Чтение онлайн

Еще из прошлой жизни мне было известно полушутливое, но в чем-то действенное «золотое правило алкоголика»: градус понижать нельзя. Помня об этом, я бахнул еще водки, потом еще коньяка… ну и вроде бы начало мало-помалу забирать.

Пока я занимался рассуждениями, самоанализом, ребята, мягко говоря, ужрались. Адреналиновое возбуждение, видимо, у разных людей работает по-разному: мне вот спиртное было как слону дробина, а кого-то взорвало – Марата, например. Можно сказать, он ушел в штопор, физически здесь, а душевно неизвестно где. Но Марат-то ладно, он парень спокойный, напился и отрубился, а вот Юра с Танком вызывали у меня серьезные опасения – тот народ, который приключения находит везде, а уж здесь-то их найти будет тем более несложно.

И мои предчувствия оправдались.

Я как-то упустил момент, когда Юра исчез из-за стола, а обратил внимание на это, когда услыхал подозрительный шум из вестибюля. Хмель по-прежнему брал меня плохо, я сделался слегка оглушенный, но совсем не пьяный, не очень следил за происходящим… и когда раздался этот тревожный шум, я вздрогнул, очнулся и увидел, что Юры нет, а прочие – кто уже сильно вдатый, кто увлеченно беседует.

Вмиг сообразив, что дело пахнет керосином, я понесся в вестибюль.

– …ты че, баклан, – услыхал я на подходе грубый и дерзкий голос, еще не видя говорящего, – попутал? Берега потерял?

– А че мне их терять? – басил Юра спокойно, но со зловещей иронией. – Я никуда не плыл, стою на месте. Если есть проблема, поясни по-взрослому. Детство кончилось, ты это еще не втянул, что ли?

– Пояснять? А ты кто мне по жизни – брат, сват, чтоб я тебе чего-то объяснял?!

– Ну нет, так нет, – с той же неуловимо-грозной насмешкой ответил Юра. – Тогда и базара никакого нет. Девчонки, айда со мной!

Уже по первым фразам диалога я просек, что градус полемики будет возрастать, а когда прозвучали «девчонки», понял, что тема острая, и легкий расход вряд ли тут светит… Выбежав в полутемный вестибюль, застал такую картину.

Друг против друга в позах «готов к бою» стояли Юра и высокий худощавый парень, ростом с нашего бойца или даже чуть повыше, но вширь и во всех прочих объемах, конечно, несравнимо меньше. Тем не менее он вот так упорно быковал, видать, считая невозможным уронить себя в глазах «братвы» – за его спиной стояли еще трое, и все четверо были, разумеется одеты и подстрижены по самой что ни на есть бандитской моде, и общий вид всех был совсем не дружелюбный. Лет всем в районе двадцати пяти.

Поодаль пугливо жались три девки, чей вульгарно-убогий «шик» не оставлял сомнения в их предназначении. Шерше ля фам! – вскользь вспомнил я и сходу врубился в тему:

– Здорово, пацаны! Что за кипиш? Юра, в чем тут дело?

– Да не знаю, – ухмыльнулся Юра. – Граждане чего-то предъявляют, а чего – не могу понять.

– Что за тема, парни? – спросил я как можно корректнее, и в ответ получил выхлоп хамства:

– А тебе-то чо, чушпан? Ты кто такой ващще?

– О как, – слегка удивился я. – Нехорошо говорите, юноша. Необдуманно.

– А ты че, я не понял, учитель, что ли? Педагог? Учить меня собрался?

– Да как сказать… Нет, я не педагог, но вы в дополнительном воспитании, конечно, нуждаетесь.

Этот деятель, похоже, не сразу оценил остроумие, но когда до него дошло, то он воинственно надыбился:

– Ты че базаришь, чмо тряпочное?! – и агрессивно вскинул правую руку.

Вряд ли он хотел меня ударить. Выпад был угрожающе-дешевый, но я решил, что хватит болтать.

Мгновенный контрвыпад – жесткий хват руки с вывертом, грозящим всем суставам, от кисти до плеча, и рослый юноша сам не понял, как его развернуло и скрючило в унизительную позу, откуда самому не выйти.

Трое оцепенели. Один, впрочем, всего на миг. С криком:

– Ты чо творишь, падла?!..

Он бросился на меня, но Юра очень технично, влегкую, как будто без малейших усилий сунул ему головой в скулу. Шаг вперед, и словно чуть-чуть ткнул – а парня снесло, полетел на ковровую дорожку.

Кто-то из потаскух взвизгнул. Двое окаменели. Главарь пытался трепыхаться, но я слегка заводил его руку вверх, и он вновь вынужден был кланяться неведомому богу.

– Что тут происходит? – негромкий голос шефа.

Он прозвучал так уверенно, что я сразу отпустил страдальца. Тот воинственно развернулся… и обалдел, увидя шефа. Глаза округлились, рот тоже.

– З-драсьте, Вадим Антонович… – пробормотал он тоном нерадивого ученика перед директором школы.

– Здорово, Хантер, – сухо молвил босс. – Ты что, опять?

– Да… – парень криво улыбнулся, инстинктивно разминая помятую руку, – да нет, ничего. Вон эти… чо-то давай выступать…

Упавший вскочил, горя желанием отквитаться, но увидя, какой базар пошел, притормозил.

– Эти, – еще холоднее произнес шеф, – это мои друзья. И выступать они не станут. Я точно знаю. Отсюда вывод: вы плохо себя вели. Так?

Он стоял, сунув руки в карманы, с лицом Зевса-громовержца. Признаюсь, и меня проняло. Шпана же стояла почти по стойке «смирно». Девки примерно так же.

Шеф перевел перевел суровый взгляд на меня. Почудилось, будто он незаметно подмигнул: давай, мол, подыграй! Я понял.

– Я не видел начала конфликта, – сказал я очень почтительно. – Юра, объясни, пожалуйста, Вадиму Антоновичу.

Юра, молодец, смекнул, как надо, подхватил игру:

– Короче, Вадим Антонович, – заговорил он веско, – я вышел… ну, по своей надобности…

Он вышел по надобности, отправился к туалету и в коридоре натолкнулся на этих трех красоток, вальяжно, со смешками шествовавших навстречу. Естественно, Юра не смог пройти мимо, он разразился комплиментами и приглашениями, на что одалиски реагировали очень позитивно и охотно. Примерно так:

– Ну что, принцессы, айда к нам? Вон туда, в кабинет! Выпить, закусить – все оплачено!