и в последних заключались глубокие, истины, выраженные в умозрительных терминах, причем форма этих истин видоизменялась с каждой особой религией и даже с каждым отдельным учителем. Религиозные распри разгораются вокруг этих терминов, а не вокруг самих истин, для которых термины служат лишь частичными и неполными выражениями. Дух един, тогда как интеллект многообразен и, подобно призме, разлагает белый свет истины на его составные цвета, из которых каждый отличается от остальных, оставаясь в то же время нераздельной частью единого белого света.